На четырех ветрах
Филипп закатывал свой обязательный ежедневный скандал, и его помощник Роберт был самой подходящей жертвой.
- Вот что я думаю о твоем так называемом блюде! - Филипп взял кастрюлю и вывалил ее содержимое прямо на пол. Затем для пущего эффекта он запустил кастрюлей в стену и подытожил:
- Ты - позор нашей профессии.
Красный как рак, Роберт беспомощно обвел глазами разгром, учиненный шеф-поваром.
- Но я делал все в точности как вы…
- Заткнись! - взревел Филипп. - Ты - безмозглый придурок! Кто учил тебя готовить? Твой сантехник?
Кира вздрогнула. С одной стороны, она была рада, что сегодняшняя жертва Филиппа - не она, но с другой, ей было жаль молодого повара. Он только что окончил кулинарную школу и, судя по всему, был талантливым, но крайне неуверенным в себе.
Не вмешивайся, сказала себе Кира, просто тихо повернись и уйди.
- Я что, должен все делать сам? - Филипп угрожающе надвигался на Роберта, дрожавшего, словно осиновый лист. - Ты абсолютно профнепригоден!
Кира стиснула зубы и отвернулась.
Тебе что, мало собственных проблем? Просто тихо повернись и уйди.
- Ты никогда не будешь поваром! - орал Филипп. - Тебе нельзя даже доверить сервировать еду, которую я готовлю.
Кира украдкой глянула на Роберта и увидела, что несчастный вот-вот заплачет.
Черт возьми!
Молодая женщина глубоко вздохнула, дождалась, пока ее пульс придет в норму, потом положила на стол пластину лосося, которую держала в руках… На самом деле она ее с размаху швырнула. Филе шмякнулось на стол с громким чавкающим звуком.
Филипп в ярости обернулся.
- Простите, - сказала Кира с невинным видом. - Оно случайно выскользнуло.
Шеф- повар кинулся на нее, потрясая кулаками и от злости перейдя на родной язык.
Кира в достаточной степени знала французский, чтобы понять, насколько мерзкие и оскорбительные вещи он орет ей в лицо. Она уже успела понять, что Филипп - мстительный человек и сейчас ей лучше всего извиниться, но от злости потеряла голову.
А выражение лица бедного Роберта - смесь ужаса и мольбы о помощи - окончательно заглушило голос ее рассудка.
Уж если Кира чему-то и научилась от Трея, так это отправлять в нокаут, причем человека любой комплекции. И пусть Филипп попробует ее хоть пальцем тронуть! Кире почти хотелось, чтобы он попытался сделать это.
И вот разъяренный Филипп приблизил свое кругленькое личико к ее лицу, открыл рот, и…
- Что, черт возьми, здесь происходит? - Кира замерла при звуке знакомого голоса.
Сэм.
Он что, следит за мной?
Но она не обернулась, продолжая смотреть в лицо Филиппу, который, казалось, сейчас лопнет от злости.
- Что случилось?
Филипп, тяжело дыша, повернулся к Сэму.
- Я вам скажу, что случилось. Мне приходится работать с полными идиотами.
Краем глаза Кира видела, как на скулах Сэма заходили желваки. Он внимательно посмотрел на Роберта, на еду, разбросанную по полу, на раскиданную посуду. Поймав его взгляд, Кира увидела в нем еле сдерживаемое бешенство. Она привычно выпрямила спину.
- Вот этот придурок, - Филипп ткнул толстым коротеньким пальцем в Роберта, потом развернулся снова к Кире: - И эта неуклюжая, наглая…
- Ну, хватит!
Повар бил себя в грудь:
- Я не собираюсь с такими непрофессиональными, тупыми…
- Я сказал хватит!
Филипп застыл с открытым ртом. Когда он наконец пришел в себя, то поправил съехавший на бок колпак и произнес:
- Я вернусь через пятнадцать минут, и чтобы этих двоих тут не было!
Филипп развернулся и потопал прочь из кухни на своих коротеньких ножках. Сэм посмотрел на дрожащего Роберта:
- Идите помогите Эндрю.
- Вы меня не увольняете? - недоверчиво спросил Роберт.
- Нет, не увольняю. Только не попадайтесь на глаза Филиппу, пока я с ним не поговорю.
- Да, сэр, - ответил Роберт, затем бросил обеспокоенный взгляд на Киру. Она ободряюще улыбнулась ему. Молодой повар кивнул и вышел из кухни.
