Илон Маск

Мэй прилетала из Торонто, чтобы помогать сыновьям готовиться к встречам с венчурными капиталистами, и часто всю ночь напролет печатала презентации в Kinko’s [4]. “Печать цветной страницы стоила доллар, и мы едва могли себе это позволить, – говорит она. – Мы все выбивались из сил, но только не Илон. Он всегда программировал до поздней ночи”. Когда в начале 1996 года они получили первые предложения от потенциальных инвесторов, Мэй повела сыновей в ресторан. “Больше нам не придется пользоваться моей кредитной картой”, – сказала она, оплачивая счет.
Так и случилось. Вскоре они получили от компании Mohr Davidow Ventures головокружительное предложение о вложении в Zip2 трех миллионов долларов. Последняя презентация была назначена на понедельник, и Кимбал решил в выходные ненадолго слетать в Торонто, чтобы починить сломавшийся компьютер матери. “Мы любим маму”, – поясняет он. Когда в воскресенье он полетел обратно в Сан-Франциско, в аэропорту его остановили американские пограничники, которые изучили его багаж и увидели презентацию, визитные карточки и другие документы компании. Поскольку у него не было американской рабочей визы, они не разрешили ему сесть в самолет. Он позвонил другу, который забрал его из аэропорта и на машине перевез через границу, где Кимбал сказал менее бдительному пограничнику, что они едут на шоу Дэвида Леттермана. Он успел на вечерний самолет из Баффало в Сан-Франциско и прибыл на встречу вовремя.
Презентация прошла успешно, и Zip2 получила финансирование от Mohr Davidow. Кроме того, инвесторы нашли юриста по миграционным вопросам, чтобы Маски получили рабочие визы, и выделили каждому из них по 30 тысяч долларов на покупку автомобилей. Илон купил Jaguar E-type 1967 года. Еще ребенком в ЮАР он увидел его фотографию в книге о лучших кабриолетах в истории и поклялся, что купит его, если разбогатеет. “Это была самая красивая машина, которую только можно себе представить, – говорит он, – но она ломалась как минимум раз в неделю”.
Вскоре венчурные капиталисты поступили так, как поступают довольно часто: назначили в компанию взрослое руководство, которое должно было прийти на смену молодым основателям. Так же случилось со Стивом Джобсом в Apple и с Ларри Пейджем и Сергеем Брином в Google. Генеральным директором Zip2 стал Рич Соркин, который прежде руководил развитием бизнеса в компании по производству аудиооборудования. Илона сместили на пост технического директора. Сначала он подумал, что перемена пойдет ему на пользу, поскольку теперь можно сосредоточиться на разработке продукта. И все‐таки он усвоил урок. “Я никогда не хотел быть генеральным директором, – говорит он, – но понял, что, не будучи генеральным директором, невозможно полноценно руководить ни технической частью, ни разработкой продукта”.
С переменами пришла и новая стратегия. Вместо того чтобы предлагать свой продукт напрямую компаниям и их клиентам, в Zip2 сосредоточились на продаже программного обеспечения крупным газетам, которые на его основе создавали собственные локальные справочники. Это было логично, ведь в газетах были свои отделы продаж, предлагавшие различным компаниям размещать у них объявления и рекламу. Так удалось привлечь к сотрудничеству газеты холдингов Knight Ridder, The New York Times, Pulitzer и Hearst. Управленцы из первых двух вошли в состав совета директоров Zip2. В журнале Editor & Publisher темой номера вышла статья “У газетчиков новый герой: Zip2”, в которой сообщалось, что компания разработала “новый пакет программного обеспечения, позволяющий отдельным газетам быстро создавать крупномасштабные городские справочники-путеводители”.
К 1997 году Zip2 использовали уже 140 газет, плативших за лицензию на программное обеспечение от тысячи до 10 тысяч долларов. Президент Toronto Star, который швырнул в Кимбала бумажные “Желтые страницы”, позвонил ему, извинился и попросил Zip2 стать партнером газеты. Кимбал согласился.
   
