Насколько больно? (СИ)

— Ладно, мне пора! Я растяпа, оставила ключи!
— Пока! Напиши! — Сережа кивнул Никите и выехал из двора.
— Что? Что тебе нужно?
— Ты не брала трубку! — прорычал он, хватая тяжелую сумку.
— Отстань! Тебе не нужно мне звонить! Я бы не оставила свои ключи, если бы ты не копался в моей сумке!
— А я и не копался! — он снова потряс связкой. Дура! Это не мои ключи! Идиотка.
— Никит, прошу, уйди! Я устала, я привыкла, но стоит тебе только появиться на горизонте, как мой мир переворачивается с ног на голову. Я не отдаю отчета своим поступкам. Я не контролирую свой рот, свои щеки! Я не контролирую свое ТЕЛО!
— Я вижу… — он поднял руку и провел пальцем по щеке, по коже стали бегать мурашки. — Я чувствую то же самое!
— Уйди! Мы оба знаем, что ничем хорошим это не закончится!
— А если…
— Нет! Я не буду ждать, пока ты наиграешься в семейную жизнь. Я не могу спокойно смотреть на то, как ты бросил свою жизнь к ее ногам. А она вытирает ноги, словно о половую тряпку. Ты мне сказал жить? Дышать? Вот, видишь? Я живу! Я дышу! Ты слишком хорош, чтобы бросить Полину! А я не буду делить тебя! И я не смогу ждать, пока ты надоешь ей! И я не хочу знать, что ты придешь ко мне только тогда, когда она попросит уйти! Нет! Уходи!
— Ты уверена? — его глаза вновь потемнели.
— Да! Мне нужен ты! Ты мне нужен полностью, а не по частям! Мне нужно твое сердце целиком! А ты разорвал его на маленькие кусочки, в дань дружбе! Нет! Уходи!
Никита поднял ворот черного пальто, от резкого движения хлопья снега полетели в стороны, опускаясь на мое лицо. Он улыбнулся, взял мой подбородок двумя руками, приподнимая голову. Он еще раз заглянул в мои глаза. Потом он ушел, оставляя следы на белом снегу, но и они скоро пропали…
Боже! Как я ненавижу снег!
  
Глава 30
 
Никита
Боже! Зачем я поехал за ними? Я мчался по дороге, обгоняя тащащиеся машины, я так боялся не успеть. Вот только я сам не мог ответить на вопрос, что я пытался предотвратить? Когда она появилась в доме Влада, я замер! Ее маленькое светлое платье, открывающее всю красоту ног, рыжие волосы были убраны, и только маленькие прядки едва касались тонкой шеи. Она сжимала в руках букет роз и была счастлива! Конечно, она была счастлива, потому что ее щеки так и пылали, а глаза блестели. Но я бы успокоился, если бы не огонь, который вспыхнул в ее глазах, когда она увидела меня. Я чувствовал, что она уговаривает себя не броситься на меня. И я знал, что сам уговаривал себя, чтобы не кинуться к ней и не поцеловать.
Как все сложно! До нее моя жизнь была проще, чем примеры в первом классе. До нее я не задумывался, что может быть и по-другому. Ее губы, глаза, кожа, румянец — это все, что мне нужно! Мне нужно, чтобы она сияла, чтобы глаза блестели! Я так думал, но я ошибался!
Я ошибался, когда считал, что она осчастливит меня, когда начет жить дальше! Я не думал, что рядом с ней может оказаться другой. Честно, я не думал! А когда увидел парня, стоящего за ее спиной, я перестал дышать. А когда он прикоснулся к ней, я готов был убить его. Я думал, что умирал все эти пять месяцев, не видя ее, но нет! Я умер в тот день, когда она появилась на пороге не одна. Мне было больно! Насколько больно? Мне было больно жить и дышать! Теперь я знал, что чувствовала она. Теперь я знаю, насколько больно ей, зная, что дома меня ждет жена.
А когда я увидел, как он собирается поцеловать ее руку? Его губы намеревались прикоснуться к моим пальчикам! Это мои пальчики! Я вышел из темноты подъездного козырька и окликнул ее. У меня не было плана. Я просто чувствовал, что должен быть там. Хорошо, не сегодня. Сегодня он не поцелует ее! Нет, только не сегодня.
— Ты идешь обедать? — в кабинет вошел Андрей.
— Нет, мне нужно съездить по делам, — я гипнотизировал телефон, пока он искал ее.
— Хочешь поговорить?
— У меня на лице написано, что я хочу поговорить?
— Нет, но упаковка сломанных карандашей намекает на это!
— Мне пора! — я схватил пальто и выбежал из кабинета, одеваясь по пути.
 
