Аргумент барона Бронина 4 (СИ)

— Или кто, — задумчиво произнёс я.
— Да, — покивала Лилит. — О богах все судачат. Но их давно не было ни в одном из миров вселенной. Может, где-то есть боги, способные привести в движение эту машину, но их давно не было дома.
А ведь том мире охваченном инферно, из которого происходит вторжение сюда, местный император хочет попробовать воскресить какого-то бога.
Однако вслух ничего не сказал. Всё-таки не стоит забывать, что тайна эта не моя, а Лилит — демоница. И работает она на Базалеса.
Однако Лилит, будто прочитав мои мысли, продолжила:
— Говорят, люди в разных мирах не раз пытались воскресить богов или призвать их из далёких странствий, где они давно сгинули. Но ни разу такие попытки не завершались успехом. Кажется, боги забыли о своих мирах. И даже пришествие такой напасти, как Инферно, не побуждает их вернуться и защитить своих подопечных. Безусловно, в некоторых мирах сохранились полубоги, древние герои, возомнившие себя богами, или волшебники, достигшие бессмертия и какого-то могущества и возомнившие себя богоподобными. Но им далеко до богов древности и до их мощи. Быть может, боги действительно могли бы сразиться со всеми дьяволами Инферно и победить их, но пока что у Инферно нет естественных врагов.
Тут ахнула Полина, прижав ладошки к рту.
— Я увидела, увидела! Это большая червоточина! Это что такое?
Всё-таки у меня могущества было побольше, да и опыта тоже. По крайней мере, я понимал, что на звёздном небе находиться должно, а чего быть никак не может.
— А я ничего не вижу, — насупилась Света.
— Это то, о чём говорила Лилит? Та самая угроза, которая нависла над нашим миром? Нужно срочно обо всём рассказать папе, а ещё донести до императора.
— Успокойся, сестра, — подошёл я к Полине и положил ей руку на плечо. — Эта опасность нам не грозит. По крайней мере, в ближайшие несколько сотен или тысяч лет. Думаю, мы не доживём до того момента, когда эта напасть станет серьёзной угрозой.
Полина перевела взгляд на Лилит. Девушка согласно кивнула.
— Это просто развлечение такое. При дворе моего отца часто развлекались таким образом, представляя, что будет через много-много лет после нашей смерти.
— Постой, что-то я тут не смекнула, — заявила Света. — Кем был твой отец? То он король, то он какой-то бессмертный, который видел мир задолго до нашего рождения. Ты кем себя возомнила?
— У меня было несколько отцов, — ответила Лилит. — Один родной, второй меня воспитывал. А воспитывал меня король.
— Король? Что это за король такой? У нас вон император. А короли обычно в мелких королевствах.
— Не из этого мира, — ответила Лилит.
— У нас из других миров только демоны, — немного подумав, заявила Света. Она явно просто хотела покрасивее уязвить не понравившуюся ей девушку, но сама не поняла, как оказалась близка к истине.
Лилит лишь усмехнулась.
— Думаю, на сегодня с демонстрациями покончено, — заявил я, обращаясь к Лилит.
— Да, мой господин, — улыбнулась она, затем провела какие-то манипуляции с рычагами, и небо снова стало светло-серым — сегодня к вечеру погода стала пасмурной.
Наконец, платформа стала выравниваться, а огромная конструкция, которая выдвинулась к небу, приняла вертикальную форму и стала опускаться.
— Хоть убейте, не понимаю я, для чего нужна вся эта бандура. Безусловно, дорогая, но абсолютно бесполезная. Вы думаете, что я поверю в то, что это какое-то древнее оружие?
— О, — снова нашлась Лилит. — При помощи неё очень удобно наблюдать за звёздами. Многие находят это очень занятным и познавательным занятием.
— Если по правде, эта червоточина, что это такое? — спросил я игнорируя Свету. Всё же меня самого смутило то пятно. — Я ведь знаю, что твари бездны давно не проявляли себя. По крайней мере, война с ними давно осталась в прошлом. Да, я не знал об этих обсерваториях, но думаю, не ты одна умеешь ими пользоваться. И если бы такая угроза существовала, пускай и через большое количество времени, сильные архимаги этого и других миров об этом знали бы.
