Не стану второй женой (СИ)

Я горько усмехаюсь и утыкаюсь взглядом в узорчатую скатерть.
— Это трудно принять. Просто морально и физически, я разбита.
— Ну ты же не собираешься от него избавляться? — она вскидывает бровь. — Это было бы глупо с твоей стороны.
— Глупо избавляться от ребенка, когда его отец обманывал тебя все это время? Ты пойми, Эмре мог все рассказать давным давно. У него было время. У нас оно было. А чего стоит медовый месяц! Мы же там просто целыми днями наслаждались друг другом и больше ничего. Но он не соизволил нужным говорить о прошлом со мной. А я... Я не настаивала. И это моя главная ошибка.
Она качает головой, явно не соглашаясь со мной, а затем отворачивается, принимаясь накладывать еду.
Я вдыхаю аромат, исходящий из тарелки. Божественно.
— Айшен, не нужно было столько готовить.
А у самой глаза разбегаются.
— Конечно нужно. Как я тебя голодной оставлю?
Подруга быстро накрывает на стол и садится рядом со мной.
— Нихан, знаешь, я хоть и не приверженица наших традиций, но все же считаю, что принимать такое решение стоит вместе с Эмре. Имею ввиду рождение ребенка. Потому что у нас за такое сильно осудят. Ты сама знаешь, что это грех. И вообще лучше все обдумай, прежде чем...
— Я не собираюсь идти на аборт, Айшен, — перебиваю ее мягко и зарываюсь пальцами в волосы. — Просто все это не вовремя, понимаешь?
Она выдыхает с облегчением.
— А разве бывает все вовремя? Когда моя мама забеременела, отец ушел от нее к своей любовнице. У мамы неоднократно была угроза выкидыша. Но она справилась. Потому что в какой-то момент взяла ответственность перед нами. Нерожденным ребенком и мной, естественно. Мне тогда двенадцать было. Я видела, как мама мучалась. Она его любила. А он... — подруга усмехается. — А он ее разлюбил. Нашел помоложе, поинтереснее. Оказывается, и такое бывает.
— Кстати, ты никогда не поднимала эту тему, — осторожно вставляю.
— Может быть потому что всё ещё болит? — мягко улыбается. — Я все помню. Все, как в первый раз.
— Вы потом никогда не встречались?
— Встретились конечно. Через семь с половиной лет, кажется. Может восемь. Но знаешь, за все это время, он ни разу не спросил, как мы? Как мама? Я нашла его сама. Зачем-то... Он выставил меня за дверь. Сказал, что его жене не нравится, когда в доме посторонние. И вообще не приемлет меня. Оказывается, он написал отказ от детей. Мама молчала. Ничего об этом не говорила. Видим травмировать не захотела.
— Что?! — возмущенно проговариваю я.
У меня просто нет слов. Какая дикость и неоправданная жестокость к своему родному ребенку.
Разве она этого заслужила?!
— Поэтому я знаю, каково это жить без отца. Это тяжело, да. Но выдержать можно все. Правда между этими двумя ситуациям есть колоссальная разница. Эмре пытается оправдаться. Ищет тебя. Вон всю ночь напролет искал... — цитирует его слова.
Я морщусь. Сейчас любые его действия вызывают лишь отвращение и злость.
— И оставил свою Таисию одну, — не могу не съязвить. — Он ведь мне еще с утра говорил, когда я к нему на работу ходила, что вернется поздно. Что спать мне ложиться можно без него, — перечисляю факты. — А я думала, что дел у него много. Не хотела мешать... Но разве теперь причина не очевидна? Я нарушила его планы. Узнала о двойной жизни, о которой не должна была по всей видимости, никогда, — подчеркиваю специально, — знать. Заглянула в его другой слаженный мир в котором он счастлив.
— С чего ты решила?
— Счастлив, Айшен. Иначе бы давно ушел от нее. И если Эмре теперь думает, что я так просто все это забуду... И что, он сможет так просто получить прощение, придя с букетом красных роз, и я непременно найду оправдание за его наглую ложь... Попытаюсь выслушать, понять взрослого мужчину, который мог давным давно во всем признаться, то сильно ошибается. Этого не будет, — я вдруг кидаю затуманенный взгляд на свое обручальное кольцо, которое при свете люстр, освещает каждую грань бриллианта,— и если честно, я сильно сомневаюсь, что его слова, которые он хочет мне сказать сильно изменят мое решение по поводу наших дальнейших отношений. Мне больно это говорить. Больно об этом думать, но я не вижу больше у нас совместного будущего...
  
