Граф Лазарев. Том V (СИ)

— А как вы думаете? Будем выяснять, кто за всем этим стоит. Пока «Неспящие» громили гномьи лавки и распространяли листовки, на них еще можно было смотреть сквозь пальцы, но покушением на Мирославу они подписали себе смертный приговор. Я хорошо знаю Его Величество. Он очень любит свою дочь.
— Я думал, мы и так знаем главаря. Что вы имели в виду, когда говорили, что князь Михаил — это необязательно Волконский? Разве у нас есть какой-то еще?
Северин удивленно поднял бровь.
— Мне казалось, вы читали «Атлас». Хоть как зовут князя Долгорукого, вы знаете?
— Борис, — блеснул я эрудицией.
— А его брата?
Я нахмурился.
— Там еще и брат есть? Хотя подождите. Кажется, брат действительно упоминался. Но про него было написано буквально две строчки.
Северин выжидательно посмотрел на меня.
— Вообще говоря, для представителя столь знаменитой фамилии это странно, — принялся я развивать мысль. — Каким-то графам посвящено по полстраницы, а тут целый Долгоруков. Вряд ли такое пренебрежение случайно.
— У Михаила Долгорукова с детства не задались отношения с Его Величеством, — подтвердил Северин. — В юности они даже дрались на дуэли. Потом брат князя надолго уехал из Империи, и о нем слегка подзабыли. Его Величество не злопамятный человек, но иногда не отказывает себе в удовольствии воспользоваться привилегиями самодержца. Так что упоминания о Михаиле Долгоруком в книгах родословных были, скажем так, сокращены до необходимого минимума.
— Так вы думаете, виноват Долгоруков, Волконский ни при чем?
— Я ничего не думаю. Его Величество они оба терпеть не могут, но это еще не повод ввязываться в заговор. Но, к счастью, скоро нам с вами представится повод увидеть их обоих.
— Где? — удивился я.
— Борис Долгоруков устраивает прием по случаю юбилея. Ему исполняется пятьдесят. Если торжество в свете последних событий не отменят, думаю, вас пригласят.
— И Его Величество, естественно, поручит мне там выспрашивать и вынюхивать?
Северин улыбнулся.
— При всем уважении, Виктор, обычно на подобных мероприятиях вы не вынюхиваете, а просто влипаете в неприятности. Но в целом вы догадались верно.
— Кто бы сомневался, — буркнул я. — Ни минуты покоя.
Дверь кабинета отворилась, оттуда показалась Анна и жестом пригласила нас войти.
С последней нашей встречи настроение Императора не улучшилось. Лицо Романова было кислым, как будто он весь день занимался дегустацией лимонов. Мирослава немного пришла в себя и перестала вжиматься в кресло, на щеки княжны вернулся легкий румянец. Девушка просияла, увидев нас. Я послал ей в ответ самую ослепительную из своих улыбок. Надо же, она рада меня видеть.
— Дядя Северин! — Мирослава выбралась из кресла и заключила вампира в объятия. На меня она даже не посмотрела. Ну ладно, возможно, я несколько переоценил свое обаяние. — Все в порядке?
— Не беспокойся, Мира, все хорошо. — Вампир осторожно отстранил девушку.
— Северин, идите с Анной к себе, я вас вызову, — сказал Император. — Виктор, на сегодня вы свободны, но через несколько дней князь Долгоруков дает прием. Думаю, Северин вам уже сообщил.
Я кивнул.
— Скорее всего, вы получите приглашение, так что нанесете им светский визит. Надо будет понаблюдать кое-за-кем. Северин позже расскажет вам подробнее.
— Хорошо, Ваше Величество. — Похоже, Император не в настроении вести долгие беседы.
Я посмотрел на Мирославу, которая бросила на меня мимолетный взгляд и отвернулась, и не удержался.
— До свидания, Ваше Императорское Высочество. Кстати, не забудьте, вы должны мне свидание.
Император бросил на меня нечитаемый взгляд.
— Граф Лазарев, останьтесь на минутку.
Мне показалось, что Мирослава хмыкнула. Северин и Анна с абсолютно невозмутимым видом вышли.
Романов повернулся ко мне.
— Я уже выражал вам свою благодарность за спасение моей дочери?
— Да, Ваше Величество.
