Насколько больно? (СИ)

— Мурашов… Ты меня разводишь? — прошептала Кися.
— Хотелось бы, но нет… — он протянул руку, ожидая ее руки.
— Ты тоже еще ТА заноза…
— Я согласен! — смеялся он, но продолжал ждать. — Только помни, что я буду стоять на коленях до тех пор, пока ты не согласишься. Буду, как милый мальчик ходить за тобой по пятам, я стану сталкером…
— И я согласна! — почти одними губами сказала она и протянула ему руку.
— Урррааа! — завизжали мы.
— Чертяга… Красиво… — бархат резанул слух, он стоял прямо сзади, слегка касаясь меня.
— Поздравляем! — молодые целовались, не пытаясь оторваться друг от друга.
— Черт! Я не верю… Мурашов! Да ты романтик! — сквозь смех крикнул Макс, до сих пор снимая видео, на что получил два средних пальца от Киси и Кирилла.
— Они что встречались? — я смахивала слезы, наблюдая за этим волшебным моментом, происходившим прямо на моих глазах.
— Да. Тайно. А мы все делали вид, что ничего не видим! — хохотал Влад. Кто-то провел рукой по моей руке, по кисти, остановившись на мизинце, и что-то мне подсказывало, что это был не Влад. — Ну, что? Выпьем?
— Боже! Поздравляю, Кристина! Лакомый кусок! — писклявый голос раздался за нашими спинами, и прикосновение закончилось. Я захныкала…
— Проходи, выпьешь? — Кирилл взял бутылку виски, разливая темную жидкость по бокалам.
— Нет. Спасибо… не могу. Я улетаю, уже пора в аэропорт. Пока, милый! — она махнула рукой и пошла к машине.
Никита сел за стол, прямо под мягкий свет фонаря. Я готова была поспорить, что на его лице кроме радости ничего не было. Он был расслаблен и продолжал ржать над видео, которое снял Макс, ни разу не посмотрев на уезжающую жену…
Я не знаю, во сколько все разошлись, но я ушла почти сразу после Вари. Сквозь открытую дверь я слышала, что разговор остался сугубо мужским. Андрей, Никита, Максим и Влад, они что-то обсуждали, какую-то сделку. Я разделась и пошла в душ…
  
Глава 9
 
Никита
Меня просто колотило от злости, не понимал, как мне реагировать. Постоянные стычки и ссоры давно перестали возбуждать. Я почти переехал в гостиную, а Полина уже и перестала звать в спальню. Она все чаще улетала на внезапные показы, какие-то проекты, при этом ставила меня перед фактом, не ставя ни во что… Однажды я просто перестал разговаривать с ней, а ей понравилось. И мы почти месяц перебрасывались дежурными фразами, утром она варила кофе, забирала наличку из кошелька и отчаливала в спальню.
Вот и сейчас, она приехала только для того, чтобы попрощаться. Я, наверное, даже и не заметил бы ее отсутствия. Не выдержав, утащил ее с террасы и высказал все, что думал… А теперь она обрывала мой телефон, чтобы взять словесный реванш. Вышел из-за стола и пошел в самый конец пирса, чтобы поговорить.
— Да!
— Тебе весело? — голос Полины вдруг стал таким чужим и холодным.
— А тебе? — я закурил и сел.
— Мне? Что ты творишь? Ты куришь что ли? Мы с тобой говорили об этом! — ее возмущение было бесконечно.
— Это я творю? Тебе не кажется, что разговор смысла не имеет, я все тебе сказал уже… — был спокоен, а она периодически переходила на визг.
— Никит, давай успокоимся? Прилечу в среду, и поговорим? Хорошо, милый… — её коронное «милый» прозвучало так фальшиво… Я просто отключился. Встал и пошел к парням, к тем, кто не предаст, кто будет рядом. Но замер… В окне над террасой горел тусклый свет от открытой двери.
Она стояла у окна и расчесывала волосы. Видел лишь силуэт сквозь полупрозрачную занавеску, но мне и этого хватало. Ее руки двигались медленно аккуратно перебирая длинные пряди, а потом она исчезла, как видение, и свет погас… Что я творю? Разве так можно? Разве это правильно?
Влад уложил меня в гостевой комнате на первом этаже, но я не мог уснуть. Голова закипала от мыслей… Я быстро оделся и вышел из дома.
«Спишь?» — жмурился и наконец отправил.
«А ты как думаешь?»
«Думаю, что нет»
«Не могу уснуть»
«Через 15 минут за углом, буду ждать»
 
