Невыносимое счастье опера Волкова (СИ)
Хотя почему “не умели”? Судя по нашей встрече, до сих пор не научились. Седина в висках появилась, годиков жизнь накинула, морщинами обзавелись, а вот повзрослеть так и не повзрослели. Но уж спустя десять-то лет я думал, верней, надеялся, что хоть что-то сделает ее мягче. Нас. Друг к другу. Ан, нет, какими были, такими и остались.
Беда, да и только.
Вот и что с ней делать? Насильно в багажник запихать вместе с ее гребаным чемоданом? Полтачки мне разнесет. Наручниками к себе пристегнуть? Запястья изящные, нежные жалко. Ремня бы ей всыпать хорошего…
В городе вечереет. Скоро совсем стемнеет. Не дело это, бабу одну по среди ночи на трассе оставлять. Украдут прекрасные рыцари. Мало ли таких, кто, как и я, на ее джинсы поведется. И не факт, что другие будут так же “милы” и “учтивы”.
Вздыхаю, тихо матерясь. Затягиваюсь еще разок и выкидываю окурок. Ну, Кулагина! День в городе, а уже умудрилась создать проблем.
Нащупываю телефон на сиденье и набираю Герыча. Терпеливо выслушиваю гудки, пока в трубке не звучит:
– Витек?
– Гер, ты уже уехал из отдела?
– Только в тачку сел. А что такое?
– Будь другом, катани кружок по трассе до моего поселка. Подбери одну упрямую барышню с чемоданом. А то она маршировать тридцать километров по горам собралась пешком. А ждать, пока ее какой-нибудь “добродетель” подберет, у меня времени нет. И доверия.
– К кому?
– К добродетелю, Гер. Не тупи!
– Да без вопросов, конечно. А это что еще за барышня-то такая?
– Коза.
– Какая коза?
– Горная, Герыч, горная! Только если что, меня ты не знаешь и остановился чисто по своей доброте душевной.
– Я не понимаю, ты как это делаешь, Волков? Вокруг тебя бабы так и вьются!
– Ну, так это не у меня надо спрашивать, а у баб, с какой это радости они вьются. Все, ладно, отпишись, когда подхватишь пассажирку. А я погнал, пока Руся мне там весь дом не разнесла. И только это, Герман, – откашливаюсь, – руки не распускать, глаза тоже держать при себе и в отделе ни слова.
– Это сейчас что такое было, Волк?
– Ничего особенного. Предупреждение. В мягкой, прошу заметить, форме.
В трубке послышался самодовольный ржач.
Все, спасибо Кулагиной, отменная порция жестких подколок от коллеги на ближайшую неделю, как минимум, мне обеспечена.
Нина
Отпуск – сколько прекрасного было в этом слове еще буквально сегодня утром, когда я сидела в роскошном кресле в кафе бизнес-класса, потягивала кофе и строила планы, как хорошо и продуктивно я отдохну.
Отдохнула, Антонина?
Дергаю снова застрявший колесиком на камне чемодан и в сотый раз пытаюсь выжать из своего яблочного девайса хотя бы жалкие три-четыре процента заряда.
Ну, давай! Я же совсем немного прошу! Мне бы просто вызвать новое такси!
Но нет. Телефон остается глух. И сколько на кнопку не дави, он как не включался, так и не собирается. Даже изображение в ноль опустошенной батарее показывать отказывается. Доконала, так доконала.
Вздыхаю и засовываю мобильник в задний карман. Даже он меня сегодня испытывает на прочность. Бесполезная штуковина. На помойку тебя отправлю.
Поднимаю взгляд. Морщусь. Козел, Волков!
Я прекрасно вижу задницу его огромного цвета “мокрый-асфальт” танка. Очень ему идет эта грубая, неотесанная, пугающая своими габаритами махина! Формы – под стать хозяину. Он и по молодости-то был в шикарной форме, я только так слюни на его кубики пускала, а тут…
Бесит!
И, готова поспорить на свои “отвратительные джинсы”, что под его футболкой все такой же стальной пресс. Не изменился. Разве что татуировок явно стало больше и седина тронула виски, но, черт бы его побрал, даже это делает его только еще сексуальней и привлекательней!
