В шаге от любви (СИ)

— Лиз, ты дома? — услышала я в трубку взволнованный голос.
— Ага.
— Тогда я сейчас приеду.
— Конечно, — отозвалась я, уже почувствовав, что с подругой явно что–то не так. Я знала Белку как облупленную, она всегда излучала оптимизм и была в хорошем настроении. Но только не сегодня.
— Борщ грей, — буркнула она.
— Хорошо, — хотела спросить о ее самочувствии, но та уже отключилась.
На душе было неспокойной, я посмотрела на экран телефона и на всякий случай проверила пропущенные звонки. Ничего. В ватсапе тоже пусто. Демьян не звонил и не появлялся, он просто исчез из моей жизни, как будто его и не было никогда.
Через полчаса на пороге квартиры появилась Белка. Подруга была необычайно тиха и даже молчалива. Спокойно разулась, помыла руки и направилась на кухню.
— Где мой борщ? — поинтересовалась она, окидывая рассеянным взглядом пустой стол.
— Варь, что–то случилось? — озабоченно спросила я, ставя тарелку с супом в микроволновку.
— Ну…
— Варя, пожалуйста, не пугай меня.
— Тут такое дело…Лиза, у меня задержка. Уже две недели.
— Что? А почему раньше молчала, — накинулась я на нее.
— Да я сама как–то проворонила, а сегодня открыла календарь и…в общем вот.
Белка сбегала в коридор, где оставила свою сумочку и вернулась с тестом на беременность. Она повертела в руках запечатанную коробку и тяжело вздохнула.
— Боже, — прошептала я. — Варь…ну это…это же здорово!
Я первая пришла в себя и бросилась обнимать подругу.
— Глебу уже сказала? Представляю как он обрадуется.
— Неа, — она отвела взгляд, а я насторожилась и отстранившись строго посмотрела на подругу.
— Когда ты ему расскажешь?
— Ну… так еще и не ясно ничего. Поесть то мне дадут все–таки, или нет?
Я поставила перед ней чашку с супом. Что–то подруга явно не договаривала.
— Хлеб нужен?
Она зачерпнула ложкой густой бульон и направила в рот.
— А булочки есть? — послышался вопрос.
— Есть, конечно, и печенье я вчера купила твое любимое, курабье.
— Давай, — кивнула Варя, продолжая уплетать борщ.
— Вот сметану возьми еще, — я достала из холодильника банку.
— Лучше варенье. Персиковое. Или…вишневое лучше. А вообще…сгущенка есть?
— Что? Варюш, я…а Глеб где? Ты мне так и не сказала.
— А нет Глеба.
— Как нет?
— Вот так. Поругалась я с ним. Он правда клялся и божился что знать не знал что то что его дружок Демьян счастливый отец и муж, при мне целое представление разыграл, позвонил Деме, тот все подтвердил! Артисты!
— Так может и правда не знал, — я замерла о ужаса, поняв, что моя лучшая подруга поссорилась со своим женихом из–за меня.
— Подсунул бракованого жениха нам, подлецы оба!
— Варька, ты не горячись, — проговорила я пересохшими губами. — У тебя гормоны бушуют, слушай свое сердце. Вот, что оно тебе сейчас подсказывает?
— Сердце? — уточнила Белка. — Сердце передает просьбу от желудка, которые требует от тебя сливовое варенье. Сделай пожалуйста бутербродик с колбаской и вареньем, а я пойду все же тест сделаю.
Пока Белка уединилась в ванной комнате, я успела набрать номер Глеба и попросила срочно ко мне приехать. Через пять минут раскрасневшаяся Варя выскочила из ванны, ее сияющие голубые глаза выдавали ответ.
— Ну? — нетерпеливо сказала я.
— У нас будет ребеночек!
Мы как ненормальные принялись скакать в коридоре, обнимались и смеялись от радости.
— Эй! Вы чего тут разорались? — послышался недовольный голос, и к нам вышла заспанная Алинка. — Ребенка разбудили!
— Данечка не спит, он в манеже на развевающем коврике, — покачала головой.
— Так я про себя говорила, — сестренка зевнула.
Она бедняжка всю ночь работала, а утром сидела с племянником.
— Прости милая, — сочувственно проговорила я.
— Да ладно, — сестра махнула рукой. — Рассказывайте, зачем вы тут шаманские танцы устроили посреди квартиры.
— Мы беременны! — улыбнулась я.
— Обе? — на всякий случай уточнила сестренка. — Ура!
