Теория Хайма (СИ)
— Что? Не хотите, чтобы я уходила? — Пробормотала Ким, стараясь дружелюбно улыбаться. — У меня нет больше шариковых ручек. И если на то пошло зажигалка и фонарик мне еще пригодятся, это я погорячилась.
Торопливые девичьи шаги заставили ее обернуться. Девушка-подросток с очаровательной улыбкой ангела протягивала ей кружку ароматного вина.
— О. Спасибо. У вас тут замечательные традиции гостеприимства. Стоит признать, нашим стоит у вас поучиться. — Ким благодарно приняла кружку, делая большой глоток. Потом еще один. И новый. Пока не выпила до дна. Пряный, покалывающий язык вкус растекся по горлу. Ким сглотнула, смакуя аромат специй, винограда, чернослива и чего-то еще еле уловимого, нежного и терпкого. — Вот это настоящее вино… а не то, что у нас продают — сок с водой. Крепкое… — Она откашлялась, вновь улыбаясь хозяевам. — Спасибо за все, пусть вы ни черта не понимаете. Я просто должна сказать это. Ну, бывайте. Я даже не прошу показать направление ближайшей трассы… верно, откуда вам знать. Вы же ручку увидели впервые.
Мужчина не сдвинулся и на сантиметр, не давая ей пройти. И то как эта троица на нее уставилась…
— Говорит. — Выдохнула женщина. — Сработало?
— Говорит, но от этого ее речи понятнее не стали. — Согласилась девчонка, которая все время держала себя непринужденно.
— Сработало? — Пробормотала Ким, пытаясь понять. Она повертела кружку в своих руках, обдумывая сказанное этими людьми. — Ох… да вы… все это время понимали меня?! — Пронзительно вскрикнула она, вскидывая голову. — И претворялись дураками!
— Дураками? О чем она? — Пробасил мужчина, поглядывая на жену.
— Что ж, уже лучше. Эта ситуация постепенно выходит из разряда «безвыходная». — Усмехнулась девушка, удивленная таким резким, но все же приятным поворотом событий. — Итак, раз вы меня понимаете, значит я все еще в северной полосе, это безусловно плюс… у меня при себе даже паспорта нет.
— Ты не в… Северной полосе, дитя. — Коснулась ее плеча женщина. — Наше поселение при портовом городе Ратания… И язык, на котором говорим мы — Илидианский, ибо страна наша находится под властью империи Илидианской вот уже пять веков подряд…
— Ага. — Усмехнулась девушка, возвращая хозяйке кружку из-под вина. — Складно сочиняете… Портовый город. — Она усмехнулась вновь, на этот раз кривовато. Вздохнула полной грудью, после чего посмотрела на мужчину перед собой. Осмотрела вновь жилище. — Портовый… — Прислушавшись, гостья различила в суете дня и свисте ветра в щелях и печной трубе истошные крики беспокойных чаек. — Нет-нет-нет. — Тихое бормотание было преисполнено смятение и недоумения. — Это не может быть… Я жива?
— Живее всех живых, девушка. — Кивнул хозяин дома. — Я нашел тебя на дороге в город, когда возвращался с ярмарки домой. Дождь шел безбожный, а ты прям под колеса прыгнула.
— Я отказываюсь верить в это, Хло! — Резко бросила Ким, обходя мужчину и кидаясь к выходу.
И стоило ей переступить порог низенькой рыбацкой избушки, как перед ее глазами распростерся великолепный, полный величия и жизни вид на…
— Океан? — Пробормотала Ким, чувствуя как бриз взъерошивает короткие волосы, отводя от глаз косую челку. — Океан… Дом рыбака… Портовый город… — Девушка обернулась вокруг своей оси. — Отец… где ты говоришь меня нашел?
— Лиги две отсюда. — Он указал в сторону чернеющего леса, что уходил в противоположную сторону от океана. — Ты явно была не в себе. Я тебя чудом не сбил…
— А может все-таки сбил… потому что я ни черта не понимаю. — Девушка запустила пальцы в волосы, собирая их в кулак, продолжая оглядываться, отчаянно всматриваясь вдаль. — А что насчет дня и года?
— Седьмой день Гендаля.
— Смеешься, отец? А год… Хотя какая к чертям разница, мне и Гендаля хватило… Что насчет сторон света?
— Север. — Мужчина махнул рукой в сторону леса.
— Разумеется… — Девушка усмехнулась, с силой зажмуривая глаза. — В тот раз ветер дул со скоростью около пяти метров в секунду… на восток… А сила удара молнии может доходить до двенадцати тысяч ампер. Это возможно, Хло? Черт возьми, да!..и что теперь?