— Это червоточина принадлежит не хаосу, а Инферно, — улыбнулась Лилит. Это тоннель, что однажды соединит этот мир с сетью миров Инферно, которые питают главное кольцо миров и дьяволов, правящих там.
  
— Ой, Лилит, ты столько знаешь о демонах и Инферно, но ты так молодо выглядишь. Откуда ты это всё знаешь? — на этот раз подозрительный вопрос задала Полина.
— Мой отец был очень могущественным волшебником. И он мне это всё рассказывал, — осторожно ответила Лилит, зная, что мне не хочется, чтобы Света и Поля узнали о природе моей спутницы.
Хотя, как я понял, она сказала правду. Просто не всю правду. Не знаю, можно ли назвать сильных демонов волшебниками, но любое волшебство — это магия. А магия бывает светлой, чёрной, стихийной, демонической, хаотической… да какой угодно.
Стоило обсерватории занять исходное положение, как передо мной появился ещё один ворон. В свете дня он угадывался сразу. Замахав крыльями, он описал обсерваторию по кругу, затем завис прямо передо мной.
— Ну что, девчонки, вот, похоже, от дяди Димы весточка пришла. Скоро вам придётся возвращаться домой, — сказал я, окинув взглядом сестёр. Затем выставил руку вперёд.
Однако я снова не угадал. Письмо было не от дяди Димы, а от главы рода Гималаевых — по крайней мере, так значилось на конверте. Я ещё узнал их герб: козлиная голова на фоне заснеженных островерхих скал.
В письме значилось следующее:
"Уважаемый барон Алексей Александрович Бронин,
Мои люди передали мне недобрые вести о неудаче, постигшей их во время выполнения миссии по возвращению наших земель. Однако из их описания я понял, что вы действительно серьёзный противник, и что вы так же могущественны, как и ваш батюшка, с которым мы так и не смогли договориться. Признаюсь честно, мне это не по душе. Однако получается, что ситуация никак не изменилась. И пускай вы больше не из рода Медведевых, но в вас течёт их кровь. И глупо было надеяться, что ситуация решится так легко.
Поэтому мне ничего не остаётся, как признать тот факт, что от вас мы землю не получим, и оставить разбирательство по этому спорному участку нашим потомкам. Однако, учитывая обстоятельства и то, что мои люди и родственники стали вашими должниками, а также тот факт, что вы не стали их убивать, а повели себя вполне достойно, не стали злоупотреблять возможностью, характеризует вас как довольно достойного и благородного человека.
Поэтому предлагаю вам заключить предварительное перемирие, а также сделать первые шаги к сближению друг с другом в нашей будущей дружбе.
Несмотря на то, что род Гималаевых давно сотрудничает с родом Гадюкиных, мы никогда с ними не были друзьями. И спешу вас предупредить, что хоть Гадюкины признали поражение и пообещали, что удовлетворят ваши претензии, но будьте осторожны, они в любой момент могут ударить вас в спину.
Не расслабляйтесь, барон Бронин, вы меня заинтересовали. Не скажу, что встаю на вашу сторону при возможном противостоянии. Наша история с Гадюкиными гораздо старше взаимоотношений даже с вашим батюшкой. Однако предупредить вас не составит никакого труда, да и предательством это считаться не будет.
С наилучшими пожеланиями, Аркадий Геннадьевич Гималаев"
— Ну что ж, Спасибо Аркадию Геннадьевичу Гималаеву, что предупредил, — пробормотал я. — Что мне ещё остаётся?
— Что там, что там? — тут же подбежала ко мне Света, пытаясь заглянуть через плечо в содержание письма.
Я тут же его сложил.
— Чужие письма читать неприлично.
— Конечно неприлично, но ты же мой брат, тем более барон. Значит письмо не чужое. Что же тут неприличного? — взялась за старое Света.
— Так это от дяди Димы? — спросила Полина.
— Нет, не от дяди Димы. Пока что ещё погостите у меня, — заявил я.
— Тогда кто? — настойчиво спросила Света.
— А это уже не твоё дело. Что? Как насчёт дружеского спарринга? — спросил я у Светы и Полины, поспешив сменить тему.