Из Бездны (СИ)

— А колдунья что? — снова задала вопрос Ликисса.
— А что колдунья-то? Она ни с кем не разговаривала и вообще была высокомерна как королевская задница. — пожал плечами Велизарий.
— Лик, куда ведет эта дорога? — спросил Таргус.
— А? — не расслышала та вопрос, погруженная в мысли. — А, дорога! Она ведет к границе нашего графства. Скоро будет застава пограничной дружины.
— Чего ждать от пограничников? — Таргус принял бутыль от Лик.
— Тебя им лучше не показывать, а Велизария они тронуть не посмеют. Демон битвы, как никак. Жизнь дороже. — Лик с уважением посмотрела на массивную фигуру Велизария.
— Ты что, действительно такой опасный? — улыбнулся Таргус.
— Ну... даже не сразу ответишь... — замялся Велизарий.
— А вы не знаете с кем путешествуете? — удивилась Лик. — Он же демон битвы! Самый опасный демон, которого можно встретить на поле боя! Сильнее любого другого демона, быстрее и живучее, он в одиночку может биться против небольшой армии людей! А если впадет в боевую ярость, то его вообще нельзя остановить! Он становится неуязвим к оружию, и единственной его целью будет смерть всех врагов! Ещё у него два сердца, две печени, в общем органов по два-три! Ещё он должен иметь крылья, но этот почему-то не имеет...
— Да у меня в компании очень полезный демон! — рассмеялся Таргус. — Честно говоря, я догадывался, что ты не так прост.
Дальше они шли молча. Лик снова погрузилась в свои печальные думы, запивая их второй бутылкой вина.
— Вот эти латы, Велизарий... — Таргус показал на свои доспехи, лежащие на полке в стене вагенбурга. — Они в Мире стоят дорого?
— Дорого. Не всякий барон себе такие может позволить. — кивнул демон битвы. — Я вот, когда служил королю, нечто наподобие носил, правда они все равно принадлежали королю, жадный был подонок, хоть и богатый.
— А как у вас было с огнестрельным оружием? — продолжил спрашивать Таргус. Все равно было нечего делать пока шли.
— Не очень хорошо. — ответил Велизарий. — Примитивные аркебузы, пищали... Здесь все оружие более продвинутое. Хотя в Мире я слышал, что Инферно и Предместья в этом вопросе отстают от остальных лет на сто. Брехня, как оказалось.
— А кем ты был у короля?
— Я у Юстиниара был сначала в пехоте, дорос до тысячника, потом в гвардию перевели, тоже на должность тысячника. Потом он мне армию дал, направил вольные города брать. Я и брал. Возвращал все, что потерял его папаша. — Велизарий с горечью вздохнул. — А он, как выяснилось, завидовал... Славы полководца хотел, отзывал меня из армии, присылал ненужные проверки и полномочных советников из своих придворных... дебилов, естественно. В конце концов, войну с империей Ротай мы проиграли, причем последние два года войны я вынужден был томиться при дворе... Меня крайним и сделали. Лишили всех наград, званий, поместий и земель, но я особо не печалился, обрыдло мне все это, подковерная грызня, обман, подлоги и предательства. Я вышел из дворца в город, продал броню и меч, обналичил кое-что из сбережений в банке и купил себе большой дом в купеческом квартале. Открыл в нем гончарную мастерскую. Работал, имел стабильный доход, помирился с родней, нашел жену, завел восьмерых детей... Дальше должна была быть размеренная жизнь и почетная старость, но дальше... ты знаешь.
— Не стоит об этом лишний раз вспоминать. — Таргус решил сменить тему. — Лик, до заставы далеко.
Та подошла к прибору наблюдения, из линз и зеркал и сообщила:
— За теми валунами!
Как она и сказала, застава оказалась за поворотом, где дорога огибала нагромождение камней.
— Вот и пришли. — остановил Таргус вагенбург.
На стенах и вышках острога никого не было. Никто их не окликнул и не подал сигнал вниз.
— Ох, мне это уже не нравится. — пробурчал Таргус, надевая броню.
Решив, что терять особо нечего, он открыл дверь и вышел наружу. На этот раз он вытащил Аркима из рюкзака. Обломок поглотил привязанный меч, но Арким ещё не говорил. Вокруг было пусто. Из вагенбурга выглядывали два ствола, один мушкетный, второй штуцерный. Таргус попробовал открыть ворота, но они были заперты наглухо.
