Граф Лазарев. Том V (СИ)

В конце концов мы с Сокольским убрались-таки из гостиной. Думаю, если бы не мое присутствие, папаша остался бы подслушивать под дверью. А возможно, еще и подглядывать.
— Они будут прекрасной парой, — неловко начал я, когда мы переместились в малую гостиную. Я чувствовал себя неловко: с одной стороны, мне почему-то казалось, что нужно завязать светскую беседу, с другой, я понимал всю ее неуместность.
— Конечно, — тут же заверил граф. — Я вижу, как они любят друг друга. Вы же знаете, я давно хотел породниться с вашей семьей.
Я мысленно выдал Сокольскому респект за то, что он не сказал: «с вашими деньгами». Хотя на лице его невысказанные мысли отразились крупными субтитрами. Но, как ни крути, он прав, некроманты действительно прекрасная пара. Да и вообще, кузену давно пора жениться. А то в нашей семье я пока за двоих выполняю план по женщинам.
Я попытался придумать еще какую-нибудь дурацкую фразу, которая помогла бы скоротать время в ожидании, но тут в кармане завибрировал мобис. Я вытащил артефакт и услышал мрачный голос Анны:
— Лазарев, ты где?
— А тебе это важно? — уточнил я. Рассказывать Блэйд, как я провожу сегодняшний день, мне, честно говоря, было элементарно лень.
— На самом деле нет. Где бы ты ни был, уезжай оттуда и дуй во дворец. Есть срочные новости.
  
Глава 6
 
— Простите, меня срочно вызывают во дворец, — обратился я к графу Сокольскому.
— Вы стали там частым гостем, Виктор. Конечно, идите. Я понимаю, это, скорее всего, секрет, но неужели сам Его Величество?
— Нет, А… То есть, да. — Я запнулся, сообразив, что заявление, будто фаворитка Романова сгорает от желания увидеть меня на ночь глядя, может быть истолковано превратно. — Почему-то я ему очень нужен.
— Вы незаменимый человек, — покачал головой Сокольский. Перспектива родства с моей семьей с каждой минутой радовала его все больше. — Сам Император без вас не может! Позвольте предложить вам нашу коляску. Не подобает графу Лазареву ездить во дворец на извозчике.
— Благодарю. — Давно пора завести в Москве собственный экипаж. — Передайте Игорю и Настасье мои извинения за что, что вынужден срочно уехать.
Пожалуй, не стоит сейчас отвлекать парочку своими прощаниями. Разрушу трогательный момент, нашлют еще мне заклинание некроза на что-нибудь очень ценное.
Уже через полчаса я открывал дверь кабинета Анны Блэйд. Вервольф окинула меня своим фирменным взглядом. Взгляд гласил, что видеть она меня очень рада. Примерно так же, как внеплановую налоговую проверку.
— Садись, Лазарев, — предложила Анна. Перед креслом, которое мне предлагалось, лежал здоровенный черный пес. Он лениво приоткрыл один глаз, посмотрел на меня и снова закрыл. Наверное, счел гостя недостаточно питательным.
— Давно не видел твоего барбоса, — заметил я, обходя пса по широкой дуге. Разумеется, только из доброты душевной, чтобы не мешать спать бедному животному. Пасть, в которой могла бы поместиться моя голова, меня совершенно не волновала.
— Это не барбос, а Снежинка, — совершенно серьезно произнесла Анна.
— Как-как ты назвала собаку⁈
— Снежинка, — все с тем же невозмутимым лицом повторила Блэйд. — Это девочка.
Я оглядел угольно-черную Снежинку, которая лениво скалилась в мою сторону.
— Всегда знал, что главный талант политика — называть черное белым и даже не краснеть при этом. У Императора научилась?
— Чем ты был так сильно занят, Лазарев? — поинтересовалась Анна, проигнорировав мой вопрос.
— Устройством личной жизни графини Сокольской.
— Серьезно? Так значит, вы и правда с ней помолвлены? А мне казалось, это просто глупый слух.
— Слух и есть. У нас с Настасьей абсолютно ничего нет, я сватал ее за моего кузена Игоря.
Блэйд откинулась в кресле.
— И как, успешно?
— Более чем. Игорь ещё не закончил делать предложение, а ее папаша уже согласился.
— Ну надо же. Некроманты нынче стали завидными женихами. Не жалеешь, что сам к ней не посватался? — подколола Блэйд.
— Нисколько. У меня другие планы.
 
