Времена не выбирают (СИ)

Как только её увидел, так сразу же и ухватился за рукоять, из ножен изогнутый клинок потянул, но не до конца, самый кончик острия оставил. Покрутил в руках. Ожидал увидеть булатные разводы, но ничего не обнаружил. Расстроился? Ничуть. Понял уже, что в тайник обычное оружие отец бы не спрятал. Просто у меня знаний не хватает.
Эфес с накладками на рукояти из кости. На них простая насечка. Перекрестие как у меча, тут ничего особенного на мой дилетантский взгляд. И не украшена ничем, даже ножны простые, нет ни узорочья драгоценного кружевного, ни каменьев самоцветных. Но лежит, тем не менее, в тайнике… Сталь отличная? Может быть. Говорю же, не знаток я в этом деле. Пока.
Полюбовался и убрал её на место. И тайник закрыл. Пусть пока полежит до поры, до времени. Но я заинтересовался. Это не меч, в ней веса меньше. Ненамного, но для меня сейчас каждый грамм важен.
И в дружинную оружейную потом заглянул не просто так, а с подходом и благодарностью. И расспросил старого мастера об интересующем меня предмете, разговорил. В результате получил в руки из закромов простую изогнутую выщербленную саблю. Мир тут ничем от нашего в смысле войн не отличается и полностью от оружия зависит. И от умений, связанных с ним, чего уж там.
Привёл клинок в порядок, не обращая никакого внимания на подколки товарищей, и сразу же сговорился с наставником. Деньги жалеть? А зачем они мне, если я не сумею за себя постоять? Или сложу голову в какой-нибудь очередной стычке из-за своей лени и неумения? Это сейчас у нас затишье, потому что ненастье на дворе. А как первые морозы ударят, земля подмёрзнет, так и полезут с той стороны и ляхи, и литовцы. Да и крестоносцы на рубежах то и дело мелькают, не дают расслабиться.
Жаль только, что для дружинного пешего строя тут полагался меч, так что сабельному бою я больше для себя учился. Пригодится. Да и не собираюсь я в простых дружинниках всю жизнь ходить.
И плевать, что на мои упражнения с кривой железкой многие посматривали с изрядным скепсисом. Выговаривать не выговаривали, но кривились. Меч здесь всему голова! Оружие статусное, строгое. Одного хорошего удара обычно бывает достаточно! Не то, что саблей махать…
Казённый доспех, к ношению которого местные привыкали сызмальства, был для меня неудобным, сильно сковывал движения. А неповоротливость и промедление в бою здесь равно потере жизни.
Дополнительные накладки после первых дней тренировок пришлось убрать, настолько тяжко каждый лишний грамм ощущался. Тут не то, что бой вести, тут бы на ногах удержаться. А что было, когда мне на голову в первый раз шлем надели? Да я головой вообще шевелить опасался. А ну как сверну себе шею под такой тяжестью?
Правда, благодаря активным тренировкам начал постепенно к нему привыкать, но для себя решил — носить буду всю эту тяжесть только на службе. А для выходов в город и для личного ношения буду использовать обыкновенную плетёную кольчужку. Клёпаную пока не потяну, она дороже стоит. Повезло, что нашёл отцовские тайники. Деньги кое-какие появились. Вот и заказал себе первым делом такую кольчугу-рубаху. Без изысков, без накладок. С короткими рукавами, чтобы только пах закрывала.
Обмерили меня в мастерской, пообещали за неделю сплести и сплели. Померил, села как влитая. Положил её пока в тот же тайник, в котором сабелька лежала.
До середины осени я света белого не видел! И в город больше не ходил, просто не было ни желания, ни сил. Домой на выходной чуть ли не приползал на полусогнутых. И первым делом отсыпался до полудня. Потом набивал брюхо и снова заваливался в кровать. Затем баня, ужин, разговор с Прохором о домашних делах, и на этом всё. Отбой…
А к первому снегу словно второе дыхание открылось! И казённая кольчужка дополнительной защитой заново обзавелась, и железо в руке уже не казалось непомерной тяжестью. И пояс не приходилось всё время поправлять, подтягивать. Всё казалось, что под весом меча он у меня сползает на бёдра. А тут на место сел, словно родной.
