Насколько больно? (СИ)

Но нет, я чувствую себя, как после самого охренительного секса в моей жизни. И он был бы еще лучше, если бы Полине не понадобился код от сейфа. Зачем ей мой сейф? Я уезжал — ее не было, когда она вернулась? Черт! Нет, не сейчас, я не хочу думать о ней. Я буду вспоминать запах миндаля ее кожи, мягкость губ и шелковистость волос.
«Это неправильно… это все неправильно! Я не увожу мужей из семей. Я не сталкиваю лбами друзей… Я не вру сестре… Я раньше этого никогда не делала!»
Я пожалел, что прочитал ее сообщение. Печаль и боль не посетила меня, но пришла к Мире. Мира, девочка моя…
«Верь мне!» — ответил я и зажмурился. Я стоял у подъезда своего дома и ждал ответа. Я сидел, как подросток, и ждал ответа!
«Не могу… этого я тоже никогда не делала раньше!»
Я вспомнил ее потемневшие глаза, когда я спросил про ее тату, по ее рукам побежали мурашки. Я знал эту реакцию. Это выброс адреналина, это страх. И я разберусь, я узнаю…
— Кость, а можешь мне собрать информацию о человечке?
  
Глава 14
 
Мирослава
Я снова и снова перечитывала сообщения, которые отправила ему. Мы не виделись уже две недели, но мне казалось, что целую вечность. Эти два сообщения, эти два ужасных сообщения. Ну зачем? Зачем? Ведь я сама все сделала! Сама поехала, сама разделась, сама поклялась, что не остановлю. Боже! Я идиотка! Когда я зашла в свою комнату, мне стало так холодно и одиноко! Меня душила злость, что он поехал к жене! Я сама идиотка! Он приедет и ляжет на мягкие перины, она накормит его ужином, приласкает, и он забудет о Мире. А кто я такая? Молодая девчонка, которая придумала в своей больной голове, что нужна ему. Ему нужна жена! Ему нужна семья! А какую семью могу дать ему Я? Я сама месяц назад познакомилась с этим ощущением! Идиотка! Тупица! Потаскушка! Ведь так называют тех, кто спит с чужими мужьями? Да! Именно потаскушка!
— Мирослава! Очнись! — Влад тряс меня за руку, заглядывая в глаза.
— Ты мне руку сломаешь!
— Сломаю, если и дальше будешь летать в облаках! Идем! — мы вошли в здание Архитектурной академии.
Мне дали две недели на раздумье. Кира обложила меня буклетами из трех университетов, и мы вместе взвешивали все ЗА и ПРОТИВ. Она не давила, не настаивала, просто слушала меня и качала на руках Димошку. Как ни странно, Влад принимал активное участие в принятии решения. Он вместе с нами считал плюсики и минусы в моем блокноте. А когда я решила, он дернул меня за волосы и крепко обнял. И вот теперь мы с самого утра носимся по кабинетам.
— Хорошо, Михаил Львович! Я все понял! — Влад отдал мои документы в руки ректору.
— Милая барышня, а у Вас весьма занятная техника! Хороший штрих и чувство пропорции. Да, определенно! — мужчина рассматривал мои работы, разложив на своем огромном столе. Мои щеки зарумянились, это было странно, когда кто-то оценивает мои работы так пристально. Михаил Львович то надевал очки, то снимал, то подносил рисунок к лицу, то откладывал на дальний край стола. Мои ладони вспотели.
— Не ссы, лягуха, болото будет наше! — прошептал Влад и ткнул меня пальцем в бок.
— Я убью тебя! Прямо здесь! — я и так была, как на иголках. И вообще. Что за мода тыкать своими пальцами?
— И действительно… действительно… — рассмеялся ректор и захлопнул папку с моими работами. — Значит так! Ты выбрала факультет?
— Э-э-э…
— Как скажешь, современное искусство, значит современное искусство. У меня было вакантное место, для сына, но ты определенно талантливей! Поэтому ты зачислена, а он пойдет сапоги топтать! — рассмеялся ректор и снял очки. — А теперь серьезно. У тебя прописка не местная, надеюсь, что с этим проблем не возникнет? Потом, мне нужны еще документы…
Я бежала по коридору, пытаясь догнать Влада. Он говорил по телефону, раскидывая руки так, что мне приходилось пригибаться, чтобы увернуться.
— Лягуха, не отставай! — шипел он, подгоняя меня.
— Я убью Киру! Какие туфли? Мне нужны сапоги-скороходы, чтобы догнать тебя!
 
