Теория Хайма (СИ)

— Черта с два. — Прервала новую волну хохота Ким, ставя руки на талию. — Реиган, его брат, да хоть бледная тень их почившего отца. Он мужчина — а значит, я получу свое разрешение выходить из чертовой комнаты без спроса.
  
Глава 12
 
— Поторапливайтесь, девушки. Вы не будете здесь сидеть всю ночь, даже не надейтесь. — Окрикнула обольстительниц Велика, расхаживая меж купальнями. — У вас еще десять минут. Кто не успеет, тот вылетит отсюда без одежды.
Ким с тихим вздохом откинула голову на бортик, утопая в розовой воде по грудь. Это были, пожалуй, самые лучшие минуты в этом аду, помимо тех, которые отведены на сон. Забыться на пару часов здесь мечтала каждая невольница. Правда для Ким с каждым новым днем, что подсыпало отчаянье и забирало время, мирно заснуть было задачей не из легких. Но ванна… Боже, ванна здесь была даже лучшее ее душевой кабинки, кроме шуток. Чуть теплая, наполненная ароматом роз; после изнурительной жары с сухим ветром и пылью, это было подобно снисхождению благодати.
Закрепив волосы на затылке частым гребнем, так что несколько упрямых прядей все же вылезли прилипая к шее и лбу, закручиваясь в тонкие колечки, Ким наконец лениво приступила к мытью, забирая с бортика костяной стригиль [2].
Прошел очередной день, преисполненный бесполезностью. Время все меньше, до свадьбы — считанные дни, а она сидит здесь, покусывая губу и с задумчивым видом водя скребком по телу. Какого черта она все-таки делает… просыпается, собирается на завтрак, состоящий исключительно из какой-то травы и фруктов (теперь на ее лице возле скул образовались впадины, которые Велика назвала «очаровательными»). Ходит на эти бестолковые уроки, в которых, однако, участия не принимает, чем привлекает к себе еще больше гнева и недовольства со стороны «сестер» и наставниц. Плетется на эти еще более бессмысленные прогулки. И каждый день одно и то же…
— Вылезайте, девочки. Кыш-кыш. — По плечу Ким больно стукнул веер наставницы. — Дайте искупаться другим. Вода — роскошь в этом городе, вам ли не знать.
Учитывая засушливый климат и горную местность запада столицы, вода действительно была драгоценностью. Сам факт того, что им позволено нежиться в воде каждый вечер говорит об исключительном богатстве этого дома.
Спустя пару минут в роскошные двери купальни вбежала новая группа что-то весело обсуждающих девушек. Уже привыкшие к здешним условиям и, кажется, ими вполне довольные, эти соблазнительницы вели себя раскованно, плескаясь в воде и шумно делясь новыми сплетнями.
— Сегодня… угадайте, кто приехал в замок? — Прочирикала рыженькая, помогая своей подруге вымыть спину.
Ким же прислушалась, надеясь вытянуть из потока бесполезной болтовни, что-то действительно заслуживающее внимания. Стоя в углу, у колонны, обтираясь сливовым маслом, она делала вид создания не этого мира, которому нет абсолютно никакого дела до местных сплетен. Как бы не так.
— Пэри. — Протянули хором обольстительницы, при этом мечтательно простонав. — Он обстриг волосы, вы видели?
— Почему я его не видела? Как вам удалось?
— Мы с девчонками гуляли в восточном саду, когда заметили, как его люди перетаскивали вещи на третий ярус. Естественно мы не могли упустить такую возможность… — Рыжая кокетливо прикусила губу. — Он хорошеет с каждым годом.
Ким готова была обреченно простонать. От этих озабоченных клуш никогда нельзя было добиться чего-нибудь стоящего. Даже если дело касалось простой информации.
— Кто такой этот Пэри? — Спросила только что привезенная с востока юная красавица.
— Боги, новенькие такие бестолковые. — Закатила глаза мулатка. — Не удивлюсь если вы и императора еще не видели.
— Говорят, он хорош…
— Эдан хорош, а средний брат Пэри просто выше всех похвал. Но с длинными волосами ему было лучше. Мне рассказывала Мира, что когда он провел с ней ту самую ночь, лучшее ощущение, которое она испытывала за всю свою жизнь — скольжение его волос по коже. Ну, кроме прочего… вы поняли.
 