  
Глава 27
 
Влюбленный слеп. 
Но страсти зримый след 
Ведет его, где зрячим хода нет.
Восточные мудрости (Н. Гянджеви)
— С ушла сошла? Еще ничего неизвестно, а ты уже все хочешь с ним расстаться. Так просто не выйдет. Он же твой муж.
— Муж? А это еще неизвестно так ли это на самом деле!
— Пока ты не видела документы. Пока ты не в курсе всего того, что может сказать Эмре… Выбрось эту мысль из головы, Нихан. Он пытается что-то сделать. Исправить ситуацию. Видно, что Эмре чувствует вину. А мой отец даже не пытался. Он просто отвернулся от нас, — она крепко сжимает вилку в руках, а затем переводит взгляд на меня. А что я? У меня слезы на глазах от услышанного. — Ой, я кажется совсем ушла от темы, да? Не бери в голову. Это мое прошлое. И оно тоже имеет место быть.
— Выслушав тебя, понимаю, что мое детство было просто прекрасным. Несмотря на то, что родители ушли совсем рано... всю ответственность за нас взяла Лейла. Она возлагала на меня большие надежды. А я... Я ее подвела. Чувствую себя приживалкой. Вышла замуж, не добившись никаких успехов в карьере. Затем забеременела и узнала, что муж все это время меня обманывал. Что может быть лучше?
— Мой пирог? — мгновенно разряжает обстановку она, и я улыбаюсь. — Ешь давай. Наговориться ещё успеем.
— И то верно.
После трапезы, я встаю со стола с пустой тарелкой и иду к раковине. Но подруга меня опережает.
— Так, — командует она. — Иди отдыхать! Ты выглядишь, как ходячая мумия.
— Айшен, ну давай помогу? — настаиваю я.
— Нихан, ты моя гостья. Не переживай. Иди. Поспи немного. Я помою. Здесь немного, и буду собираться. Мне ещё на учебу идти. А потом работу в лаборатории.
— Боже... сколько тебе осталось еще?
— Ну для того, чтобы стать хирургом... Два года в ординатуре. Но это того стоит, поверь.
— Охотно верю, — закатываю глаза.
Айшен старше меня на три года. Но еще учится в медицинском университете. Моя самая близкая подруга. Мы с ней давно не виделись и мне ее очень не хватало. Она участвовала в программе по обмену студентами и все это время практически не выходила на связь. Все же, поехать в новую страну, вливаться в новый коллектив и изучать все на другом языке — задача не из лёгких. Поэтому я смиренно ждала ее приезда.
Мы познакомились с ней совершенно случайно. Я ходила сдавать общие анализы крови, которые нужны были университета, в одну клинику. Там была жуткая очередь, но при все этом хаусе, она оставалась спокойной и безмятежной. Я восхитилась этим качеством. И поскольку мне нужно было поскорей забрать результаты, мы обменялись с ней номерами. А там уже сообщение за сообщением... Как-то получилось, что быстро нашли общий язык и подружились. Стали родными душами.
— Нихан, — кидает она напоследок мне, когда уже полностью переодевшись стояла передо мной в коридоре, — можно бесконечно ходить по кругу мучений, но по итогу это не принесет должного результата. Скорее наоборот, усугубит ситуацию. Ты же не хочешь довести себя до больницы?
— Нет, конечно.
— Ну вот и хорошо. Теперь тебе есть о ком думать. Не стоит об этом забывать, — кивает на живот, который я неосознанно прикрываю ладонью. — Давай, целую. Вернусь к вечеру. Не скучай.
Тяжело вздохнув, я возвращаюсь в комнату. Принимаю душ. Холодная вода немного остужает температуру моего тела и помогает избавиться от сильнейшей усталости, что скопилась за последний день.
А еще я пришла к выводу, что могу сколько угодно обвинять во всем Эмре, но суть в том, что моя вина в этом тоже имеется...