Кира сжала губы. Она не собиралась оправдываться или извиняться. Сэм еще раз оглядел разбросанную посуду и продукты, потом поднял на нее глаза:
- Пойдемте со мной.
Ее сердце сжалось. Он так целовал ее вчера вечером… И как он может теперь разговаривать с ней таким ледяным тоном?
Неужели его настолько заботит это происшествие на кухне?
И вовсе не интересует то, что случилось со мной?…
Очевидно, нет.
- Я не могу уйти сейчас. У меня заказ.
- Кристина позаботится, чтобы его подали.
- Потребуется лишних двадцать минут, вряд ли вашим гостям это понравится.
Сэму показалось, что он сейчас раскрошит свои зубы в порошок.
- Значит, они получат свой заказ бесплатно. А если они живут у нас в отеле, то мы не возьмем с них и платы за проживание. Как думаете, это понравится нашим гостям?
- Думаю, да. Может, мне все же стоит закончить смену, потому что…
- Нет, Кира, не думаю, что вам стоит закончить смену. Другие официанты поделят ваши столики между собой. Пойдемте.
Когда Сэм открыл дверь кухни, стайка напуганных официантов, стоявших за нею, кинулась врассыпную.
Кира сорвала с себя передник и бросила его на стол.
Он хочет поговорить? Прекрасно.
Уж я с ним поговорю.
Прежде чем проследовать за Сэмом, она зашла в подсобку и забрала оттуда свои вещи. Кира собиралась высказать мистеру Прескотту все, что о нем думает, и меньше всего ей хотелось потом возвращаться сюда и выслушивать соболезнования бывших коллег. «Бедняжка, ты этого не заслужила!» Странно, даже Тайлер сейчас смотрел на нее с симпатией.
В лифте молодая женщина глядела прямо перед собой, решив воздержаться от всяких высказываний, пока они не дойдут до его кабинета. Воздух в лифте был настолько наэлектризован, что, казалось, сейчас между ними начнут проскакивать молнии. Когда двери открылись, Сэм вышел из лифта, по-прежнему не удостоив ее взглядом. Запугивает, подумала Кира. Следуя за управляющим, она пристально смотрела ему в затылок, чувствуя, как с каждым шагом ей становится все труднее сдерживать эмоции.
Сэм остановился возле двери без таблички, открыл ее и пропустил Киру вперед. Она вошла, рухнула в огромное кресло, повернулась к Сэму и выпалила:
- Филипп - хам. Он оскорбляет всех, с кем работает, никогда не признает своих ошибок, хотя, поверьте мне, их у него предостаточно.
Сэм молча смотрел на нее, скрестив руки на груди.
Тонкий слабый голосок внутри нее умолял ее замолчать. Но она уже не могла остановиться.
- Он вообще ничего не понимает в кулинарии! - все больше заводилась Кира. - Все знают, он держится только на рекомендации вашего прежнего шеф-повара… Все, кроме вас, по-видимому. Иначе вы не стали бы верить его постоянным поклепам.
- Вы так думаете? - Сэм поднял брови.
- Да, я так думаю! - Кира вскочила и подошла к нему. - Роберт - замечательный повар, у него большое будущее. Ему нужно только немножко помочь, но ведь от Филиппа этого не дождешься! И знаете, почему?
- Надеюсь, вы мне скажете, - ответил Сэм спокойно.
- Да, скажу! Снявши голову, по волосам не плачут. Потому что он готов вытоптать любой росток таланта рядом с собой. Потому что любой мало-мальски одаренный человек сразу отправит его в отставку. У Филиппа нет даже намека на врожденное чутье, без которого нельзя стать настоящим кулинаром. И он знает - рано или поздно его раскусят и в лучшем случае отправят печь пончики для уличного лотка!
Кира махала руками, как ветряная мельница, щеки ее пылали, а глаза метали молнии. Сэм никогда не встречал такой женщины, как она.
Она его ослепляла.
- Не знаю, зачем я все это вам говорю… - Кира развернулась на каблуках и снова в отчаянии рухнула в кресло. - Вы ничего не понимаете в кулинарии, в том, что происходит на кухне ресторана. Почему вы должны мне верить?
- Кира…
- Вы управляющий, а я всего-навсего официантка. Разве я могу что-то понимать?