Когда сбываются мечты

— Она будет спать?
— Ну, не все время.
— Иногда?
— Возможно, иногда. А вероятно, и нет, потому что ты будешь рядом, и она захочет побыть с тобой.
— Бабуля может говорить?
— Конечно, может.
— Она не сможет, если у нее будут трубки в горле. У нее будут трубки в горле?
— Нет, моя сладкая. — Я открыла упаковку с мелко нарезанным сыром и предложила его Кикит.
Она взяла горсть.
— У нее будут трубки в носу?
— Нет. Я же сказала тебе об этом вчера вечером.
— Ну, некоторые вещи порой меняются. — Кикит поднесла кулачок ко рту и, откусив кусочек сыра, высвободилась из-под моей руки. — Папочка, а ты почему не едешь с нами?
— Ты же знаешь почему, — раздался голос из-за газеты. — Я должен работать.
Кикит забралась на стул около стола и, усевшись на самом краю, начала болтать ногами.
— Если ты должен работать, — спросила она, — то почему положил клюшки для гольфа в машину?
Я медленно сбивала яйца с порезанным туда сыром.
— Потому, — произнес Дэнис, — что я собираюсь играть в гольф после работы. После, — еще раз подчеркнул он.
— Мы пропускаем школу, чтобы навестить бабулю. Я думаю, тебе тоже надо поехать.
— Я поеду с вами в августе.
Дочка продолжала размахивать ногами, задевая край газеты.
— Когда она выйдет из больницы?
— Я не знаю.
— Может, она там навсегда?
— Ради Бога, Кикит, — раздраженно воскликнул Дэнис и пересел, резко сложив газету. — Перестань колотить ногами по моей газете. Читать совершенно невозможно. Ты еще и сыр разбросала по всему столу. Уходи отсюда.
— Ты встретишь нас в аэропорту во вторник?
— Да.
— Но аэропорт очень большой, как же ты узнаешь, куда идти?
— Я узнаю, куда идти. Отойди от стола, — приказал Дэнис и снова развернул газету, как только Кикит повиновалась.
— Папа приедет, чтобы встретить тебя, — успокоила я дочку.
Я вылила омлет на раскаленную сковородку, запихнула тосты в тостер и потянулась за тарелкой.
— Номер и время рейса ты найдешь на доске для записей, — обратилась я к Дэнису. — Там же я записала и номер телефона, по которому можно позвонить, чтобы узнать, не задерживается ли рейс. Еще там телефоны в Кливленде, а также вся информация о том, кто кого забирает, где и в какой день, со всеми номерами телефонов, — после того как дети вернутся.
Дэнис снова опустил газету, медленно отодвинул стул, подошел к доске для записей рядом с телефоном и, постояв минуту, недовольно вздохнул.
— Что-то не так? — спросила я.
— А что еще может быть не так? Ничего нового. Нам нужна няня.
— У нас была няня. Она постоянно сидела на телефоне, водила машину как сумасшедшая и давала Кикит арахисовое масло, хотя я ей сто раз говорила, насколько оно опасно для девочки.
— Она была француженкой. А французские няни легкомысленны. Нам нужна шведская няня. Да знаю я, знаю! Ты сказала, нам будет лучше без нее, — он нетерпеливо стукнул кулаком по доске, — но этот список, кто кого где и когда забирает, уже не шутка. Даже когда ты бываешь дома, не все проходит гладко. Помнишь, что произошло на прошлой неделе?
Как я могла забыть? Я заставила Кикит и ее друзей ждать меня целый час после танцев, потому что в магазине в Эссексе, где я в то время работала, отключили электричество и часы остановились. Я чувствовала себя тогда ужасно.
— Почему ты не посмотрела на часы? — спрашивал меня Дэнис в сотый раз.
— Я забыла обо всем на свете, стараясь вернуть к жизни компьютеры.
— Ты слишком много на себя берешь, — ответил этот несгибаемый пессимист.
— Нет, — возразила я, неисправимая оптимистка. — Со мной все прекрасно, пока ты мне помогаешь.
— Гораздо проще было бы нанять кого-нибудь, кто бы смог возить детей.
— Они его возненавидят, — возразила я, продолжая готовить омлет. — Они хотят, чтобы мы были рядом с ними. И я этого хочу. К тому же для экстренных случаев у нас есть няня — миссис Гимбл.