И мы уже втроем принялись радоваться. Алинка умчалась делать бутерброды для Вари, а я взяла Денечку и посадила его в кресло, чтобы не отставал от коллектива.
 
Пока Варя предавалась гастрономическим извращениям, я разогрела пюре из брокколи для сына.
— Ням, ням, вот так, — приговаривала я.
Даня с удовольствием поглощал неаппетитное с виду кушанье и смеялся, когда Белка за моей спиной корчила ему рожицы.
— Ммм, — а пахнет вкусно, — раздувая ноздри выдала подруга. — Дай потом баночку облизать.
— Варя, возьми новую, там, на полке стоит, — укоризненно повернулась к ней.
Белка придирчиво оглядела стройные ряды стеклянных баночек с детским питанием и, выбрав вопреки озвученному желанию яблочное пюре, принялась уплетать его чайной ложкой. Алина смотрела на это безобразие, а затем тоже полезла в шкаф и извлекла оттуда грушевое пюре.
— Вкусняшка, одобрительно причмокивали эти расхитительницы Данькиной собственности.
Мой же сын радостно агукал и подставлял открытый ротик, ловя пухлыми губками ложечку с брокколи.
— Молодец, — похвалила я, радуясь его хорошему аппетиту.
За веселой болтовней не сразу услышали звонок в дверь.
— Пойду открою, — Алина встала, но я усадила ее на место.
— Сиди, сиди, я сама!
Выпорхнула в коридор и впустила Глеба.
— Привет! — поздоровался он шёпотом. — Варя у тебя?
— На кухне сидит, — так же тихо ответила я.
Он молча кивнул и поспешила скинуть начищенные до блеска дизайнерские туфли.
— Тапочки на верхней полке, — шепнула я.
— Лиза, кто там? — послышался любопытный голос сестры.
— Этой Глебушка заглянул к нам на чай, — громко оповестила я.
В квартире воцарилась зловещая тишина.
— Мне конец, да? — жалобно спросил Глеб. — Лиз, прости за Дему, я честно слово не знал, даже не…
— Ой! Блин! Ой!
Неожиданно раздавшийся испуганный вскрик заставил меня вздрогнуть и, не помня себя, мчатся на зов сестры.
— Что случилось? — я влетела на кухню и уставилась на ребенка. Данечка продолжал сидеть в своем кресле и улыбаться, размазывая пальчиками остатки пюре по пластмассовой столешнице. — Уф, я думала что–то с маленьким. Алинка, нельзя же так пугать!
— Лизка, да ты посмотри на Даниэля, — серьезный тон Вари заставил меня вновь напрячься.
Я пригляделась повнимательнее и увидела, как на нежных пухлых щечках прямо на глазах расцветают багровые пятна.
— Что это? — чуть не плача пробормотала я, пытаясь оттереть красные точки влажной салфеткой.
— Срочно скорую вызывай, — за моей спиной волновалась сестра, она тоже готова была расплакаться. Пришедший на крики Глеб побледнел и растерянно вертел в руках свой iPhone.
— У меня двоюродный брат на педиатра учился, — выдал Стрельников. — Правда сейчас он подался в косметологи и губы губы надувает барышням, говорит прибыльно дело…Давайте я ему позвоню, он приедет.
— И зачем интересно? — ехидно поинтересовалась Варвара. — Губы нам гилауронкой накачает что ли? Алин, хочешь губы как у Джоли? Глебушка все устроит.
— Варя, — мужчина укоризненно посмотрел на свою возлюбленную и грустно вздохнул. — Ты мне скажи что делать, я все сделаю. Варь…
Суровое выражение лица Белки сменилось на почти счастливое, она попыталась скрыть появившуюся улыбку, но было видно, что подруга рада видеть Глеба. Она соскользнула с табурета и приблизилась к нему, а затем обвила руками за шею и страстно поцеловала.
— Все, все сделаешь? — выдохнула она и, не дав тому ответить, вновь припала к губам в долгом поцелуе.
Врача мы все же вызвали. К нам приехала наш участковый доктор, милая молодая женщина, которая заверила что с Даней все хорошо, просто не пошел прикорм. И посоветовала начать вводить морковь и цветную капусту.
— Я же говорила что аллергия, — хмыкнула Варя. — Помню меня обсыпало перед выпускным, ужас. До сих пор страшно на фотографии взглянуть, а мама еще как на зло всем родственникам демонстрировала альбом. Жаль, тогда не было фотошопа.