Искушенная дьяволом (ЛП)

— Боже, — вскрикиваю я, а правая рука летит вниз, чтобы схватить его за волосы.
Если секунду назад мне было мучительно стыдно, то теперь я не могу вспомнить свое чертово имя, пока Анджело поглощает меня.
Он не сдерживается. В нем нет нежности, только тонна похоти и отчаяния - как будто он всю жизнь голодал, и вот наконец перед ним оказалась еда.
Мои пальцы сжимаются в его волосах, и на мгновение я не уверена, стоит ли мне попытаться оттолкнуть его или прижать к себе.
Нити удовольствия разрастаются между моих ног, вызывая у меня стон.
Все мои заботы отходят на второй план перед тем, что делает со мной Анджело.
Страх, который я испытываю к нему, утихает, и на его место приходит желание.
Мои мышцы напрягаются, когда его зубы перебирают мой клитор, а большой палец массирует мой вход. Он делает с моим телом то, о чем я никогда бы не подумала до него.
Когда он начинает сосать сильнее, моя голова откидывается назад, а бедра приподнимаются над кроватью. Наслаждение растет и растет, и прежде чем я понимаю, что происходит, экстаз овладевает моим телом.
Мои брови сходятся вместе, и я начинаю хныкать.
Ладонь Анджело прижимается к моему клитору, а он осыпает мой живот поцелуями, поднимаясь вверх, пока его лицо не оказывается над моим.
Я не могу сдержать движения бедер и трусь о его ладонь, так как меня поглощает непреодолимое удовольствие.
Его глаза горят неконтролируемым голодом, и он рычит: — Господи, как же ты чертовски красива, когда кончаешь на мою руку.
Я все еще охвачена экстазом, когда он отодвигается назад и занимает позицию на коленях между моими дрожащими бедрами. Его палец обводит мою киску, а затем проталкивается внутрь на несколько сантиметров. Он не идет дальше, а повторяет круговые движения, медленно меня растягивая.
Его свободная рука захватывает мою грудь, и он начинает сжимать и разминать ее, а затем перекатывает сосок между пальцами.
Задыхаясь, я погружаюсь во все новые ощущения, которые испытываю. Наслаждения так много, что я вся дрожу, но все же во мне нарастает потребность в чем-то большем.
— Я полагаю, ты не принимаешь противозачаточные средства.
Мой голос хриплый, когда я шепчу: — Нет.
— Нам придется позаботиться об этом, потому что я не хочу, чтобы ты так скоро забеременела.
Мои брови сходятся вместе, и я задыхаюсь: — Почему?
Я бы думала, что он хочет наследника как можно скорее.
— Помимо того, что нам нужно узнать друг друга получше, — Анджело отстраняется от меня и, слезая с кровати, стягивает треники с мускулистых бедер, — я хочу насладиться твоим телом какое-то время, прежде чем мы заведем детей.
Мой взгляд останавливается на его мужском достоинстве, и я моргаю, как идиотка. Я никогда раньше не видела голых мужчин и ничего не знаю о размерах и обхватах, но, черт возьми...
Он ни за что не влезет в меня.
Пока я перевариваю шок от его размеров и откровенно пялюсь на его тело, которое выглядит как мощное оружие, он хватает презерватив с прикроватной тумбочки.
Зубами он разрывает упаковку, а затем надевает защиту на свой твердый член.
Я жду, что он снова ляжет на меня сверху, но вместо этого он берет меня за бедра, и я бесцеремонно переворачивает на живот.
Из меня вырывается вздох, а в следующее мгновение зубы Анджело впиваются в мою попу. Из меня вырывается странный звук, но затем он осыпает мою спину поцелуями. Его губы разминают кожу, язык нежно гладит, а зубы натягивают кожу, пока мое тело не начинает гудеть от удовольствия.
Анджело касается каждого сантиметра моего тела, прежде чем я снова переворачиваюсь на спину. Его черты лица напряжены с собственническим выражением, когда он проводит руками вверх и вниз по моей спине и бокам. Его ладони переходят на руки, затем на бедра, а затем спускаются по ногам.
И снова мои бедра раздвинуты, а когда он ложится на меня сверху, его рот приникает к моей шее. Его поцелуи становятся требовательными, пока он проталкивает свое мужское достоинство сквозь мои складки.
