Хозяйка дома с призраками (СИ)
Хозяйка дома с призраками
Наталья Кошка
Глава 1
Все персонажи и события в книге являются вымышленными, любые совпадения — случайны!
Россия, наши дни
— Мне надоели твои сцены ревности! Сколько можно?? — Костя оборачивается и грубо толкает меня в плечо. В руках у меня сумка, ключи от квартиры, мобильный и пакет с едой. Мне попросту нечем ухватиться за перила. Я теряю равновесие на ступенях и заваливаюсь назад.
— Ааааа!!!
Приземляюсь на спину со всего маха. Слышу хруст собственных позвонков, а вот боли практически нет. Только шок. Муж скатывается по ступеням, падает рядом со мной на колени.
— Машенька! Машка! Господи, где болит?? Прости, я не специально!
Хватается за мобильный, звонит в скорую. А я вижу, как над моей головой все темнеет. Будто грозовые тучи сходятся. И ногам почему-то так холодно! И руками не пошевелить — я их просто не чувствую. В уголках глаз собираются скупые слезы: похоже, это конец!
Идэнейские земли. Параллельная вселенная
— Скорее, доставайте ее! Режьте шнуровку!
— Но, как же… Леди…
— Глупости! Режьте или она задохнется!
Голоса звучат громко, бьют по ушам. Я хочу отмахнуться от всех разом. Оставьте меня, мне и так хорошо.
— Она умирает, ну что же вы, Розалинда!! Помогите мне! — мужской голос сердится, женский — всхлипывает.
— Ой, матушки мои! Леди Изольда! Что ж делается-то!
И вдруг волна воздуха прорывается в легкие, и я дышу, наслаждаюсь им. И пускай пахнет болотом и сыростью, но кажется, что нет ничего слаще — этого глотка! Вместе со вздохом приходит и кашель. Изо рта и носа льется вода, а я все никак не могу ее выплюнуть. С чего бы вдруг мне тонуть? Я же вроде шею сломала??
— Дышите, моя хорошая! Дышите! — женский голос радуется, вперемешку со слезами.
— Ну вот, жить будет, — резюмирует мужской, и я опять куда-то уплываю. Сил на то, чтобы открыть глаза не остается.
* * *— Леди Изольда! Леди Изольда! Откройте рот, надо выпить лекарство! — кто-то настойчиво теребит меня за плечо. А я не хочу просыпаться. Тяжелое марево без сновидений крепко держит сознание, и я в нем плыву, как в киселе. Никаких забот, боли, предательства…. Да, Костик нашел себе другую, чтобы он там не утверждал. И вот эта мысль больно бьет по самолюбию. Мне нашли замену!
— Я вижу, что вы уже не спите, леди Изольда! Ну-ка давайте, а то возьму хворостинку и как в детстве — по панталончикам-то и отхожу! — женский голос хоть и строг, но так говорят, когда не сердятся на самом деле. И против воли я улыбаюсь. Какие такие панталончики? Какая хворостинка??
— Давайте, моя хорошая! — мою голову приподнимают, и я послушно проглатываю какой-то травяной настой. На языке оседает горечь.
— Умница! — меня целуют в лоб. — Ох, и напугали вы меня, леди Изольда! И зачем подались на это гиблое место??
— Пить…. — едва шепчу. После настойки больше прежнего хочется воды.
— Конечно, конечно! — тарахтит женщина и меня снова приподнимают. Вода льется мимо, затекает на шею. Но именно эти ощущения придают реальности происходящему и приводят меня в чувство. Где я??
После нескольких неудачных попыток, мне все же удается разлепить веки. Сначала ничего не вижу, только хлопаю бестолково глазами, пытаясь разогнать темноту. Через время зрение возвращается ко мне, и я уже могу различить силуэт, и очертания какой-то мебели.
— Ну вот, леди Изольда, все самое страшное позади! А там, даст Светлый, и на ноги встанете!
— Кто вы? — шепчу, так как голос меня не слушается. Горло изранено, и каждое слово дается с трудом.
— Как же это… — растеряно говорит женщина. По голосу не молодая, скорее преклонных лет. — Это же я, ваша нянюшка Розалинда!