…
— Чтобы тебя прописать, сначала тебя нужно выписать! — Влад сидел у камина, потягивая вино. — А для этого нужно съездить в твой город!
— Капитан-очевидность! — рассмеялась Кира, кормившая сына.
— Я сегодня улетаю, когда вернусь, не знаю… — ворчал Влад, постукивая телефоном по подбородку.
— Андрей увез Варю и родителей в Париж! — вздохнула Кира, мечтательно закатывая глаза.
— Не вздыхай! Сама отказалась с ними лететь! Так, Кирилл в Самаре, Макс…
Никита
Я открыл холодильник, потом закрыл и снова открыл. Я не знаю, что я там хотел увидеть, но там все равно было пусто и даже пахло пластмассой!
— Ой, только не говори, что сейчас ты будешь читать мне нотации. Давай, хотя бы наедине не будем лицемерить? Я не готовлю! И готовить не буду, кажется, я предупреждала! — ее хохот стал так раздражать! Она стояла, прислонившись к стене, в руках она держала бокал вина.
Черт, она даже стоять нормально не может. Ей нужно позировать. Меня бесило все! Ее идеальная улыбка. Огромные глаза и вечерняя причёска в 8 утра субботы. Сука! Это же не женщина это кукла! Она взмахивала ресницами и томно смотрела на меня. А мне не хотелось всего этого. Я хочу поцеловать сонную жену, поспорить, кто будет готовить завтрак. Сказать, что пошел в туалет, а самому сварить ей кофе… А потом наблюдать, как счастье плещется в ее глазах… в ее голубых глазах…
— Тогда разговаривать со мной не нужно! — я пнул дверь и вышел из стерильного помещения, которое в нормальных семьях называется кухней.
— И прикрой свое уродство на спине! — завизжала Полина, разбивая бокал о кафель. Я замер… Не знаю, что меня так озадачило, то ли, что она впервые за долгое время вышла на конфликт, то ли, что опять стала замечать меня и мои уродства?
В кабинете надрывался телефон.
— Да!
— Ух… Полина дома? — хохот Влада только добил меня, я выдохнул, чтобы не сорваться.
— Что случилось? Ты еще не улетел? Я документы все отправил!
— Да, я получил. Тут такое дело… Нужно лягуху свозить в ее город, чтобы выписать и забрать оставшиеся документы.
— Лягуху? — я, конечно, понял, о ком он говорит. Но ЧТО он говорит? — Я… я…
Мне пришлось прикрыть рукой телефон, чтобы Влад не слышал мои чертыханья. Нет, я не могу! Нет! Я не могу, потому что она этого не хочет. Скажи ему!
— Хорошо, без проблем!
  
Глава 15
 
Мирослава
— Что вы придумали? Я что, сама не могу съездить в город? Или мне не дадут документы? — я сидела на кухне, ковыряясь в овсяной каше. — Хочу напомнить, что сюда приехала на своих двоих, меня не везли, как принцессу на шикарной тачке!
— Хватит! — Кира отняла у меня миску с клубникой. — Из-за ягод уже каши не видно! Я вот сижу и думаю, у тебя только два повода волноваться. Первое — ты не хочешь возвращаться в город, причин я не знаю, а второе — ты не хочешь ехать с Никитой. И пока я не определилась, что мне не нравится больше! — Кира пила кофе, ее глаза бродили по кухне, она смотрела на что угодно, но только не на меня.
Да… Как я там говорила? Я никогда не обманывала свою сестру? Как она могла попасть с ходу в десятку? Ну, как? Я действительно не знала, чего я больше не хочу! Ехать в Б****ий или ехать 5 часов в машине с Никитой?
— Никита хороший мальчик. Я никогда не говорила такого Кристине, потому что Кирилл НЕ хороший мальчик. Я никогда не скажу ни одной девушке, что Макс хороший мальчик, потому что они оба — противоположности Никиты. Поэтому я со 100 % уверенностью доверяю свою единственную сестру ему.
Я открыла рот, слушая Киру. Черт! Она его знает? Мы говорим об одном и том же человеке? Я вспомнила его дикие глаза, его сильные руки, ласкающие мое горячее тело, его узкие бедра и длинные пальцы… его сломанное крыло… Его грустную улыбку. Да, он определенно хороший мальчик. Но если он хороший, то мне страшно и подумать о Кирилле и Максе.