Богатырщина. Русские былины в пересказе Ильи Бояшова

– Не могу платить я дани царю Калину. Нет нынче в Киеве золотой казны.
Говорит ему посол:
– Отдавай тогда мне в супружницы свою любимую племянницу, Забаву Путятичну.
Вернулся князь в светлицу к племяннице:
– Ты, Забавушка, выходи скорее за посла царя Калина: а не пойдёшь с охотой, придётся отдать тебя по неволе. Не могу я более посла повыведать, не могу я более его повыпытать.
Однако Забава упрямится:
– Я жива не пойду и мертва не пойду. То добрым людям на хохот, христианскому миру на посмешище. Не мужчина посол – женщина. У неё и задушка взад, да и грудь вперёд.
Рассердился тогда Владимир на племянницу, вскричал зычным голосом:
– Слуги мои верные! Надевайте-ка вы Забаве подвенечные платья, ведите её в соборную церковь к золочёным венцам, к золотым перстням, в супружество с грозным послом царя Калина. Не страдать же из-за упрямой девицы всему Киеву!
Говорит затем Владимир грозному послу:
– Дорогой гость, грозный посол, готовься взять Забаву в супружество. У нас девица справляется не по неволе, а по собственной охоте.
Тот отвечает:
– Послушай меня, стольно-киевский князь! Прежде чем мне с твоей племянницей под венец идти, надо бы нам с тобой побрататься, силой померяться. Поедем-ка мы сейчас в чисто поле и попробуем молодецкую силу.
Князь Владимир говорит:
– Стар я для такого братания, не удержать мне ни булавы, ни копья.
Посол говорит:
– Так отправь вместо себя поединщика.
Вздыхает князь:
– У меня и богатырей не осталось. Некому с тобой поравняться.
Посол тогда его спрашивает:
– А нет ли у тебя в подвалах да в подклетях пленников-затюремщиков?
Тут вспомнил Владимир про Ставра Годиновича. Пустить Ставра – потерять Ставра. Не пустить Ставра – так разгневать посла. Делать нечего – закричал Владимир зычным голосом:
– Слуги мои верные, княжецкие! Берите золотые ключи от подклети, отмыкайте ими дубовую дверь, выводите во двор молодца!
А сам думает: «Кормил я своего пленничка одним овсом, поил его одной водой. Он с таких яств и шагу не сделает. Как тогда с послом быть, если затюремщик от поединка откажется?»
Как вывели слуги во двор Ставра Годиновича, тот вывернул из земли седой валун и стал забавляться, камень к небесам подбрасывать. Владимир глазам своим не верит: не ведает он, что кормила всё то время пленника Забава Путятична лучшими кушаньями, вдоволь давала затюремщику медвяного питьеца.
Подвели тогда к Ставру богатырского коня, снимали с него арестантское платье, давали ему богатырские доспехи. Сел на коня Ставр Годинович, и поехали они с грозным послом в чисто поле. Только и видели, как молодцы садились, да не видели, как молодцы ехали. В том поле Ставр с послом забавляются, с коня на коня они перепрыгивают, подбрасывают булатные палицы и на лету их подхватывают, а как мечами сшибаются – искры сыпятся во все стороны на много вёрст.
Князь Владимир с высокого крыльца все глаза проглядел: только и видит, как летают по небу палицы и зарницы бегают от сшибки богатырских мечей. От такого поединка князь ёжится, поджимается, куньей шубочкой закрывается. Вздыхает он и говорит себе: «Нелегко приходится Ставру Годиновичу».
Ставр же Годинович с послом, вдоволь назабавившись, повернули коней обратно к городу Киеву. Вот приезжают поединщики на княжий двор, с жеребцов соскакивают, кланяются в пояс Владимиру. Тут грозен посол снимает своё богатырское платье, а под ним у него женское платье. Распускает он свои волосы и говорит князю:
– Красно Солнышко, князь стольно-киевский Владимир Святославович! Выводи поскорее мою невесту, а свою племянницу Забаву Путятичну, из соборной церкви. Приведи её в девичью светлицу и оставь там на лавочке. Не хочу я смеяться над девушкой! Над тобой же, князь, посмеюсь! Где это в христианском мире видано, где это слыхом слыхано, чтобы венчали девицу за женщину? У меня есть своя законная семья, есть любимый муж, а зовут меня Василисой Микуличной – я старшая дочь самого Микулы Селяниновича!
Здесь Василиса Микулична и Ставр Годинович с князем прощались, домой отправлялись, а чёрный ворон впереди их полетел.
 
