Проклятие пикси (СИ)

Annotation
Непросто быть некромантом. Особенно, когда тебе всего двадцать три и ты — хорошенькая девушка. А самый богатый и самый красивый жених столицы является ещё по совместительству твоим начальником.
Но природная любознательность, острый ум и характер помогают недавней выпускнице Академии магии, посвящённой Богу смерти с пяти лет — Эрике Таками, распутывать самые таинственные преступления.
Проклятие пикси
Глава 1 ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ НЕДЕЛИ
Глава 2 НОВЫЕ ИМЕНА. НОВЫЕ ФАКТЫ.
Глава 3 МОЙ БЕСПУТНЫЙ СЫН
Глава 4 ПРОКЛЯТИЕ В ДЕЙСТВИИ
Глава 5 СМЕРТЬ НА ИВЕ
Глава 6. СТАРЫЕ ИМЕНА, НОВЫЕ ФАКТЫ
Глава 7 "КРАСНЫЕ И ЗЕЛЁНЫЕ КЛЁНЫ"
Глава 8 ЭШВИЛЬСКАЯ ШАЛЬ И ПРЧИЕ ДЕВИЧЬИ ШАЛОСТИ
Глава 9 СТАРЫЕ ВЕРСИИ И НОВЫЕ ПОДОЗРЕВАЕМЫЕ
Глава 10 ЛОВЛЯ НА ЖИВЦА
Глава 11 ДА СВЕРШИТСЯ МЩЕНИЕ!
ЭПИЛОГ
 Проклятие пикси 
 Глава 1 ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ НЕДЕЛИ 
Четвёртый сын Дубового клана сэр Ви́лохед О́кку Верховный коррехидор Кле́нфилда собирался на еженедельный доклад к королю.
— Вы наденете бутоньерку, сэр, — его камердинер Фибс шагнул с ножницами кустику гардении. — Увы, Фибс, нет. Его Величество воспримет бутоньерку как излишнюю фривольность, а он и так не в восторге от меня.
Вил прошёлся расчёской по волосам, и поправил шейный платок.
— Как всегда вы прекрасно выглядите, милорд, а цвета клана придают вам солидность, — коррехидор вздохнул в его 26 лет последнее, чего не хватало в жизни, так это солидности. Лихо заломив на одно ухо клановый берет в зелено-коричневую клетку, четвёртый сын герцога Окку отправился в королевский дворец.
Во второй половине дня в Кленовом дворце был весьма оживлённо, по дороге в рабочий кабинет короля Вил пожал много рук, постоянно здоровался и кивал. Король Э́лиас сидел за письменным столом и демонстративно читал карманный томик стихов в потёртом кожаном переплёте. При виде вошедшего коррехидора он бросил выразительный взгляд на напольные часы и склонил голову в ответ на приветствие
— Не можешь не опаздывать, Вилли, — проговорил он, закладывая книгу ножом для разрезания бумаги, — опаздывать — весьма пагубная привычка, особенно для главы Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя. Ну что ж, я готов выслушать твой доклад.
Вил вытащил из кожаной папки лист бумаги с тиснёными кленовыми листьями королевского клана, кашлянул и начал читать:
— За истекшую неделю во вверенной мне столице Арта́нии имели место следующие преступления и проступки граждан, совершенные в нарушении законов Кленовой короны и гражданских уложений о наказаниях…
— Умоляю, не утомляй меня рассказами о семейных распрях и пьяных разборках в трактирах, — усмехнулся король, — мне куда интереснее твои шаги по изменению и улучшению работы коррехидории, какие новшества ты придумал для повышения качества службы по защите граждан нашего королевства.
Вил все утро ломал голову над докладом, преступлений за последнюю неделю было совсем немного, и всей этой рутиной занимался Тура́да — его адъютант и личный секретарь, основными достоинствами коего были умение спроваживать посетителей и заваривать отличный чай. Посему к вопросу короля коррехидор был совсем не готов,
— Что примолкли, граф, — ядовито поинтересовался его величество, он переходил на «вы», когда собирался сделать выволочку Вилу, доводящемуся ему троюродным кузеном, — видимо усилия вашего уважаемого отца пропали втуне. Я не наблюдаю заинтересованности с вашей стороны в работе коррехидора.
— Сир, я изо всех сил стараюсь быть полезным Кленовой короне, — проговорил Вил, скромно опустив глаза.