Я вцепилась в его плечи, и мое дыхание превратилось в прерывистые вдохи и выдохи.
 
Я не ожидала, что этот жестокий и неумолимый мужчина проявит ко мне столько нежности и желания. Честно говоря, я думала, что он заберется на меня сверху, сделает свое дело, а потом будет игнорировать мое существование.
Пока его рот осыпает мою шею и плечи дикими поцелуями, его твердый член продолжает тереться о мой клитор, и вскоре мой живот начинает напрягаться.
— Анджело, — шепчу я, мой голос наполнен благоговением от удовольствия, которое он заставляет меня испытывать.
Он поднимает голову, и его глаза смотрят на меня со жгучей страстью. — Еще раз ты так произнесешь мое имя, и я оттрахаю тебя по полной программе.
Что?
Я не понимаю, и когда страх сковывает мои черты, он быстро наклоняется так близко, что я чувствую его дыхание на своих губах.
— Без поцелуев! — Я вскрикиваю как раз вовремя.
Анджело прижимается своим лбом к моему и, закрыв глаза, глубоко вдыхает воздух.
Его голос становится хриплым, когда он признается: — Это трудно.
— Что?
— Не терять контроль.
Только тогда я понимаю, насколько он внимателен. Анджело так много делает для меня, а я застряла в своих мыслях.
Желая показать ему, как я благодарна за то, что он делает этот опыт как можно более приятным для меня, я поднимаю голову и прижимаюсь поцелуем к его щеке.
Я обхватываю его шею и целую в щеку, прежде чем сказать: — Спасибо, что уделил мне столько внимания. — Затем я делаю вдох для храбрости и добавляю: — Лиши меня девственности, Анджело. Я готова.
Глава 15
Анджело
От поцелуя Виттории в щеку у меня что-то двигается в груди, а от поцелуя в шею - опасно ослабевает контроль.
— Спасибо, что уделил мне столько внимания. — Я слышу, как она делает глубокий вдох. — Лиши меня девственности, Анджело. Я готова.
Я использовал все свои силы, чтобы не торопить события, но ее разрешение вывело меня из равновесия.
Я просовываю левую руку под ее голову, и когда мои пальцы обхватывают ее шею, правая рука проникает между нами.
Мой разум затуманен желанием, когда я приставляю свой член к ее мокрому входу и с необузданной потребностью вхожу в нее жестоким толчком.
Ее киска чертовски туго обхватывает меня, прежде чем я с силой упираюсь в ее узкие стенки.
Я вхожу в нее лишь на четверть, и, не в состоянии ясно мыслить из-за сильного удовольствия, отступаю назад, прежде чем вогнать свой член в нее до упора.
Удовлетворенный стон вырывается из моей груди, а тело содрогается от того, как хорошо она ощущается.
Господи, нигде и никогда мне не было так хорошо.
Тело Виттории изгибается в моих руках, и она издает болезненный крик.
Этот звук мгновенно выводит меня из равновесия, и, когда я слышу, как она хнычет у меня на шее, я быстро обхватываю ее плечи правой рукой.
— Черт, mia piccola cerviatta. Ты в порядке?
Ее дыхание сбивается, и когда я слышу тихий всхлип, я осыпаю поцелуями ее кудри. — Мне так чертовски жаль.
Чтобы она привыкла к моему члену, я не двигаюсь и продолжаю целовать ее волосы и висок, пока ей не становится легче.
Ее дыхание согревает мою шею, а затем она шепчет: — Все в порядке. Ты можешь продолжать.
Схватив в кулак ее локоны, я отстраняю ее лицо от своей шеи, чтобы увидеть ее глаза.
Большая ошибка.
ОГРОМНАЯ.
Ее красные глаза и слезы на щеках бьют кувалдой по высоким стенам вокруг моего сердца и пробивают их насквозь.
Ее пальцы гладят волосы на моем затылке, а рот кривится в застенчивой улыбке. — Ты в порядке?
Нет. 
Нет, не в порядке.
Я заставил Витторию выйти за меня замуж и лишил ее девственности, но вместо того, чтобы ненавидеть меня, она спрашивает, все ли со мной в порядке.