Менестрель идёт по свету (СИ)

Остановились на постоялом дворе, где и зал для еды и напитков имелся, так что на следующий день можно договориться о выступлении. Но это всё завтра, а пока надо будить Ксанти и идти снимать комнаты - пусть мальчишка доспит уже в номере. Они с Ксантариэлем по очереди правили лошадью: один правит, другой отдыхает - затем меняются. Ксан не подпускали к этому делу не потому, что она девушка, а потому, что попросту не умеет управляться с поводьями, да и не удержит их в случае чего. 
И руки ей, опять же, надо беречь - ведь это её хлеб. Их хлеб, на данный момент.
Наутро, посоветовавшись, друзья решили не задерживаться на постоялом дворе, а отправиться в город, где они смогут арендовать жильё на длительный срок - это выходило дешевле, чем платить за комнаты в гостинице, да и удобнее. Так они и сделали.
Никаких ворот перед городом не было, просто дома стали попадаться всё чаще и всё лучше, а дорога превратилась из просёлочной в мощёную камнем. Встречные бородачи и их дородные супруги с любопытством поглядывали на вновь прибывших: никто больше не въезжал в город и не выезжал из него, кроме Ксан с товарищами. Ксанти проснулся и теперь крутил головой во все стороны, пытаясь увидеть всё и сразу. А посмотреть было на что: гномий город был целиком каменный - благо горы рядом и недостатка в камне не было. Но при этом у каждого домика имелся садик, где-то во дворах было развешано бельё на просушку, где-то играли дети, а где-то престарелые гномы окучивали и поливали клумбы. Идиллия, одним словом.
Ксантариэль повёл телегу прямо на рыночную площадь, которая у всех народов выглядела примерно одинаково: ряды торговых палаток со всякой всячиной, да разодетые покупатели, мерно прохаживающиеся между рядами и присматривающиеся к товару. Гному не кричали, зазывая покупателей: каждый гном или гномка сидели за прилавком с таким видом, будто они тут сели воздухом подышать, а товар на прилавке так, для красоты разложен. С покупателями торговцы общались уважительно, с достоинством, и всё делали не спеша. Причём никто нетерпения не проявлял, и все участники процесса явно получали от него удовольствие. Объехав площадь по кругу, Тар остановил лошадь возле пожилой гномихи, что сидела с краю торгового ряда с табличкой в руках. На табличке было что-то написано крупными незнакомыми Ксан буквами.
"Гномий язык!" - Догадалась девушка и, моргнув, вдруг поняла, что понимает написанное. На табличке было написано: "СДАЮ ЖИЛЬЁ". "Не понимаю! - Задумалась Саша. - Я ведь учила только эльфийский, а это явно не он. Амулета для перевода у меня нет, так в чём же дело?" При этом Саша вдруг осознала, что прочесть - одно, а вот написать что-то на этом языке или просто представить, как выглядит алфавит - она не может.
"Всё чудесатее и чудесатее..." - пробормотала девушка, оглядываясь по сторонам в поисках чего-то, что можно ещё прочесть. Увидев рядом на столбе объявления, девушка подошла и попыталась прочитать их.
"Потерян кошелёк с тремястами дукками, нашедшему - скидка в кузнечной лавке".
"Симпатичная вдова познакомится с надёжным зажиточным гномом для создания семьи. Имеется сын десяти лет."
"Продаются козы. Продавец бывает на рынке каждый пятый день месяца".
Все объявления Саша смогла без труда прочитать, но каким образом - сама не могла понять. В это время Тар уже договорился с пожилой гномихой о жилье и получил у неё ключи от их временного пристанища.
- Тар! Подойди-ка! - Позвала девушка друга.
- Да? Что случилось? - Эльф моментально оказался рядом, с тревогой глядя на Сашу. - Ты чего не садишься, ехать пора, я нам домик снял.
И Тар потряс ключами для пущей выразительности.
- Сейчас поедем. Ты скажи только, ты гномий язык знаешь?
- Ну да, знаю, - удивился вопросу эльф. - Мы часто с ними торговали, так что могу читать на нём и бегло говорить. Разве ты не слышала, как я общался с хозяйкой, что домик нам сдала?
 
