История рентгенолога. Смотрю насквозь: диагностика в медицине и в жизни

Стремление видеть больше, недоступное невооруженному человеческому глазу – это основной импульс развития лучевой диагностики. Ее самоотверженные пионеры и первопроходцы стали легендами, а имена Кюри, Рентген и др. знакомы сегодня каждому школьнику, даже если он не особо увлечен науками.
«Это такая радость – заходить по вечерам в лабораторию, когда со всех сторон слабым нежным светом сияют пузырьки с нашими новыми веществами. Это прекрасное зрелище всегда производит впечатление как будто видишь его впервые. Светящиеся пробирки словно бледные волшебные огоньки», – писала романтично настроенная Мари Кюри (1867–1934) в дневниках. Из-за волшебной силы этих бледных огоньков уже вторую сотню лет дневники, архивы, даже поваренные книги четы Кюри хранятся в архивах Национальной библиотеки Франции в свинцовых ящиках, так как все еще являются радиоактивными.
Супруги Кюри, получившие в 1903 году Нобелевскую премию за исследования радиоактивности, не могли понимать полного значения своих открытий, которые стоили жизни и самой Мари, и множеству восторженных поклонников научного прорыва. Радиацией пытались лечить буквально все – головную боль, раны, бессонницу и т. д. Кстати, только в 1938 году был наложен запрет на применение радиоактивных веществ в пищевых, лекарственных и косметических продуктах.
В одном из экспериментов Пьер Кюри (1859–1906) привязал к руке кусок радия и оставил на 10 часов. Обнаружив ожоги, он предположил, что это вещество может стать лекарством от рака и будет так же выжигать опухоли.
Несмотря на массу роковых ошибок, связанных с этим таинственным свечением, которым любовались вечерами супруги Кюри, новая энергия определила следующий виток развития цивилизации в целом, не только медицины. Они перелопачивали тонны урановой руды, чтобы добыть граммы радионуклидного вещества в надежде с их помощью увидеть больше, проникнуть глубже, разгадать тайны природы, а значит, и смочь больше. Зачем? Чтобы помогать людям, найти новый источник энергии, спасать. И лекарство от рака, которое они так стремились найти, в конце концов, действительно, было создано на основе их открытий – одним из направлений в онкологии стала ядерная медицина, которую мы не сможем обойти стороной, рассказывая об истории медицинской визуализации. Другим направлением, также зародившимся в этих светящихся пробирках Пьера и Мари Кюри, которому посвящена эта книга и моя работа, стала лучевая диагностика.
В этой точке пора разобраться и в терминах. В России и за рубежом по сей день одни и те же направления называются по-разному. Согласно классификации ВАК (Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки РФ), рентгенология и радиология у нас в стране называются лучевая диагностика (специальность 14.01.13). По медицинской номенклатуре специальности – это рентгенология, к которой относятся рентгенодиагностика, маммография, КТ, МРТ. Отдельная специальность – ультразвуковая диагностика, в ее основе совсем другая природа визуализации, другой раздел физики (хотя в большинстве стран это общая специальность с радиологией).
Радиология в России – отдельная специальность, связанная именно с радионуклидной диагностикой, то есть с введением для проведения исследования небольшого количества вещества с радиоактивной меткой. Вещество может быть любой молекулой, которая участвует в жизнедеятельности (например, глюкоза, аминокислота, даже клетка крови), а радиоактивная метка позволяет «увидеть» куда и в каком количестве эти вещества распределяются (например, глюкозу активно поглощают раковые клетки). Продвигаясь шаг за шагом по виткам истории рентгенологии, мы и до нее дойдем. За рубежом термином «радиология» объединяют рентгенологию и ультразвуковую диагностику. А ядерная медицина за рубежом – это наша радиология, т. е. радионуклидная диагностика. В общем, много путаницы, но все вместе это называется у нас лучевая диагностика.
А тем временем, пока вечерами после насыщенного рабочего дня в Париже Пьер и Мари Кюри наслаждались созерцанием сияющих неведомым волшебным светом пробирок, в одной из полностью затемненных лабораторий Вюрцбургского университета (с пятисотлетней на тот момент историей) его ректор физик Вильгельм Конрад Рентген (1845–1923) обнаружил, что стеклянная вакуумная трубка с разреженным газом, обернутая черной непрозрачной бумагой, при электрическом разряде испускает свет, который отчетливо отображается на экране на расстоянии два метра. То есть, некие лучи проникают сквозь твердые непрозрачные поверхности и отражаются на экране. Это открытие положило начало развитию медицинской визуализации. Врачи получили возможность видеть людей насквозь.
 
К счастью, эксперименты профессора Рентгена не оказали негативного влияния на его здоровье. По легенде, он случайно обнаружил это излучение, которое назвал икс-лучами (в английском и других языках рентгеновские лучи так и называют до сих пор), и вообще был категорически против присвоения открытию своего имени. Он был убежден, что они принадлежат всем, существовали до него и будут существовать после. Но как случайно? Любая удача – результат целенаправленной деятельности, ведь он на протяжении нескольких лет проводил массу экспериментов с трубками с газом. Физики Европы были поглощены поиском новой мельчайшей частицы – электрона. Благодаря этому поиску Рентген и обнаружил свои икс-лучи. Он стал тестировать их проникающую способность и обнаружил, что она поистине огромна: они могут просвечивать тело человека насквозь, и кости, твердые ткани будут отображаться белыми и отчетливо просматриваться на негативе фотопленки, а мягкие ткани – темными, они почти теряются на черном фоне.
Первым «пациентом» лучевой диагностики стала жена Вильгельма Рентгена Анна-Берта. Изображение ее левой руки с обручальным кольцом стало самым известным рентгеновским снимком в мире.
Увидев снимок, Анна-Берта воскликнула: «Я вижу свою смерть!».[1]
На традиционных рождественских открытках, которые рассылала, как обычно, семья Рентгенов, к Рождеству 1895 года, была кисть Анны-Берты либо коробка с гвоздями. Специфический научный юмор оценили не все и не сразу. Однако вскоре метод взорвал весь мир, это просто был шок! Одна из открыток попала в газету и вызвала невероятный ажиотаж. Новинка очень увлекла и врачей, и широкую публику. Только за один год (вспомним, что это XIX век с довольно ограниченными возможностями обмена информацией) появились 1200 научных публикаций на тему рентгеновского излучения. Врачи активно обследовали пациентов при подозрении на возможную костную патологию или инородные тела.
Интересно, что еще до того известный ученый Никола Тесла (1853–1943) как-то пригласил Марка Твена (1835–1910) в лабораторию, чтобы сделать фотографию с необычным источником света (это была вакуумная трубка, почти как у Рентгена), но счел фотографию испорченной, потому что на снимке оказалось множество каких-то точек и дефектов. После публикации Рентгена он понял, что эти точки и дефекты были винтики объектива, ставшие заметными в тех самых икс-лучах. Свой прибор, позволяющий делать снимки в рентгеновских лучах, он называл тенеграфом (от слова «тень»). Эта фотография Марка Твена считается первым рентгеновским снимком в США. Однако Тесла никогда не оспаривал первенства Рентгена, а Рентген в свою очередь высказывал уважение к его достижениям.
Забавно, что в первую очередь икс-лучи нашли применение… у обувщиков. С помощью рентгеновского излучения они выясняли размер ноги. Сохранился даже немой рекламный ролик о правильном выборе обуви, где с помощью рентгеновских лучей показано, как нефизиологична тесная обувь с узкими носами.
Рентгеновскими трубками спешили обзавестись бродячие цирки, чтобы фотографировать на память скелеты посетителей. Но все же главным адресатом открытия, конечно, были врачи. Хотя и здесь не обходилось без курьезов. Однажды Рентгену написал письмо один пациент и попросил переслать ему почтой немного рентгеновских лучей, так как он тяжело болен и не может приехать сам на обследование. На что Рентген ответил, что, к сожалению, это сделать невозможно. И направил встречное предложение: может быть, вы лучше пришлете свою грудную клетку?