Скрестив руки на груди, чудаковатая незнакомка уставилась в землю под ногами, постукивая ступней, что-то судорожно обдумывая.
— Она выглядит глубоко несчастной. — Пробормотала Аиша, смотрящая за терзаниями недалекой девушки.
— А еще чокнутой до предела. — Поддакнула мать. — Что она несет? Думаю, ей давно пора… куда ей там нужно? Что люди то скажут, если увидят ее в нашем доме.
— Она пусть и чокнутая, но явно нуждается в помощи. А мы нуждаемся в деньгах. Чувствуешь связь? — Бросил отец, которому эта связь была явно по душе.
— Так! Да! Окей. Я, Ким Рендал, признаю, что ты, Хло Рендал, моя старшая сестра оказалась права. И торжественно признаю свою ошибку, и прошу прощения. — Девушка резко повернулась к небольшому семейству лицом, замечая угодливые улыбки на простых лицах. — И я признаю, что я оказалась черт знает где, но явно в другом измерении. Вселенная… пространство вариантов… Я пусть и чокнутая, но не дура. Мне хватает ума признать происходящее. Вывод… Выход там же, где и вход. — Девушка быстро и стремительно подошла к хозяину. — Вам нужны деньги, мне нужна помощь. Если вас так поразили ручки, у меня еще есть зажигалка, фонарик и механические часы. Все будет вашим, если вы меня проводите на то самое место, где нашли. И… отдадите мне мою одежду.
* * *Она никогда еще не ездила на лошадях. Ладно, пять метров на малышке пони в восемь лет не в счет.
— Что ж, Ким. Если мы продолжим путь в таком же темпе то доберемся до места не раньше сумерек. — Проговорил Бран, оборачиваясь через плечо, наблюдая с кривой улыбкой за тем, как молодая наездница качается в седле, напряженно сжимая коленками седло гнедой кобылки. Как руки стискивают поводья, а спина напряжена и выпрямлена так, словно девушка проглотила черенок метлы. — Неужели в стране вашей не учат лошадью управлять?
— Не поверите, почтенный. В нашей стране услугами непарнокопытных пользуются крайне редко. — Напряженно отозвалась Ким, перехватывая поводья, покачиваясь в седле словно пьяный матрос.
— Но как же простые люди вроде нас… купцы, торговцы и ремесленники преодолевают расстояния. Волы? Корабли?
— Автомобили, уважаемый. — Бросила девушка взгляд в его сторону. Пожилой рыбак, услышав незнакомое слово, сравнял лошадей, внимательно смотря, словно в ожидании продолжения. — О, отец, а для обычного работяги ты чересчур любопытен.
— Знала бы ты, сколько историй я наслушался за свой век, девушка. Рыбаки и моряки только этим и живут. Порой интересную байку предпочитаешь сну. Так и проходят ночи на море… Так что там с твоими… автомобилями?
— Ну… так просто и не объяснишь…
Ясное дело, этот рассказ старику понравился меньше чем байки про кракенов и других морских чудовищ. Он слабо понял принцип работы поршневого двигателя внутреннего сгорания. И еще хуже принцип действия.
— Слушай, а у вас… все так сложно, милая? — Перебил ее Бран.
— А разве это сложно? — Нахмурилась Ким, хватаясь за поводья, когда лошадь взбрыкнулась, пускаясь галопом. — Первый ДВС был создан французским инженером аж в 1860 году. Что б ты понял, отец, это был сто пятьдесят лет назад.
— Твой народ любит забивать себе голову. — Подмигнул ей мужик, который явно был утомлен и не согласен. — И чем плохи лошади.
— Они живые, как вывод быстро устают, требуют заботы и еды, они стареют… они не так быстры. У техники много преимуществ, папаня.
— А как же… если война, а? Как вы без конницы то?
— О, не заставляй меня объяснять тебе еще принцип действия ядерной бомбы, отец. — Обреченно вздохнула, Ким, оглядывая лес, стоящий стеной с левой и правой стороны от проселочной дороги, которая совершенно раскисла, после вчерашнего ливня.
По-летнему яркое, ласковое солнце грело макушку и спину. Мелкие, еще не просохшие, капли, оставшиеся на иголках хвойных и на пушистых шариках одуванчиков теперь сверкали в щедрых лучах бриллиантами. Ультрамарин чистого неба отражался в грязных лужах под копытами кобылок, мешавших небо с землей… и все это бы полностью захватило ее, не видевшую столько чистоты и умиротворения даже в пригороде, если бы не такое обилие страхов и сомнений. Почему-то армии «да» и «нет» сражались в ее голове до сих пор.