Звезда Искушения (ЛП)

Трипп и Райдер взяли в рот каждый из моих сосков. Трипп сосал левый, а Райдер кусал правый. Перегрузка ощущений подводит меня к краю и я кончаю. Я тону в наслаждении — оргазм разрывает меня на части. Я издала громкий стон и поражённо…. проснулась.
Я проснулась с колотящимся сердцем, прерывистым дыханием и явной влажностью между бёдрами. Я только что кончила во сне? Я прокрутила сон в уме, и моё сердце снова сжалось. Чёрт, я была неудовлетворена! Из меня вырвался возглас разочарования и обиды.
Мне нужно перепихнуться — и как можно скорее. 
Я протёрла глаза, пытаясь прогнать не только сон, но и мучительную потребность, пульсирующую глубоко внутри меня. Я оглянулась и обнаружила, что оба парня крепко спят рядом в предрассветном свете утра. Они выглядели такими умиротворёнными, и я воспользовалась подходящим моментом, чтобы беззастенчиво взглянуть на них.
Мои мысли обратились к Эбену. Я не видела его вчера вечером после потасовки с Питером. Могла только надеяться, что с ним всё в порядке. Я переживала, что это может изменить что-то между нами. Вчера я наконец-то почувствовала, что добилась с ним некоторого прогресса. Мне нужно было его увидеть. Нам нужно было поговорить наедине.
Я раздумывала о некоторых вещах, которые он упомянул во время ссоры с Питером. Были ли у него на самом деле чувства ко мне? Или он просто хотел завязать со мной «случайные отношения», как он это сделал с Лилл? После вспышки Питера я задавалась вопросом, заговорит ли он со мной ещё раз? Что, если он решил, что я не стою всей этой драмы?
Мне нужно было найти его и прояснить ситуацию между нами, особенно перед тем, как мы отправимся на поиски пиратов. Питер указал мне его дом, когда я впервые оказалась в Неверленде. Возможно, мне повезёт, и я найду его без происшествий. По крайней мере, я должна попытаться. Первым шагом было встать с кровати, не разбудив Триппа и Райдера.
Казалось, они крепко спят, их лица расслаблены, ни одной морщинки беспокойства не видно. Очень медленно я продвигалась к лестнице, изо всех сил стараясь не прикасаться к ним и не делать резких движений. Райдер застонал, и я замерла. Он перевернулся, бормоча что-то бессвязное, но я уловила «Цыпочка» в конце его бессвязной речи и улыбнулась, осознав, что он думает обо мне даже во сне.
Я добралась до лестницы без происшествий, но когда ступила на первую ступеньку, дерево скрипнуло под моим весом. Я остановилась, затаив дыхание и внимательно наблюдая за ними, но никто не пошевелился, и я сказала маленькое «спасибо» вселенной, когда спустилась, не разбудив никого.
Я нашла аккуратно завёрнутый пакет, который Питер дал мне вчера, и вытащила новый наряд. Это было немного сложнее, чем моя одежда дома, и мне потребовалось несколько минут, чтобы понять, как её надеть, и я был рада, что никто не видел, как я вожусь. Мне отчаянно хотелось покрутиться перед зеркалом, чтобы понять, как оно на мне смотрится.
Наряд состоял из платья-корсета и рубашки в крестьянском стиле. Рубашка была свободной и свисала, оголяя мои плечи, удерживаясь на месте лишь корсетным верхом из толстой грубой ткани. Оно было без рукавов и прижимало мои маленькие сиськи друг к другу, делая декольте соблазнительней, чем когда-либо. Платье было выполнено из чёрной ткани и расшито золотой и зелёной нитью. Подол юбок был заострённым, как звезда, самая длинная часть опускалась чуть ниже колена. Питер также предоставил мне чёрные чулки до середины бедра, которые фиксировались ремнями для подвязок. Я завершила образ парой коричневых кожаных сапог до колена со шнурками до самого верха.
Судя по тому, что я видела сама, наряд мне очень шёл. Корсет плотно облегал мою талию, а расклешённые юбки подчёркивали бёдра, придавая моей фигуре силуэт «песочные часы». Всё подошло идеально, и мне было интересно, как Питер точно угадал с размером. Этот нахальный ублюдок, вероятно, провёл больше времени, чем я предполагала, разглядывая меня, когда я была голая в душе. Тем не менее, я благодарна, что у меня наконец-то появилась собственная одежда, а не поношенные шмотки парней. Хотя трусиков у меня всё ещё не было. Была ли это очередная шутка Питера или в Неверленде действительно не было нижнего белья?