— Спасибо вам, Розалинда, — киваю, пытаясь переварить услышанное. Никаких нянюшек отродясь у меня не было. Как и панталон. Черт, все очень плохо! У меня галлюцинации? Воспаление мозга? Или действие наркоза? Никогда не слышала о таких побочных эффектах, но кто знает. Я четко помню, как упала с лестницы, и мне было холодно. А потом — вот это все. Похоже на навязчивый бред!
— Да что это делается-то?! — от моих слов «нянюшка» еще больше расстроилась. И что я не так сказала?
— Розалинда…. — зову ее.
— Да, леди Изольда! — она все еще всхлипывает.
— Помогите мне сесть повыше, и умыться бы.
Мне кажется, что все мое лицо в болотной ряске, по крайней мере, я слышу отчетливый болотный запах от себя.
— Сейчас, сейчас. Оттолкнитесь ножками, леди Изольда, а я вас усажу! — Розалинда стала тянуть меня вверх, обхватив обеими руками. Вот только «оттолкнуться ножками» никак не получается. Не слушаются они меня и все. Едва шевелятся. Изрядно измучавшись, Розалинда сумела меня усадить.
— Хоть и тоненькая вы, как тростиночка, а тяжелая! — выдыхает.
И тут я снова задумалась. Уж кем, а тростиночкой меня не назвать! Я всегда была в теле. Не пышка, но крепенькая. Излишней худобой не страдала. Пошла в мамину «породу». А там все сплошь сельские жители: крепкие, невысокие, жилистые. Костик в наши лучшие годы звал меня сладким пирожочком. Но я не обижалась, принимала себя такой, какая есть. И мужчинам нравилась.
А тут — тростиночка! Что-то не сходится.
— Сейчас оботру вас, милая моя! Вы только не пугайте меня больше. Поскорее в себя приходите, нам еще с вами в наследство вступать!
Господи, какое наследство?! Мне бы проснуться дома, в привычной обстановке!
Розалинда проходится по лицу мокрой тряпкой, и мне становится чуточку легче. Но меня волнует, что вижу я все так же плохо: словно сквозь пелену.
— Скоро доктор придет, осмотрит вас. Уж больно много вы воды наглотались вчера! — охает Розалинда.
Доктор — это хорошо. Может, все прояснится?
— А как получилось, что я на болото забрела? — полушепотом спрашиваю у «нянюшки».
— И этого вы не помните? Ой-ей, леди Изольда! Вы сильно огорчились, как зачитали завещание вашего батюшки. Да примет его Светлый в своих чертогах! — рассказывает с тяжелыми вздохами Розалинда, вычесывая мне волосы. И по ощущениям, что у меня коса отросла, чуть ли не до пят!
— И что там, в завещании? — подгоняю ее.
— Не густо, моя милая, ох не густо! — в голосе звучит практически отчаяние.
Изольда нищая и осталась на улице? Чем не повод пойти утопиться на болото. Сочувствую ей, вот только я здесь каким боком?
— Змея подколодная, жена новая, совсем задурила голову вашему отцу перед смертью. Уж не знаю, какими правдами-неправдами, но она уговорила отписать ей основное имение и самые лучшие земли. Там и Шепчущий лес, и три самые доходные деревеньки, и даже содержание ежегодное у нее больше, чем у вас — у родной кровинки!
— Так что досталось нам? — мне передалось беспокойство Розалинды.
— Ужас, леди Изольда! Тот самый проклятый дом! — она заплакала, прикрывая рот ладошкой. Под заглушенные рыдания я пыталась сложить в голове общую картину.
Изольда — единственная дочь недавно почившего отца. У нее есть мачеха, которая получила большую часть всего. А самой девушке в наследство достался подозрительный дом «с проклятием». Я, конечно же, не верю в эти сказки, и наверняка всем людским домыслам имеется адекватное пояснение. Но что за проклятие такое интересно послушать.
— Розалинда, вы уж простите меня, но разве это — не глупые страшилки для маленьких детей? — осторожно стала нащупывать, но тут раздался стук в дверь.
— Ой, наверное, доктор пожаловал! А я тут вся в слезах! — поведение Розалинды меня удивило. Она стала прихорашиваться, насколько я могла рассмотреть. Интересно.
— Заходите, мистер Брамс! Леди Изольда уже пришла в себя.
В поле зрения показался мужской силуэт.
— Как ваше самочувствие, леди Вильерс? Вчера вы здорово нас напугали.
Я тут же узнала этот голос. Это он сердился и покрикивал на Розалинду накануне.