Я ехал в лифте, не сводя глаз с экрана телефона. Теперь я превратился в сталкера. Я не могу не знать, где она, я не могу не видеть ее! Я каждый день ездил в торговый центр, в котором она обедала на большой перемене. И почти каждый день она была с ним! Она смеялась над ЕГО шутками, смотрела в ЕГО глаза, и ЕГО рука придерживала ее за талию.
И каждый день мне было больно! Но, несмотря на это, я каждый день наблюдал за ней, вычисляя ее местоположение с помощью программы на телефоне. Я проверял по вечерам, дома ли она, во сколько вернулась, а иногда просто сидел в машине, глядя в ее окна.
— Алло? — я сидел в кофейне на третьем этаже, откуда открывался хороший вид на ресторанчик, в котором обычно они обедали.
— Привет, сын! — веселый голос отца заставил меня отвести телефон от уха и посмотреть на экран, чтобы убедиться, что это не глюк. Черт!
— Привет! Землетрясение? Война? Что заставило тебя позвонить?
— Ну, мама спрашивает, приедете ли вы с женой на Новый Год? Или ты повезешь ее в Европу на шоппинг? Просто если повезешь, то я бы хотел, чтобы мама поехала с вами.
— Пап, говори как есть? Ты пытаешься узнать, не ушел ли я от Полины?
— Мне по фиг, с кем ты водишь шашни! Мне фиолетово, кто тебя ублажает! Меня не волнует, кто больше тебе нравится — блондинки или рыжие! Меня волнует только то, что ты обязан нести ответственность! Ты убил ее брата!
— Хм… Меня порядком это достало! Расскажи мне, папенька, кто был их отец?
— Не придуривайся! Ты был маленький, когда его не стало! Он был моим другом! И я заботился о малышке и ее брате! Которого ты потом втянул в сои игры с этими нелегальными боями!
— Их отец был начальником твоей охраны, который умер от огнестрельного ранения, прикрывая тебя, папочка! Он защитил тебя! Так кто тут кого убил? Чтобы я больше не слышал этих разговоров! Я надеюсь, что ясно выразился! А мои отношения с Полиной тебя не должны волновать!
— Да, не думал я, что ты будешь копаться в моем белье!
— Не думал я, что ты будешь называть меня убийцей! Тебе было бы проще, если бы меня тоже убили, да? Сознайся?
— Не говори ерунды!
— Нет, это ты не говори ерунды! Его убили не на боях, его убили те, кто угнал его тачку! Его смерть не имеет никакого отношения к боям! Ты думаешь, что я сам не задавал себе вопросов? Что было бы, если бы я сам поехал? Задавал, задаю и буду задавать! Коля был моим другом! А теперь, если у тебя больше нет вопросов, то я не хочу больше слышать твой голос!
— Сын, ты должен! Это дело чести! Что скажут о тебе? Что скажут обо мне? Я не последний человек в области, твои…
Я засунул телефон в карман, не в силах выслушивать переживания отца о своей репутации, и посмотрел на ресторан. Нет, хватит! Все! Я бросил на стол деньги и пошел к машине. Я не могу больше смотреть на это! Я не могу!
— Никита Сергеевич, совещание через 45 минут! — секретарша встретила меня, забирая пальто.
— Хорошо! — я открыл дверь, на диване сидел Влад, листая какой-то журнал. — Привет! Что случилось?
— Все хорошо! Просто зашёл поговорить!
— Кофе?
— Давай!
— Марин, сделай нам кофе! — я сел в кресло, напротив Влада.
— Как дела? — но он не смотрел на меня.
— Давай к делу?
— Как тебе Сергей?
— Какой? — Марина поставила поднос на столик.
— Симпатичный, правда?
— Я не специализируюсь по мальчикам! Ничего не могу сказать! — я заскрипел зубами, осматривая Влада, который с интересом рассматривал журнал о подводном мире. Конечно, *лядь, я знал, о ком он говорит. О том смазливом парне!
— Хорошая партия для Миры! Правда?
— Тебе видней.
— Нет, мне нужен твой совет.
— Я НЕ ЗНАЮ! — я еле держался, чтобы не сорваться.
— Вот, думаю, может взять с парня обещание? — он закурил и задумчиво посмотрел в окно. — Пусть позаботится о ней?