Нет покоя в "корейских лесах". (Шаг третий) (СИ)
Именно Энрике Пол не был студентом Оксфорда, да и вообще закончил лишь школу. Но это не помешало ребятам сдружиться, когда он помог ДжиХуну и Джонатану отбиться от местных «гопников», говорящих исключительно на кокни (Кокни — один из самых известных типов лондонского просторечия, назван по пренебрежительно-насмешливому прозвищу уроженцев Лондона из средних и низших слоёв населения. В соответствии с поверьем, истинный кокни — это житель Лондона, родившийся в пределах слышимости звона колоколов церкви Сент-Мэри-ле-Боу (звон их слышен на расстоянии не больше пяти миль). Для диалекта кокни характерно особое произношение, неправильность речи, а также рифмованный сленг. Некоторые англоязычные актёры для комического эффекта используют в своей речи фальшивый акцент, похожий на кокни, который довольно часто называют «мокни».), в Лондоне, когда друзья по ошибке заглянули не в то заведение. Смех смехом, но дело могло кончиться очень плохо — вплоть до ножевых ранений.
— А куда б ты делся, когда мама сама позвонила? — с нескрываемой издёвкой подтрунивает товарища Джонатан.
Энрике делает вид, что очень заинтересовался какой-то информацией в своём смартфоне и вообще, сказанное относится не к нему. Парень он по жизни скромный и где-то даже застенчивый. Юноша родом из одного небольшого городка в Пуэрто-Рико, что ещё в детстве с семьёй перебрался в Лондон. Понятное дело, что в силу возраста живёт он теперь самостоятельно, но связи с родителями не теряет.
— Ты ведь не отстанешь? — сделав глоток пива из стеклянной кружки, спрашивает ДжиХун.
— Дело-то не во мне. Сам должен понимать.
Сидящая рядом Кэтрин поправляет складку на плече своего парня и, естественно, встаёт на его сторону:
— Серьёзно, ДжиХун. Что не так? Ну сходишь в гости, пообщаешься с его родителями. Не в первый ведь раз… К тому же, там будет много гостей и среди них будут девушки.
ДжиХун невольно морщится, показывая своё отношение к «сводничеству», коим в данную минуту занимается Кэтрин. Что довольно странно. Оно ей совершенно не свойственно.
— Лучше познакомь вон Энрике с кем-нибудь, — профессионально «переводит стрелки» «жертва посягательств» на личную свободу и право выбора. — А то он уже достал со своей Вики. Вики, да Вики. Каждый божий день одно и то же.
Услышав цепляющее за душу имя, Энрике встрепенулся и поднял взгляд на говорившего:
— Ты что-то знаешь?
— Муа-ха-ха-ха! — расхохотался Джонатан, но получив чувствительный тычок локтем под рёбра от «пассии», тут же замолк.
— Ничего я не знаю, — отмахнулся ДжиХун. — Читай дальше, что ты там читал. Это имя просто к слову пришлось.
— А-а-а, — понимающе покивал Энрике и, быстро пробежавшись взглядом по друзьям и пожав плечами, вновь пропал для окружающего мира.
— Чего ты ржёшь? — посмотрела с укоризной на своего парня Кэтрин.
— Да я так… Ничего, — быстренько отмазался Джонатан и вернулся к первоначальной теме разговора. — Каков же будет ваш ответ, мистер Сон?
— Хорошо, буду. Доволен? — наконец соглашается ДжиХун. — Только домой надо будет позвонить и предупредить, что на рождество не приеду.
— Вот и прекрасно! — улыбается добившийся своего Джонатан. — Я передам матушке твой ответ.
Намёк был столь прозрачен и прямолинеен, что говорить о каких-либо вариантах не приходилось. Мама у Джонатана была женщиной суровой и придерживалась консервативных взглядов: дал слово — держи его. Без вариантов и невзирая ни на какие там обстоятельства. Ноги есть? Значит должен быть в установленное время в указанном месте.
Учёба идёт хорошо, можно даже сказать великолепно. ДжиХуна хвалят профессора и оценки тому в подтверждение. Сделав ещё один глоток пива, парень лезет в свой смартфон, чтобы почитать новости с родины.
— Я отойду на секундочку, — оповещает всех Кэтрин.