Правда, характер все по-прежнему портит…
И какого лешего, спрашивается, он все еще не уехал? Знаю Волкова: едет и наслаждается моими мучениями.
Едва сдерживаю свое желание поднять ладонь, еще разок продемонстрировав этому неотесанному грубияну средний палец. Потому что, голову готова дать на отсечение, что он едет и наблюдает за моим демаршем! Но в этот раз во мне побеждает леди. Ругаюсь я, видите ли, как девочка с района…
Не хочу этого признавать, но обидно. От встречи остался горький осадочек. Больше я видеть Волкова не хочу и очень сильно надеюсь, что это было наше первое и последнее пересечение за все время моего здесь пребывания. Хватит с меня и этого погружения в прошлое. Сразу вспомнила все: и наше знакомство, и наши отношения, и наше расставание – больше не хочу. Спасибо, наелась! Не умею и не люблю копаться в себе. И начинать не собираюсь. А встреча с Виком бередит, не хочется думать, что рану, потому что она, как мне казалось, прочно залатана и исчезла, но…
Услышав едущую за спиной машину, притормаживаю и вскидываю руку пальцем вверх.
Нет, мимо. Как летел тарахтящий жигуленок, так даже и не притормозил. Гад!
Ладно, не отчаиваемся, Кулагина, будут еще.
Зацепив волосы в пучок, застегиваю куртку. На улице начинает холодать. Топаю дальше. В конце концов, девушка я спортивная и выносливая, жутких личностей не боюсь, а свежий морской воздух всегда полезен.
Оказавшись без часов и телефона, я теряю счет времени. Но по моим прикидкам, примерно через плюс-минус десять минут, с удивлением отмечаю, что больше “Chevrolet” Волкова, плетущегося впереди, я не вижу. Уехал, значит? Вот и хорошо, в конвое не нуждаюсь.
Мимо снова пролетает машина. Снова попытка “проголосовать”. И опять промах. Иномарка промчалась мимо. А за ней еще и еще одна. Народ, я смотрю, в наше время максимально сопереживающий и отзывчивый? Все только о своей заднице и пекутся!
Правда минут через тридцать с начала моей “прогулки” одна тачка все-таки притормозила. За рулем сидел не сильно внушающий доверия тип, которого я вежливо послала “лесом”. Но не уверена, что бугай понял. И отставать он явно не собирался. Мне бы испугаться, но тут, на мое счастье, позади притормозила еще одна машина. Черный седан, из которого выглянул водитель, поинтересовавшись:
– Какие-то проблемы, девушка?
На этот раз водитель показался мне менее… бандитской наружности. Да и тут, как говорится, уже выбирать не приходится.
Короче, в этот раз выеживаться я не стала, и между страшным бугаем и приятным мужчиной выбрала последнее. С ним шансы доехать целой и невредимой были чуточку выше.
Виктор
Только я успел доехать до дома и загнать машину на территорию, как на телефон прилетело СМС. Герман:
“Забрал твою горную козу”.
Ухмыляюсь. Кто бы сомневался. Если не из дружбы, то из любопытства фиг бы он мою просьбу проигнорировал. Мы знакомы почти восемь лет, и это первый случай, когда я попросил кого-то впрячься за какую-то женщину. Вольно-невольно вывод тут напрашивается сам собой, а Герыч был не дурак, чтобы упустить такой повод надо мной поизмываться.
Значит, забрал? Что ж, сорок минут, максимум час… и да разверзнется небо.
Начинаю набивать ответ, как прилетает еще одно сообщение:
“Слушай, Волк, а ты в курсе, что она живет в соседнем с тобой доме?”
“Чего сам не подвез?”
Сложные у друга сегодня вопросы.
Выбираюсь из тачки и набираю:
“Я-то в курсе. Ты ей не сболтни. Пусть будет сюрприз…” – или пздц вселенского масштаба, что для Тони более вероятно.
Убираю мобильный, да вспоминаю, что забыл перезвонить Беловой. Уже и так догадываюсь, что Агата собиралась мне сообщить, поэтому откладываю это дело на “потом”. Не горит нынче.
Дверь в дом открывается, и на пороге вырисовывается мой рыжеволосый “домовой”. Руслана выходит на крыльцо, встречая меня сразу с делового: