Ведьмин час
– Да, – согласился Свят. – Мы не знаем, сколько еще городов ведьмы планируют уничтожить. Нам нужно имя верховной, чтобы святые сестры смогли истребить все колдовство, сотворенное ей и ее подручными.
– Потом вы убьете ее? – уточнила Варна.
– Если не провести ритуал на имени и крови ведьмы, ее смерть ничего нам не даст, но после, да, мы без промедления убьем ее.
– Отлично, раз мы всё решили, остался только один вопрос, – сказал Дарий.
– Ну? – Свят сложил руки на груди.
– Кто будет рыть могилу?
Комья земли перестали лететь из ямы, раздался усталый вздох, Дарий распрямился и выбрался на поверхность. Варна ободряюще подмигнула ему, а он прищурился и заявил:
– Я понимаю, что мертвецы не знают усталости, но всему есть предел.
– Мы только что провели ритуал, не нагнетай, – отмахнулась Варна.
Она протянула руку, смахнула с волос Дария земляную пыль и, не удержавшись, прижала ладонь к его прохладной щеке. Он улыбнулся, белесые глаза озорно заблестели, и всего на мгновение, но Дарий показался таким прекрасным, таким… живым.
Свят принес Рославу на руках – ноги ведьмы еще не зажили. Ее черные брови были насуплены, губы поджаты, а руки связаны веревкой с серебряной нитью. Светозарный буквально сбросил свою ношу в открытый гроб, и ведьма зашипела.
– Я мог тащить тебя за волосы, – напомнил Свят.
– Если я устану, меня ты тоже понесешь? – спросил Дарий.
Варна не могла оторвать взгляда от Рославы. Ведьма казалась обессилевшей, сломленной, но в потемневших глазах еще плескалось пламя неповиновения. Ничто не могло заставить ее подчиниться – слишком много лет она прожила на свете, слишком много видела, чтобы так просто сдаться.
– Спроси его, – тихо сказала Рослава, – откуда ему известно место, в котором мать родила меня.
– Я думал, ты из-под земли вылезла, а не из материнского чрева. – Дарий пнул гроб.
– Спроси его, – не унималась ведьма. – Я жила задолго до вас. Кто мог поведать ему о месте?..
Она не договорила – Дарий накрыл гроб крышкой и принялся его заколачивать.
– Мудрое решение, – выдохнул Свят.
– И все же, – Варна посмотрела на него, – откуда ты знаешь?
– У Светозарных свои источники. Я не обязан ничего тебе объяснять.
– Да ты вообще можешь делать все что угодно! – вспылила она. – Ходишь петухом, только приказы раздаешь, а на любой вопрос отвечаешь: «Не должен, не обязан!» Кто мы, по-твоему, мясо подневольное, которое можно в расход пускать?!
Эта вспышка гнева удивила даже Дария – он перестал стучать молотком и посмотрел на нее. Судя по тому, что она почувствовала, Дарий был согласен с ней.
– Мы нашли человека, который знал ее много лет назад, – нехотя произнес Свят. – Светозарные не уверены, что его рассказ правдив, так что едем мы, по сути, на разведку.
– Что это за человек, ты, конечно же, не скажешь. – Варна закатила глаза. – Не думала я, что твой нрав может стать хуже.
– Помнится, это не слишком волновало тебя, когда ты пришла ко мне ночью.
Пару лет назад эти слова заставили бы ее покраснеть и стушеваться, но не теперь. Уверенно выдержав его взгляд, Варна медленно произнесла:
– Ты просто попался под руку.
Своим выпадом Свят ранил не ее, а Дария. В груди Варны растекся горячий металл – чужая боль, чужое мучительное воспоминание. Она с жалостью взглянула на темную макушку, а затем – прямо в холодные серые глаза Свята, немало удивленного ее ответом.
– Надеюсь, ты не считал себя избранным все эти годы? – насмешливо спросила она.
– Скорее, запятнанным, – сквозь зубы ответил Свят.
– Если мне не изменяет память, спать с ведьмами запрещено Святой Книгой, или я что-то путаю?
Не дожидаясь ответа, Варна наклонилась, кивнула Дарию, и вместе они понесли гроб к выкопанной могиле. Изнутри доносился голос Рославы, но разобрать слова было почти невозможно. Кое-как опустив ее временное пристанище с помощью веревок, Варна взяла лопату и кинула Святу. Тот и не думал ловить ее – лопата упала к его ногам.