— Ваши старания, мнится мне, чаще касаются салонов и альковов придворных дам, — сощурится король, — на борьбу с преступностью у вас просто не остаётся времени.
— Убийства, кражи и все прочие преступления расследуются мной в должном порядке, — отрапортовал коррехидор, изо всех сил имитируя служебное рвение, — только за эту неделю я передал в королевский суд четыре заверченных расследования.
 
— Целых четыре, — картинно удивился король, — надо же, только вот, малыш Вилли, какое ты принимал во всем этом участие? Ставил личную печать с дубовыми листьями клана на закрытые дела? По моим сведениям, тебя частенько видели в «Доме шоколадных грёз», королевской опере и на музыкальных вечерах мадам Сере́нити Аке́ри.
Хоть слова короля в большой степени соответствовали действительности, вила они весьма задели. Четвёртый сын Дубового клана расправил плечи и проговорил с аристократической надменностью:
— Для улучшения работы Службы дневной безопасности ночного покоя мною на службу в понедельник был принят новый коронер.
Его Величество выжидающе смотрел на стоящего перед ним светского шалопая в дорогом костюме. Он знал Вилохеда с детства: дальний родственник, красивый и умный, любимец матушки, теперь на королевской службе, но по всему видно, не очень-то ему по душе это новая служба.
— Эрика Таками — дипломированный чародей, — отвлёк короля от его мысли голос Вил, — я уверен, некромант на должности корнера окажется чрезвычайно полезен при расследовании убийств.
— Некромант?! — не поверил своим ушам король, — в моей Службе дневной безопасности и ночного покоя числиться некромант? Я не ослышался, вы взяли в коррехидорию некроманта?
— Чародейку с данной специализацией, — уточнил Вилохед, — она получила отличные отзывы Академии…
— Она? — повысил голос король, — мало того, что вы своевольно наняли некроманта, так это ещё и женщина! По-вашему нормально, что благородная дама (а насколько я знаю простолюдинов в Академию магии не принимают) станет вскрывать трупы. Кстати, она замужем?
— Мистрис Эрика Таками с детства посвящена богу смерти Эра́ру, — Вил позволил себе самую капельку иронии, — хотите оградить некроманта от трупов, она с молодых ногтей контактирует со смертью. Я обсуждал её кандидатуру с ректором Академии магии Ба́уэром. Он горячо поддержал мою идею применения некромантии в расследовании убийств. Семейное положение моего нового сотрудника мне неизвестно. Если ваше Величество изволит интересоваться этим вопросом, я прикажу Тураде прояснить ситуацию.
— Забудь, — отмахнулся король, —мне всё равно, просто с этической точки зрения заставлять девицу делать вскрытие мужских трупов, это, — он замялся, подбирая подходящее слово, — слишком смело,
— Смотря какая девица, — пробормотал Вил.
— В точку! — засмеялся король, — Она хоть симпатичная? Впрочем, о чём я, чародейки ещё в юности исправляют мельчайшие недостатки своей внешности. Если уж магистр Бауэр рекомендовал, то пускай работает. Я же хотел поговорить с тобой о другом. Помнишь сэра Чарльза Сакэ́да?
Вил кивнул, он несколько раз встречал этого джентльмена. Почему-то к этому воспоминанию прилепилось слово «суицид».
— Вдова сэра Чарльза написала в канцелярию письмо, —его Величество покрутил в руке сложенный листок бумаги нежного сиреневого оттенка, — изволь прочесть.
Вил развернул письмо и увидел аккуратные ровные строчки, написанные округлым женским почерком с затейливыми завитушками заглавных букв.
 Государь!
 Мне жизненно необходима ваша помощь. Врата в Неблагий двор снова открыты, зов их становится нестерпимым, он пронзает мои уши, моё сердце. Я ужасно боюсь, что стану последней жертвой. После этого уже не в человеческих силах будет сдержать короля Пикси. Артания, да и весь наш мир погрузятся в пучину страданий, глубину коих просто невозможно представить.
Остаюсь, искренне ваша Элеоно́р Сакэда.
— Что скажешь? — поинтересовался король Элиас.
— Жертва, врата, мир, погружающийся в пучину страданий, — иронично перечислял коррехидор, — на первый взгляд полная чушь! у леди Элеонорвсё в порядке с головой?
— Я, конечно, как и все дети Артании, читал сказки о маленьких человечках с крылышками. Но чтобы серьёзно писать о проклятии персонажей фольклора — это перебор, — его Величество откинул со лба светлую прядь.