Саша покачала головой: к беседе она не прислушивалась, занятая чтением объявлений. А стоило бы, наверное: вдруг гномью речь она тоже может понимать? В людских городах гномы говорили на человеческом языке, а здесь, видимо, на родном говорят. Вот только на базаре их речь больше напоминает фоновый шум: говорить - все говорят, а что конкретно - непонятно. Не подходить же и не прислушиваться к каждому. Впрочем, наверняка такой шанс Ксан не раз представится. Да и с владельцами таверн о выступлениях надо как-то договариваться. Не таскать же всюду с собой Ксантариэля - вполне возможно, что парни не захотят сидеть на шее у Ксан и устроятся куда-нибудь поработать. По крайней мере, они на это намекали.
  
Глава 21.
 
Домик располагался ближе к окраине города и оказался небольшим: всего две комнаты, кухня и просторный чердак. Но при этом он был очень уютным и милым, каменным, как и все дома в городе. Две каменных ступеньки к входной двери, а сразу за ней - кухня с гномьей печкой, столом и полками. Из кухни обнаружилась дверь ведущая в большую комнату, а из большой комнаты — дверь в комнату поменьше. Маленькую комнатку Ксан взяла себе, большую оставила парням. Из большой же комнаты можно было попасть в подвал и на чердак - по расположенной в её центре лестнице. Полы и двери в доме, однако, были деревянными, что добавляло уюта и тепла в помещении. На подоконниках стояли цветы, а окна украшали лёгкие жёлтенькие занавески. Домик был полностью обставлен мебелью, на полках в кухне стояла необходимая утварь. Словом, домик оказался просто шикарным - особенно, на взгляд Саши, которая хоть и жила у эльфов полгода, но своего дома там не имела. А тут само осознание, что этот домик их, пусть и временно - делало его ещё привлекательнее в глазах путешественников.
Пару дней друзья потратили на то, чтобы обжиться: закупили продуктов, разных бытовых мелочей, сделали уборку. Затем Ксан отправилась договариваться насчёт выступлений. Отправилась одна, поскольку выяснилось, что она действительно может свободно общаться с гномами на их языке и понимать написанное. Ксантариэль тогда по её просьбе прочёл объявления на столбе - и текст слово в слово совпал с тем, что прочитала Саша. А о способности понимать речь гномов девушка узнала уже на следующий день, когда они ходили за продуктами на рынок. Там торговка говорила по-гномьи с Ксантариэлем, Ксан специально у него уточнила.
К своей способности понимать незнакомые языки девушка отнеслась философски. Способность полезная, в общем-то, хотя и не слишком, ведь знания языка она всё-таки не даёт. Но для их целей и этого вполне хватало. Вот Ксанти вообще языка не знал, так что даже картошки на рынке купить не мог - разве что гном-продавец знал человеческий. Поэтому Ксанти не отставал от Ксантариэля, и по утрам они куда-то уходили вместе, отсутствуя до вечера. Говорили, что работают.
Ксан же, наоборот, работать шла вечером, когда в тавернах был наплыв гномов, а до того момента готовила еду на троих, стирала или делала уборку. Парни хотели её провожать каждый вечер и встречать с работы, но Ксан заверила их, что в этом нет необходимости: жила же она как-то до этого времени. Да и амулет отвода глаз прекрасно работает, так что не о чем волноваться. А ребятам после работы отдохнуть надо. Те в итоге согласились, только проверяли каждый раз перед выходом её амулеты, чтобы были заряжены.
В тавернах Ксан принимали с радостью, нигде от её выступлений не отказывались. Гномы вообще оказались весёлым народом, любящим песни и пляски. Так что выступления Саши пользовались популярностью. Хотя сама девушка понимала: месяц-два, и её песни приедятся, наскучат горожанам - и придётся двигаться дальше. Как всегда. Но пока она отдыхала душой, зная, что завтра никуда не надо ехать.