Маркела на днях неприятно удивил. Не удалось ему в этот раз меня по земле повалять. И мечом я махал уже на одном уровне с ним. Впрок наука пошла!
 
А уж когда саблю в руки взял, то тут уже мне пришлось сдерживать и скорость свою, и силу удара. До прямой сшибки клинков дело не доходило, дураков здесь нет. Это же не дубины, чтобы ими друг о друга со всей дури лупить. Это благородное железо, оно бережного подхода и отношения к себе требует.
И сам бой был скоротечным. На мечах так и вовсе всего два круга прошли. Несколько раз лезвия мечей друг по другу легонько проскользили, песню свою ледяную пропели и разбежались в разные стороны. Всё уже понятно.
А с сабелькой дело другое. Тут подольше пришлось протанцевать. Потому что сдерживался. Ну да это я уже говорил.
После этой проверки сотник к себе подозвал:
— Ты не радуйся, что Маркела одолел. Если бы по-настоящему бились, насмерть, то он бы тебя в два счёта уделал! Понимаешь?
— Понимаю, — согласился сразу, не стал возражать. — У меня опыта никакого нет.
— Хорошо, что понимаешь, — сотник пронзил внимательным взглядом. — Не останавливайся на достигнутом. Как остановишься, считай, пропал! И денег на воинскую науку не жалей, пусть наставники продолжают тебя гонять. Глядишь, и выйдет из тебя справный воин! И саблю не бросай. Она тебя выручить сможет.
— Не брошу.
— Ступай.
* * *
Первый снежок-то выпал и благополучно растаял вскоре, но за ним лёгкие морозцы пришли. Земля промерзать начала, снегопад за снегопадом пошёл.
И ветераны посерьезнели, гонять нас пуще прежнего начали. И домой меня отпустили с наказом все свои дела подбить с расчётом на внезапный дальний поход.
* * *
Дела делами — тут много времени не потребовалось. Имущества кот наплакал, да и дворовые людишки у меня сами по себе. Пока. Не за плату работу делают, за кров. Да и какая у меня работа? Только что Луша готовит на всех за мой счёт, да и то одной серебрушки ей надолго хватает. Еда тут простая, полба да каша. Только когда я дома, тогда на столе мясо появляется. Что не съедаю, то остаётся, но не выкидывается. Не объедки, а остатки, разница большая.
После разговора с Прохором в обязательном порядке на рынок решил выбраться. Нужна зимняя одёжка, поддёвки какие-нибудь, обувь соответствующая. И всё это приходится за свой счёт покупать.
Хорошо ещё, что однообразия в дружине пока нет никакого. Если только по броне и по оружию. А что под броню поддето, то никого не интересует. Тебе жить, тебе же и носить. Пока тут такой подход к служивому люду.
Опять же в дружине хоть и кормят всех одинаково с общего котла, но желательно с собой что-нибудь малопортящееся иметь. Сальцо солёное или мяско копчёное. Много не нужно, самому таскать придётся, но от парочки килограммов без сил всяко не останусь.
Данила, как всегда, в первую очередь по девкам весёлым помчался. Честно порывался сначала со мной прогуляться по рынку, да я его убедил, что нечего ему попусту время терять. У него, в отличие от меня, всё необходимое для похода имеется. Так что нечего за мной хвостом ходить.
Без кольчужки теперь на улицу не выхожу. Сверху меховой кожух накину, будет тепло и надёжно. И саблю отцовскую не забуду. Так что ничего со мной не случится. Не заблужусь и не пропаду, чай не в первый раз в город иду.
Прогулялся по улицам, по рядам торговым прошёлся. Себя показал и на людей посмотрел. Про себя это я так, для словца, ну кому я интересен? Оказалось, есть кому…
— Василий Степанович! — окликнули меня из-за спины возле одного из прилавков. И голосок девичий, знакомый такой. На сердце тепло стало.
А я стою — лечебные травки рассматриваю, с торговкой советуюсь, что лучше с собой в поход взять.
— Алёна! — развернулся к окликнувшей меня девушке.
Давно я этот голосок не слышал. Это в первые дни обучения от травницы не вылезал, порезы, синяки и шишки лечил, а в последнее время подобных поводов для посещения становилось всё меньше и меньше.