– Мы, конечно, мясо подневольное, но закопай-ка ты ее сам, – ядовито сказала она, взяла Дария под руку и потащила прочь, подальше от этого места и Свята, безжалостно бередящего старые раны.
Глава 20. Тогда
– …Захворали все. – Старуха развела руками и натужно закашлялась.
Не раздумывая, Варна прикрыла рот и нос рукой, глупо надеясь, что ладонь сможет защитить ее от болезни. Выглядела старуха ужасно: череп обтянула пожелтевшая кожа, редкие волосы облепили голову, руки дрожали, на потрескавшихся губах запеклась кровь. Все бы ничего – она и так прожила дольше, чем многие, но почти так же выглядела вся ее семья – дочь, ее муж и их дети.
– И давно это началось? – Гореслав с опаской разглядывал больных.
– Ну как, с месяц назад… – задумчиво пробормотала старуха.
– Другие заболевшие есть?
– В селе-то? Откуда же мне знать!
– Из дома не выходите, ни с кем не разговаривайте, никого не впускайте. – Светозарный встал. – Как узнаем, что происходит, вернемся.
Они вышли на улицу. Варну передернуло – тело непроизвольно попыталось сбросить с себя липкий воздух зачумленного дома. Скверное предчувствие собралось в тугой ком, поднялось к горлу и застряло там.
– Что думаете? – спросил Гореслав.
– С каких пор наше мнение тебя интересует? – Она удивленно уставилась на наставника.
– Здоровая кобыла вымахала, а в голове пусто, как у ребенка, – вздохнул Гореслав. – Всю жизнь собираешься за моим плащом прятаться? Скоро отправитесь в вольное плавание, должны сами соображать, что делать.
– Мне кажется, они просто больны, – вмешался Свят. – Возможно, это заразно.
– И что делать будешь?
– Пойду к старосте. Спрошу, болен ли кто-то еще. Если да – наведаюсь к заболевшим, если нет – предупрежу о том, что лучше к этому дому не приближаться, – медленно ответил он.
– Почему нечисть исключаешь? – спросила Варна.
– Потому что никто не пугает их, не воет, не приходит, не…
– Откуда знаешь, что не приходит? Например, ночью, когда все спят. Пролезает в окно или через дымоход, пьет их силу, а потом уходит. Люди об этих набегах могут не догадываться.
– Если будете в паре работать, выйдет отлично, – усмехнулся Гореслав. – Так по-разному на проблему смотрите, в этом споре может и истина родиться.
– Что значит в паре? – не поняла Варна. – Мне его терпеть и дальше придется?
– Кто кого терпит еще, – фыркнул Свят.
– Светозарные работают парами или тройками, – напомнил наставник. – Кто-то должен прикрывать спину – это правило, почти такое же нерушимое, как законы Кодекса.
– И что, для меня не найдется другого напарника? – ворчливо осведомилась Варна.
– Ну, это уж как решит Совет.
– А кто там главный? – полюбопытствовала она.
– Я.
Свят прыснул, Гореслав улыбнулся краем рта и пошел вперед. Варна насупилась и поплелась следом.
Ей уже восемнадцать, скоро их увезут в столицу княжества – Ясностан, чтобы они продолжили обучение. Если все пройдет хорошо, их примут в Святой Полк. Святу девятнадцать, но из-за того, что их двое, ему пришлось дожидаться ее.
Скоро истечет срок, названный Рославой. Варна старалась не думать об этом, гнала мысли прочь, сосредоточивалась на уроках и занятиях с мечом. Сейчас она с ужасом вспоминала о том, что собиралась примкнуть к ковену.
За шесть лет они с Гореславом поймали нескольких ведьм, и то, что те делали, приводило в ужас. Одна из них, Любава, попалась почти случайно – не убрала алтарь после того, как забила на нем младенца. В тех краях будущие воины охотились на очередного заложного покойника, о ведьмах не было даже разговора, но, увидев оставшееся от ребенка месиво, Гореслав все понял. Молодую ведьму поймали быстро; оказалось, что она недавно примкнула к кругу более опытных колдушек, как называли их деревенские. Варна с ужасом смотрела на то, как Любава извивается у ног Светозарного, прибитая к земле серебряными пулями, – он подстрелил ее прямо в небе, когда ведьма летела на ясеневом суку, смазанном останками невинно убиенного малыша.