Джонатан поднимается, чтобы выпустить подругу. И тут происходит практически невероятное — ДжиХун, углубившийся в чтение, подскакивает с воплем:
— Я так и знал! Сталкер! Предупреждал же их… «„Не может быть! Не говори глупостей!“» — кривится он, явно передразнивая кого-то.
Друзья замирают, удивлённо глядя на нарушителя тишины и покоя, воцарившихся в заведении. Кэтрин даже забыла, куда собиралась и тоже вопросительно смотрит на парня. На экране смартфона ДжиХуна красуется не очень чёткая фотография парочки в ресторане с броским заголовком:
— «Актёр Кан Ю ужинает с девушкой! КТО ОНА?»
Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва. Столовая
Время действия: тринадцатое октября. Большая перемена
С утра, слава тебе, Господи, меня «допрашивать» не стали, потому что поднялся довольно поздно, и времени у мамы не осталось. Она вообще занималась проводами отца на работу. У них это целый ритуал, сложившийся за годы совместной жизни. Вот я под шумок и «смылся». Да и, честно говоря, желания вспоминать вчерашний день и в особенности вечер не было никакого. ЧэЁн сегодня в школе нет — заболела бедняжка. Видимо на нервной почве от прослушивания. Впрочем, от её расспросов это меня не спасло. Позвонила на первой же перемене и вытребовала ответ на вопрос: где шлялась и почему её бросила? Нет, понятное дело выражения были иными, но как бы… суть-то от этого не изменилась. Пришлось рассказать о встрече с дядей и о том, как он меня уволок за собой. Про разрядившуюся в телефоне батарею также поведал, чтобы она не обижалась. А вот рассказывать о своём участии в съёмках не стал. Пусть сюрприз будет. Из-за отсутствия подруги шарюсь по школе в гордом одиночестве. Оно и ладно. Хоть время есть подумать о насущном.
Составил на поднос несколько мисочек и пошёл искать свободное место. Дело оно не простое, особенно в большую перемену. Народ кучкуется группами, и подсаживаться к кому-либо желания нет. Заметил поднявшихся девчонок и устремился к освободившемуся столику.
— Вот и ладненько, — опуская поднос на стол, пробормотал я и уложил рядом на стул рюкзачок со школьными принадлежностями.
Ем в столовой, потому как желания тащится за пределы школы нет никакого. А в округе, между прочем, есть очень даже приличные ресторанчики разной формации. В одном и европейскую кухню подают. Что странно… Хотя, припомнив что не только её, удивляться не стал, из-за подаваемой к каждому блюду кимчи. В Корее данное блюда фетиш местный, как и некоторый национализм.
Пока ел, прикидывал про себя, как буду распределять личное время после субботы.
— «Страшный день» приближается! — голосом восставшего мертвеца прошептал под нос и рассмеялся.
Понятное дело, я не один от школы участвую в соревнованиях по бегу на короткие дистанции и музыкальном конкурсе. А глядя на взъерошенных «коллег», не могу не заметить, что ребята трусят не по-детски. У одной из девочек, что готовится вместе со мной к выступлению, случился нервный срыв, и она вся в слезах убежала из аудитории прямо на уроке.
— И чего так переживают? Подумаешь, конкурс какой-то, — пододвинул мисочку с рисом поближе, чтобы не тянуться.
Пока придавался размышлениям, атмосфера в столовой неуловимо изменилась — стало как-то слишком тихо. Не замечая ничего вокруг, хватал палочками комочки риса и отправлял их в рот, предварительно макнув в соус.
— М-м-м. Вкусно-о-о!
(Тем временем в одном из коридоров школы.)
— А я тебе говорю, это точно она! — настаивала на своём Юна, идя рядом с Джессикой.
— Не очень-то и похожа, — отвечала старшая по возрасту мембер группы Girls' Generation, продолжая рассматривать фото из сети в смартфоне, где всем известный и, естественно, горячо любимый Кан Ю ужинает в ресторане с девушкой, сильно напоминающей их общую знакомую школьницу.
Фотография вышла не очень, и поэтому лицо девчонки видно лишь отчасти. Но вот рыжие волосы, вздёрнутый нос и улыбка наводят знакомых с Лалисой людей на однозначный вывод.