  
Чувствуя себя сексуальной и уверенной, я отправилась искать дом Эбена. Ночь только начинала сменяться утром, и небо меняло цвет с чёрного на пурпурный. В лагере было пугающе тихо, никто ещё не проснулся. Единственным движением в лагере был лёгкий дымок от остатков вчерашнего костра.
Я шла по верёвочным мостам, ломая голову, пытаясь вспомнить, где Питер указал на дом Эбена. Я безуспешно заглянула в несколько окон и уже собиралась сдаться, совершенно расстроенная, потому что в затемнённом свете всё выглядело совсем по-другому. Но решила проверить ещё один дом на окраине лагеря. Я подумала, что если Эбен и будет где-нибудь, то в самом изолированном месте, как можно дальше от всех остальных.
Я заглянула в одно из маленьких окон и была очень рада обнаружить его, крепко спящего в своей постели. Я решила войти без стука. Я не хотела, чтобы у него была возможность выгнать меня, даже не пустив на порог, плюс мне отчаянно хотелось увидеть его поближе, пока он спит. Он всегда казался таким чрезмерно задумавшимся и рассеянным. Мне хотелось увидеть его, умиротворённого, в пучине сна.
К счастью, дверь не скрипнула, когда я распахнула её и тихо закрыла за собой. Я заглянула в маленькую комнату. В углу, рядом с большим сундуком, стоял стул, а маленькая масляная лампа всё ещё горела, хотя и была приглушена. Полки на стенах был заполнены книгами, и мне хотелось разглядеть его коллекцию, чтобы посмотреть, что он читает, но его спящее тело всё больше привлекало моё внимание, меня тянуло к нему, как мотылька к огню. Знаю, что это банально, но я чувствовала именно это.
Он лежал на боку на маленькой кушетке, свернувшись калачиком. Он был без рубашки, и его обычно заколотые волосы лежали в беспорядке на подушке — чёрные волосы резко контрастировали с белизной постельного белья. Лицо было расслаблено, рот приоткрыт. Было чудесно смотреть на него без его тёмных глаз, пронзающих меня и оценивающих всё, что я делаю. Во время сна он выглядел моложе, сильно отличаясь от дневной версии себя — человека, который всегда нёс тяжесть мира на своих плечах.
Я заметила, что он тоже не вышел невредимым из схватки с Питером. Под глазом и вдоль скулы у него был небольшой синяк. Костяшки его пальцев были разбиты. Старая, засохшая кровь всё ещё оставалась там, но порезы уже затянулись. Я слишком задумалась и протянула руку, чтобы провести пальцами по его щеке.
В тот момент, когда моя рука коснулась его кожи, его глаза распахнулись, и он превратился в размытое движение. Прежде чем я успела что-либо сказать, Эбен развернул меня, прижав мою спину к своей груди, его одна рука схватила оба моих запястья тисками, крепко прижимая нож к моей шее.
Это произошло так быстро, что я не успела осмыслить происходящее. Я слышала его прерывистое дыхание, и моё тело непроизвольно задрожало. О чём я думала? Я знала, насколько он смертоносен, и просто подкралась к нему без предупреждения, пока он спал.
— Эбен, — мой голос был тихим и дрожащим, но это было лучшее, что я могла произнести в момент мгновенной паники. Я почувствовала, как его тело расслабилось, когда он понял, кто перед ним.
— Ёбаный Иисус, Гвен! Какого чёрта ты делаешь в моей комнате? Я мог тебя убить!
Он убрал нож, и я почувствовала жгучую боль там, где лезвие оставило небольшую ссадину на нежной коже моей шеи. Он отпустил мои запястья и развернул меня, с силой схватив за плечи и глядя на меня своими тёмными, задумчивыми глазами, нахмурив брови. Я не могла говорить в тот момент.
— Что ты здесь делаешь, Гвен? — он спросил ещё раз, на этот раз более строго, и потряс меня за плечи.
— Мне нужно было увидеть тебя после вчерашнего. Я хотела убедиться, что с тобой всё в порядке… Убедиться, что с нами всё в порядке, — пробормотала я. Эбен глубоко вздохнул и опустил голову.