— Надеюсь, твои планы — это не Её Высочество Мирослава?
— Конечно же, нет, — ответил я с самым честным видом. Тем более что так оно и было. Не сказать, что у меня на строптивую девицу прямо-таки ПЛАНЫ. Так, легкий интерес. В крайнем случае, маленький планчик.
— Хочется верить. А то, боюсь, Александр не оценит твои способности к планированию. Он не слишком жалует ухажеров дочери.
— Да, я помню, — заверил я. — Он обещал мне кое-что оторвать, причем не голову.
— Голову он тоже оторвет, — усмехнулась Блэйд, — потом.
— Так ты меня для этого заставила на ночь глядя бежать во дворец? — удивился я. — Раз так, давай начнем с головы, чтобы сразу отмучаться.
— Увы, нет. — Блэйд состроила лицо настолько расстроенное, что я даже усомнился в ее дружеских чувствах. — Как я и говорила, у Тайной Канцелярии появилась новая информация о заговорщиках. Наши менталисты допросили тех двух балбесов, которые устроили погром у ресторана. Третьего, сам понимаешь, допросить не удалось, трупы не разговаривают. Тем более, специалиста по мертвецам в столице сейчас только два, и оба заняты.
— А как же ментальный блок? Разве не поэтому умер княжич Шереметьев? — вспомнил я.
— Какой блок, бог с тобой. — Анна пренебрежительно махнула рукой. — Шереметьев был одним из лидеров заговора, по крайней мере, формально. А эти щенки ничего важного знать не должны были. Но, как выяснилось, знали.
Я навострил уши. Если сейчас выяснится, что козни против Романова строит все-таки старший Волконский, будет прекрасно. Когда папочка отправится на каторгу, мне будет не так мучительно больно за бесцельно потраченные на его отпрыска нервы.
— Один из них был дальним родственником Конрада, — продолжала Анна. — Я помню его еще щенком, который бегал за собственным хвостом. Так вот, Ройр, так его звали, как-то отвозил Конрада на встречу. Заменил кучера, который в тот день сломал ногу. У Конрада должен был состояться какой-то разговор в ресторане, в кабинете с отдельным входом. Ройра туда никто не звал, он должен был ждать в коляске, но в какой-то момент ему стало скучно. Он вышел прогуляться и увидел, как из кабинета выходит человек в плаще с капюшоном и садится в ждущую на углу коляску. При этом капюшон он слегка откинул, и Ройр узнал князя Михаила Долгорукова.
— Значит, все-таки Долгоруковы, — протянул я. — Жалко. То есть, я очень рад, что главаря наконец-то разоблачили. Так что мы здесь сидим? Арестуй их, и дело с концом.
— На основании чего?
— На основании того, что он строит козни против Императора и государства! И меня, кстати, несколько раз пытался убить. Этот пункт предлагаю вынести отдельно.
Блэйд покачала головой.
— У нас нет доказательств. Рассказ блохастого щенка, который что-то там видел — это несерьезно.
— Ну тогда на основании того, что Императору так захочется, — предложил я. — С каких это пор монарху требуются доказательства, чтобы отрубить голову за измену?
— Нет, так не получится. Долгоруковы — великий княжеский Род, причем самый влиятельный. У них много друзей. Если Александр попытается посадить Михаила в тюрьму, начнётся смута, а нам этого совсем не надо. В городе и так неспокойно. К тому же, ты должен знать, что братья Долгоруковы очень близки. Если замешан Михаил, значит, и глава Рода тоже. А его отправить на каторгу будет еще тяжелее.
— Тогда с ними абсолютно случайно может приключиться несчастье? — предложил я. — Пусть утонут в реке или устроят соревнование, кто выпьет больше самогона, и отравятся.
Анна уважительно посмотрела на меня.
— А мне нравится, как ты мыслишь. Не хочешь устроиться к нам в Тайную Канцелярию?
— Спасибо, мне и так забот хватает, — отказался я.
— Если серьезно, то безнаказанными Долгоруковы не останутся. Александр никогда не простит покушение на Мирославу. Но намного лучше будет раздобыть доказательства их вины, а не начинать клановую войну. Так что на завтрашнем приеме смотри в оба, вдруг что-нибудь выяснишь. Я и мои люди тоже там будем. И возьми своего чудо-голубя. Кабинет князя на третьем этаже слева от главного входа, спальня по соседству. Пусть полетает, может, сможет что-нибудь разнюхать.