  
Рахта Рагнозерский
 
что Василиса Микулична посмеялась так над Владимиром, было ещё для князя не горюшко – горюшко его впереди ждало. Пришёл на Русь хан Куря с печенежской ордой. Выслал Куря вперёд себя поединщика Редедю.
Говорит хан князю:
– На том сойдёмся, что выставишь против Редеди своего борца. Коли победит Редедя, полоню весь Киев, а коли Редедю сомнут – так и быть, уйду обратно, туда, откуда пришёл. Только нет нынче на Руси достойного богатыря для борения.
Ростом Редедя с великую гору, голова у него с большой казан, глаза как две сковородищи, ручищи у него загребущие, ножищи подобны двум каменным столбам. Бродит Редедя по днепровскому берегу, похваляется:
– Никому меня, Редедю, не побороть, с берега днепровского не скинуть. Коли не найдётся на Руси достойных поединщиков, я весь Киев раскатаю по брёвнышку, обломаю все церковные маковки, заберу кресты золотые и серебряные, самого князя киевского с княгиней заставлю хану служить.
Князь Владимир от Редединых слов сам не свой. Он по гридне бегает, за головушку хватается, зовёт старого Бермяту Васильевича.
Подумал старый Бермята и говорит:
– Добрые люди сказывают: живёт в Олонецкой стороне, в Пудожском краю, в глухой деревне в Рагнозере добрый молодец Рахта Рагнозерский. Появился он на свет уже росту аршинного, весу был пудового, а как вырос – всех в округе в кучу мнёт: для него что сто человек, что целая тысяча. Пошли, князь, гонца за тем Рахтой, может, он с Редедей и справится.
Князь Владимир Бермяту послушался. Посылает он гонца в Олонецкую сторону, в Пудожский край, в глухую деревню в Рагнозере и даёт гонцу своего коня. Княжий конь с горы на гору перескакивает, с холма на холм перемахивает, речки да озёра пропускает меж ног.
Правду Бермята сказывал – жил в глухой деревне молодец, и впрямь сила у него была необыкновенная. Всю жизнь занимался Рахта крестьянским промыслом: для двенадцати дровень лес принашивал, на лыжах зимой к дому прихаживал, правой рукой дом поднимал, а левой лыжи под угол совал. Много рыбы он налавливал, рыбу ту мужичкам раздаривал, рагнозерские мужички отправлялись с рыбой в Каргополь и Вологду, продавали её с выгодой. Возвращались они домой со звонкой деньгой, говорили земляку таковы слова:
– Многих лет тебе жизни, наш Рахта Рагнозерский!
Приехал гонец в деревню рагнозерскую, спрашивает у одной женщины:
– Здесь ли Рахта Рагнозерский?
Отвечала ему женщина:
– Здесь Рахта Рагнозерский, да ушёл он нынче в лес за вязями. Ты послушай меня, добрый молодец: когда он вернётся с работушки, не серди его голодного и не спрашивай холодного.
Сидит гонец под окошечком, Рахту Рагнозерского дожидается. Смотрит на дикие леса да на близкое озеро и видит – на озере будто с места остров движется.
Говорит гонец женщине:
– А скажи мне правду, женщина, что я вижу здесь на вашем озере – будто с места остров движется?
Отвечает ему женщина:
– Посмотри-ка ты внимательно. Это Рахта возвращается с вязями, с полозьями да с копыльями.
Подходит тут Рахта к своему дому, скидывает с плеча свою ношу. Правой рукой он дом поднял, левой – лыжи под пол подсунул. Приходит он в тёплый дом, собирает женщина ему обед. Как наелся Рахта досыта, встал тут киевский гонец и говорит таковы слова:
– Послушай, Рахта Рагнозерский, киевского князя, съезди в Киев-град на борение, сходи с неверным на состязаньице.
Говорит Рахта Рагнозерский:
– Я послушаю князя киевского и съезжу в Киев на борение, с неверным на состязаньице. Только вот что я тебе выскажу: как появлюсь я в Киеве, не сажайте меня за стол и не кормите яствами, не давайте питья, а сажайте в холодную подклеть да держите сутки голодного, лишь потом пускайте на борение.