 
— Попробуй калитку! — посоветовал Велизарий.
— Какой идиот догадался поставить дверь прямо возле ворот? — спросил у небес Таргус.
Подойдя к ней, он просто толкнул её и она открылась. Взяв свой штуцер на изготовку, он вошел. Внутри все было как в обычный, ничем не примечательный день на средневековой пограничной заставе. Колодец, из которого набирал воду один демонид в поддоспешнике, учебные чучела, на которых тренировались пятеро воинов, стол, за которым сидел командир заставы, а перед ним стоял адъютант, с каким-то донесением в руках.
— Нездоровая канитель творится в башке у ублюдка, который это сделал... — прорезюмировал увиденное Таргус, отходя к двери.
Нездоровым было то, что все эти демониды, которые якобы занимались обычными делами, были мертвы и стояли только за счет того, что были нанизаны на деревянные колья.
— Ты, видимо, ещё не видел нездоровой канители, демоненок! — раздался голос с крыши барака, служившего жильем для воинов заставы.
— С кем говорю? — спросил Таргус, ища взглядом говорившего. — Покажись!
-Да уж... — вздохнул говоривший. — Не любишь интригу? А зря!
Таргус не успел выстрелить в появившегося вампира. На крыше появилось облако черного дыма и в штуцер ударил молниеносно брошенный меч. Он удержал штуцер, но облако в рамках одной секунды приблизилось к нему и чьи-то руки вырвали его. Теперь перед Таргусом стоял вампир, рассматривающий его оружие, вертя в руках.
— Никогда не понимал вашего увлечения этим... оружием. — скептически осмотрев штуцер, подытожил он. — Оно лишает бой элемента личного... да и противник истекает кровью слишком быстро.
— Позёр. — оценил Таргус картинную стойку вампира. Он как будто рисовался перед кем-то.
— Нисколько. — не согласился вампир. — Эстет.
— Котлета ты, а не эстет. — Таргус выхватил нож и попытался перерезать горло вампира.
— Ты слишком ме-е-е-дленный. — издевательски протянул вампир. — Вы, демониды, слабые и ме-е-е-дленные существа, я тебе это сейчас докажу.
Размывшись в воздухе, вампир сблизился с Таргусом и ударил его кулаком в область печени. Был слышен скрежет металла и Таргус почувствовал острую боль. Лежа на земле, он попытался вдохнуть, но не смог.
— Ты даже не увидел, как я тебя ударил. — вампир поставил ногу на грудь Таргуса. — Это доказательство абсолютного превосходства расы вампиров над вашей расой и остальными...
Таргуса не охватила обида за попрание чести расы демонидов, но он не стал оставлять действия заносчивого мертвеца без ответа от расы людей. Правой рукой дотянувшись до лежащего рядом посеребренного ножа-пилы, он добился того, что вампир поднял поставленную на грудь Таргуса ногу для удара по ней. Когда нога почти опустилась на правую руку, Таргус левой выхватил Аркима и что есть силы ударил по левой ноге вампира. Как и ожидалось, ногу отсекло с тонким разрезом. Вампир упал рядом. Таргус вбил обломок в его пах и протянул до шеи. Раневую полосу покрыло черное пламя. Это была реакция вампирской плоти с метеоритным железом. Вампир начал громко визжать. Таргус не остановился на достигнутом, отрезав вторую ногу, обе руки и голову. Пробив печень и сердце умирающего кровососа, он потерял сознание.
— ...мать его! Держись! — услышал Таргус крики Велизария. — Сейчас, сейчас!
В рот кто-то положил какие-то осколки стекла. Сразу стало тепло. Режущая боль из области печени притупилась, не ушла, но ослабла. Сейчас он лежал под навесом кузницы заставы. Латная кираса лежала на земле, поддоспешник был разрезан, а в области печени чернела обширная гематома.
— Тебе печень разорвало, ты умирал. — сообщил Велизарий. — Пришлось тебя кристаллом накормить, как бы не вышло чего... Куски были крупные.
— А что может быть? — спросила Лик.
— Душу он может потерять, или другим человеком стать... — с беспокойством ответил Велизарий. — Никто наверняка не скажет.