— Наверное, мне стоит сделать это еще раз. — Император откинулся в кресле. — Вы знаете, я очень ценю вас, вы крайне полезный человек с многочисленными талантами. К тому же делаете головокружительную карьеру. Все, к чему вы прикоснетесь, начинает волшебным образом приносить доход. Да и бедным вас не назовешь — у вас есть золотая шахта, изумрудные прииски, процветающая типография. И весьма доходный дом терпимости, куда же без него. Одним словом, вы будете завидным женихом практически для любой девицы в Империи. Понимаете, к чему я клоню?
 
— К чему?
— К тому, что моя дочь — не любая, — буднично продолжил Император. — Приблизитесь к ней — и я оторву вам голову.
— Да ладно вам, Ваше Величество, вы меня недооцениваете. — Я беззаботно махнул рукой. Рисковать головой было, конечно, неразумно, но меня уже понесло. — А что, если я разоблачу заговор и стану всенародным героем? Тогда вы измените свое мнение?
Романов смерил меня долгим взглядом.
— Вот сначала станьте, а потом поговорим. А то вдруг вас в процессе становления убьют, и проблема решится сама собой.
— Добрый вы, — кисло ответил я, слегка поклонился и вышел. Раз уж я пока что свободен, самое время немного отдохнуть.
Дома я первым делом отыскал Ерофея. Северин несколько преувеличивал, когда утверждал, что сторож не пострадал. Ерофей явно прихрамывал на левую ногу, но в остальном выглядел вполне целым.
— Ты в порядке?
— Да, Ваше Сиятельство, — преувеличенно бодро ответил сторож.
— А это откуда? — Я кивнул на раненую ногу.
— Да так, задело слегка. Перепугался я, Ваше Сиятельство, — признался Ерофей. — Думал уж, порешат меня. Не пойду я с вами больше на такие сборища, не сочтите за дерзость.
— Вот видишь, Ерофей, как тяжело быть аристократом, — наставительно произнес я. — Все время то убить пытаются, то на дуэль вызывают, то монстра натравят. Меня вон один раз вообще в подвал бросили. Радуйся, что ты не дворянин.
— Да уж, Ваше Сиятельство, я и радуюсь. Не приведи Господь опять в такое вляпаться, так страшно было. — Сторож помолчал. — Но все равно лучше, чем с Марфой Петровной. Кстати, Ваше Сиятельство, к вам тут гостья пришла.
Гостья? На мгновение я подумал, что это кто-то из моих жен, и сам не понял, расстроился или обрадовался. Но нет, вряд ли Дарья или Лидия приехали бы без предупреждения. Тем более Дарья дома, я только что слышал ее голос по мобису. Но тогда кто?
Я попрощался со сторожем, вошел в гостиную и удивленно поднял брови.
— Настасья?
Некромантка поднялась мне навстречу. Девушка была одета в черное платье — несомненное влияние Игоря, и явно смущалась. Я сел в кресло.
— Ничего, что я приехала? Я позвонила к тебе домой, мне сказали, что ты должен скоро вернуться. Я понимаю, Виктор, тебе совсем не до меня…
— Ну что ты, я рад тебя видеть в любое время, — заверил я. — Но что ты здесь делаешь? Игорь говорил, вы с отцом остались в Оренбурге.
— Уже вернулись.
Ну да, логично, не вечность же им там сидеть.
— Кстати, как у вас с Игорем, все хорошо?
Девушка смутилась еще сильнее.
— Да, все прекрасно. Собственно, именно об этом я и хотела поговорить. Мне нужна твоя помощь.
— Помощь? Но в чем? — Я проглотил уже готовую сорваться с языка неприличную шутку. — Вы же, как бы это сказать, оба взрослые люди.
— Дело не в нас. Отец против наших отношений. Он не любит некромантов, — призналась Настасья.
— Я чувствую в этом некоторое трудноуловимое лицемерие, — отметил я.
Настасья тяжело вздохнула.
— Он же скрывает мой Дар ото всех. И надеется найти мне в мужья кого-нибудь с более одобряемыми обществом способностями. Игорь, по его мнению, мне не пара.
— По-моему, вы лучшая пара, которую только можно представить, — искренне заверил я. — Отдам вам в питомцы Лазаря, и будет счастливая молодая семья. Слушай, я действительно рад вашим отношениям и желаю вам совместного счастья. Хотя бы из тех соображений, что не у одного меня в жизни должен быть перманентный вынос мозга. То есть, прошу прощения, прекрасные нежные чувства. Но я-то тут причем?