Хардкор
 
С самого начала своей карьеры Маск был требовательным руководителем и пренебрежительно относился к идеям о необходимости баланса между работой и личной жизнью. В Zip2 и во всех последующих компаниях он работал на износ, часто засиживался в офисе до поздней ночи, никогда не брал отпуск и ожидал такого же подхода от остальных. Он допускал лишь перерывы на видеоигры. Команда Zip2 заняла второе место в национальном турнире по Quake. Маск говорит, что им светило и первое место, но один из игроков сломал компьютер, слишком сильно его толкнув.
Когда остальные инженеры уходили домой, Маск порой переписывал код, над которым они работали. Испытывая проблемы с эмпатией, он даже не понимал, что публичное исправление чужих ошибок – или, как он выражается, “починка их охренительно тупого кода” – не завоевывало ему всеобщей любви, но это, впрочем, его и не заботило. Он никогда не был ни капитаном спортивной команды, ни заводилой в компании друзей и не имел товарищеского инстинкта. Как и Стиву Джобсу, ему было плевать, что он обижает и запугивает людей, с которыми работает, пока у него получалось подталкивать их к осуществлению того, что им казалось невозможным. “В вашу задачу не входит делать так, чтобы люди из вашей команды любили вас, – сказал он много лет спустя на встрече руководителей SpaceX. – Это даже нецелесообразно”.
Строже всего он относился к Кимбалу. “Я люблю, люблю, люблю, до ужаса люблю брата, но работать с ним было тяжело”, – говорит Кимбал. Их разногласия часто выливались в драки, и они катались по полу прямо в офисе. Они спорили о генеральной стратегии, обо всяких мелочах и даже о названии Zip2. (Его придумали Кимбал и маркетинговая компания, а Илон его терпеть не мог.) “Мы выросли в ЮАР, поэтому не видели в драках ничего особенного, – говорит Илон. – Они были частью культуры”. У них не было отдельных кабинетов, только кабинки, поэтому столкновения происходили у всех на глазах. В одной из худших драк они повалились на пол, и Илон уже собирался ударить Кимбала по лицу, но тот укусил его за руку и вырвал кусок плоти. Илону пришлось поехать в травматологию, где ему наложили швы и сделали прививку от столбняка. “Когда мы подвергались сильному стрессу, мы просто не замечали никого вокруг”, – говорит Кимбал. Впоследствии он признал, что Илон был прав насчет Zip2. “Дерьмовое было название”.
Истинные разработчики предпочитают продавать свои продукты непосредственно клиентам, минуя посредников, которые вносят сумятицу в этот процесс. Маск был именно таким. Ему не нравилась стратегия Zip2, которая фактически превратила компанию в безбрендового поставщика газетной индустрии. “Мы оказались привязаны к газетам”, – говорит он. Он хотел купить доменное имя city.com и проложить прямую дорогу к пользователям, конкурируя с Yahoo и AOL.
Инвесторы тоже сомневались в правильности собственной стратегии. К осени 1998 года городских путеводителей и интернет-справочников стало не перечесть, однако ни один не приносил прибыли. Генеральный директор Zip2 Рич Соркин решил слиться с одним из них, CitySearch, надеясь, что вместе они преуспеют. Но когда Маск встретился с директором CitySearch, ему стало не по себе. Заручившись поддержкой Кимбала и нескольких инженеров, Илон поднял бунт, который поставил на слиянии крест. Он также потребовал, чтобы его вернули на должность генерального директора. Но вместо этого совет директоров сместил его с поста председателя и ограничил его роль.
“С венчурными капиталистами и профессиональными управленцами не создать ничего великого, – сказал Маск в интервью журналу Inc. Magazine. – Они лишены креативности и чутья”. Одного из партнеров Mohr Davidow Дерека Праудиана назначили временным генеральным директором Zip2, чтобы он продал компанию. “Это ваша первая компания, – сказал он Маску. – Давайте найдем покупателя и заработаем деньги, чтобы вы смогли основать свою вторую, третью и четвертую компании”.