— Она не умеет водить машину.
— Зато она живет в соседнем доме и любит детей. Дэнис! — я ждала, пока муж выглянет из-за газеты. — Ты ведь придешь в субботу на игру Джонни?
 
— Если смогу.
О, он мог! Проблема была в том, чтобы он захотел.
— Если ты не придешь, он очень расстроится.
— Если вдруг что-то случится, и я не смогу прийти, то я и не приду. Я тоже работаю, Клер.
С его постоянными напоминаниями я бы не смогла забыть об этом, даже если бы очень постаралась. Точно так же я не могла указать Денису на тот факт, что от его былого бизнеса осталась всего лишь жалкая тень, и он спокойно нашел бы время для детей, если бы захотел. Не могла, потому что это привело бы к ссоре. Я уже затевала подобный разговор когда-то, и у меня не было ни малейшего желания снова ступать на этот тернистый путь. Сейчас мне достаточно было знать, что он позаботится о детях во время моего отсутствия.
— А сколько человек в группе Фергюсона? — спросила я.
— Их количество постоянно меняется.
— А что конкретно они выпускают? — Я перевернула омлет на другую сторону.
— Пластиковые запчасти.
— Для компьютерных мониторов? — Я снова перевернула омлет.
Он пробурчал что-то себе под нос. Да или нет — я не поняла.
Тосты были готовы. Я намазала оба ломтика маслом, положила их на тарелку рядом с омлетом и поставила ее в узкое пространство между Дэнисом и газетой. Затем принялась чистить сковороду.
— Игра состоится в субботу в десять утра. Запланируй свои дела так, чтобы успеть. Пожалуйста! Джонни нужно, чтобы хотя бы один из нас смог прийти. И, кроме того, твое присутствие его вдохновляет. Он безумно расстроился из-за того, что ты не видел, как он забил гол на прошлой неделе. Он убежден, что не сможет больше забить ни одного мяча. Если даже и так, ему все равно необходимо знать, что ты хочешь посмотреть на его игру.
— Я же сказал, что постараюсь, — недовольно проворчал Дэнис. — Но если я не успею закончить дела, подъеду только к самому концу. Ну, что же все-таки так воняет?
Он резко отшвырнул газету и, вскочив со стула, начал с жутким грохотом открывать кухонные шкафчики и орать:
— Твоя голова всегда занята чем угодно, только не домом! Ты наверняка положила что-то туда, где оно лежать не должно!
Вполне возможно. Но я была уверена, что он ничего не найдет в шкафчиках, потому что вычистила их еще неделю назад.
— Вот, — воскликнул он с негодованием, — выброси.
Отвратительно воняющий пакет, в котором лежала наполовину сгнившая луковица, полетел в раковину. Я совершенно не представляла, каким образом она оказалась в шкафчике, набитом старыми сумками из бакалейных магазинов, и вопросительно взглянула на Дэниса, который, вернувшись на свое место, принялся завтракать.
Я убрала луковицу, схватила освежитель воздуха и обрызгала шкафчик.
— Вот видишь, — заметила я. — Ты просто профессионал по поиску пропавших вещей. Со мной не сравнить.
Он бросил на меня раздраженный взгляд и снова погрузился в сводки о рынке ценных бумаг.
Броди опоздал на тридцать минут. Он попросил чашечку кофе и успел поговорить о делах с Дэнисом, пока я заканчивала паковать вещи, застилать постели и одеваться. Мой любимый костюм с мягкими серыми брюками, жилетом цвета слоновой кости и абрикосовым пиджаком идеально подходил как для Кливленда, так и для деловой поездки, которую я собиралась предпринять потом. Кроме того, костюм очень нравился моей матери. Она любила качественные вещи, любила ощущать нежность ткани и наслаждаться тем неповторимым шармом, который они придавали ее дочерям. Эти ее чувства легко объяснялись: она знала тяжелые времена и была счастлива, что они ушли в прошлое.
Мы погрузили вещи в машину, обнялись и расцеловались с Дэнисом. Оставив его махать нам вслед на крыльце коттеджа, построенного в стиле Кейп-Код, хоть и жили мы вовсе не на Кейп-Код, а в маленьком городке чуть севернее Глостера, мы влились в редкий поток обитателей предместья Бостона и направились в Логан.