Ким изобразила рвотный порыв, тогда как остальные девушки вновь игриво рассмеялись.
— Как думаете, кто будет в этом году?
— Дураций вопрос. Конечно же я. — Заявила блондинка с роскошными формами, стрельнув коварным взглядом в сторону своих подруг.
— Размечталась. Кто на тебя поведется. — Ответила ей другая, тем самым порождая шутливую драку.
— Девочки, тише! Не забывайте о времени. — Окрикнула их Велика, добавляя: — Почему ты до сих пор здесь, Безымянная?
Ким прикусила внутреннюю сторону щеки, поднимая глаза на наставницу.
— А… мне… это…
— Ах знаю, наслаждаешься последними днями в чистоте и удобстве? — Ехидно улыбнулась Марте, постукивая сложенным веером по своей ладони. — С завтрашнего дня приступаешь к своей новой работе. Девочки, давайте поздравим Наэджу [3] с вступлением в новую должность. Хотя, навряд ли это повод для радости.
Хриплый смех Марте поддержал «дружный» женский коллектив.
— Хороший урок, Велика. Как еще учить тупоголовых своенравных новеньких. — Усмехнулась проходящая мимо профессионалка Роксана, бросив на Ким оценивающий взгляд. — Кто не знает последних новостей?
— Да брось. Об этой дуре уже легенды ходят.
— Реигана. Слышали? Огнерожденного. — Продолжала тем временем элитная шлюха. — Если бы мне удалось привлечь его взгляд, я бы потребовала полцарства в придачу.
— А по-моему даже надрываться не стоит. — Кинул кто-то. — Вы его видели? Боги, он явно пошел не в своих братьев.
— И очень жаль. — Протянула другая. — Хотя… за полцарства может и стоит поднапрячься.
— Если есть что напрягать. — Хмыкнула Роксана, опускаясь в ароматную ванну, слушая, как ее реплику поддержали гоготом.
— Все так плохо? — Пробормотала Ким.
— У тебя или у него? — Новый смех, прежде чем Роксана продолжила. — Да дай ему саму Дайлану [4], он мимо пройдет. Он женщину к себе не подпустит. Да и только чокнутая ляжет с ним. Ну или хотя бы попытается. Ах да, ведь именно это мы сейчас и наблюдаем.
— Так что, детка, с завтрашнего дня можешь приступать. — Заключила Велика. — Работы будет много, тебе нужно выспаться. Кто знает, когда тебе это еще удастся.
Ким поморщилась. Быть шестеркой всего гарема ей совсем не с руки. Кроме прочего, время поджимает.
— У меня не было возможности. Я даже не знаю, как он выглядит!
— Одним словом — ужасно. — Вставила рыженькая. — Славно, что он редко навещает в эти края. И как правило не выходит днем.
— Ага. Вот и ответ. Если бы он прошел мимо, я бы выиграла этот спор, как пить дать. — Ким пыталась не замечать навязчивый смех девушек. — Но так как мужчинка не показывается на глаза, тут ничего не попишешь. Выбирайте другое имя, Велика. Или замнем это дело.
— Ничего мы заминать и изменять не будем. Ты проиграла…
— Игра еще даже не началась. — Упрямо процедила Ким.
— Надо было знать с кем связываешься, тупая соплячка.
— Старая стерва. — Ответила любезностью на любезность Ким.
— Ночные горшки ждут, Безымянная. — Пропела ядовито Марте, довольная реакцией остальных девушек. — Не нравилось учиться, вот результат. Тебе больше не нужно будет посещать такие скучные и обременяющие тебя занятия. Собственно, у тебя не будет на это времени. Ты же должна радоваться? Не вижу счастья в глазах.
Что-то нечленораздельно прорычав, Ким подхватила банное полотенце, закрепляя его на груди. Своими безумными планами она лишь загнала себя в тупик.
— Девочки, поторапливаемся, вас ждут другие. — Прокричала Велика, отходя от пышущей злостью Ким.
Когда двери распахнулись, те девушки, что лежали в купальнях, неохотно встали, принимая из рук служанок склянки с ароматными маслами. Ким уставилась в широкий дверной проем, откуда рысцой вбежала последняя десятка девушек.