Я отправил и закурил, ожидая ответа, но его не было.
«Мне просто нужно погулять…»
Через 10 минут постоянного никотина, я наконец-то увидел ее силуэт в свете фонаря. Она шла… шла ко мне… Ее осторожные шаги говорили о страхе и неуверенности, мне вдруг показалось, что она передумает. Я пошел к ней навстречу и протянул руку.
— Едем? — не дожидаясь ответа, я выбросил сигарету и повел ее к ожидающему такси.
Мира послушно села на заднее сиденье, не задавая вопросов. Еще влажные волосы были распущены, она сложила руки на коленях и нервно подергивала кольцо на большом пальце… Смотрела в окно, пока мы покидали территорию поселка, я перестал видеть ее лицо, как только выехали на неосвещенную трассу. Темнота немного придала уверенности. Я взял ее руку. Она медленно посмотрела на меня, в ее глазах было так много вопросов, но она молчала…
— Спасибо.
— За что?
—  За то, что не задаешь вопросов, за то, что рядом…
— Рада помочь… — она вновь отвернулась к окну, но не отняла своей руки, я внимательно рассматривал ее тонкие пальцы, лаская и поглаживая каждый. По ночной дороге мы очень быстро домчались до центра, водитель остановил нас у набережной.
— Никита Сергеевич, я до заправки и буду ждать вас здесь?
— Спасибо.
Я взял ее руку и потянул к своему любимому месту в городе. По ночным улицам ходили толпы молодежи, из летних веранд доносилась музыка, кто-то катался по реке на моторных лодках, молодежь рассекала на скейтах, а небольшие компании рассыпались по газону компанией с пахучими кальянами.
— Это дико… — прошептала Мира и сжала мою руку.
— Что?
— Ну… Что они делают? — она с искренним интересом рассматривала каждого, иногда непроизвольно прижималась ко мне, сторонясь больших компаний.
— Отдыхают… — я немного не понимал, что она имеет в виду, поэтому потащил ее прямо к реке, где было меньше людей. — Будешь кофе?
— Да. Без сахара… — она вертела головой, как ребенок, но не отпускала моей руки. — Почему ты привел меня сюда?
— Не знаю… Я очень люблю это место, когда учился в универе, мы с парнями часто здесь зависали, с тех пор… не знаю, не могу объяснить.
— А…
— Мне тридцать два и я уже повидал много поколений молодежи. Вот те, кто сидят здесь, мне нравятся намного больше, они такие самодостаточные, такие непосредственные, не закомплексованные… Они пьют сок и кофе. Сидят на правильном питании. Они другие. Мне бы очень хотелось, чтобы следующее поколение было еще лучше… И уж точно лучше, чем я…
Она так резко посмотрела мне в глаза. Дернув губками, выдохнула и отпила горячий кофе.
— Тут так красиво. Я понимаю, почему тебе здесь нравится, мне тоже нравится.
— А тебе почему?
— Ты чувствуешь себя здесь живым, тут так много… разных людей, они делятся энергией, радостью, эмоциями… Смотри… Влюбленные, они никого не замечают, он так трогательно держит ее за руку. А там девчонки, они обсуждают что-то, скорее всего парней. А вон те парни думают, как с ними познакомиться. Здесь движение… Пойдем… Я хочу увидеть все… — теперь она тянула меня вниз на набережную. Я посмотрел на нее и рассмеялся. Девчонка…
— Что ты смеешься?
— Не знаю… Просто смеюсь…
Мирослава
Открыв глаза, я первым делом поневоле улыбаюсь… Потянувшись, как кошка, перевернулась на живот, зарываясь в подушки, в поисках телефона. Сообщений нет… Несмотря на то, что я не видела Никиту больше двух недель, я все равно улыбалась. Да, мне было плохо, но все две недели я полностью отдалась Кире, мы говорили постоянно, она очень тактично обходила вопросы о моем прошлом, но намекнула, что знает про мои частые посиделки в полицейских участках. Кира не давила, не выпытывала, она ждала, пока я не буду готова к этому. На этом и решили, но я совершенно не хотела вспоминать, а она не настаивала.