Сибирский некромант. Том 2

То, что мои ученики во всю поют песни, я уже успел услышать. Я был не против этого. Вот только…
Я подошёл к Пляскину ближе и принюхался. Пахло водкой. Не знаю, откуда ребята её достали, но, чую, нахлюпаться успели уже все. Впрочем, все ребята уже совершеннолетние, чего-то уж слишком вопиющего во всём этом нет. Тем более, сюда все едут, чтобы бухать. Но пару вопросов у меня было.
– Сколько у вас водки?
– Какой водки? – Заяц нервно засмеялся и почесал затылок. То, что его спалили, он конечно же понял.
– Максим, не надо пытаться отрицать. Просто скажи сколько.
– Одна бутылка…
– Одна бутылка была или ещё есть? – уточнил я. – Сколько бутылок было изначально?
– Две… По ноль-пять.
Как учитель алхимии я могу прикинуть дозировку. Литр водки на семерых учеников – это не так много. Если у них было бы больше, то алкоголь стоило бы конфисковать. Впрочем, когда у таких молодых людей кончается алкоголь, они начинают его активно искать… И вот это как раз надо точно предотвратить. Мне нужно держать порядок.
– Виталий Иванович, мы совсем не пьяные! Не наказывайте нас, пожалуйста!
– Ну насчёт наказаний мы ещё посмотрим, – неопределённо сказал я. – Ладно, пошли к костру.
Я сел на толстое бревно рядом с Занозой и Шаманом. Мой приход немного уменьшил уровень веселья царивший у ребят, но постепенно они забыли, что я рядом. Это произошло буквально за одну песню.
Гитара, костер, песни – такие вечера очень сильно запоминаются. Была в этом особая романтика. Правда песен через пять Пила поднял небольшой бунт. Кажется, Баранову не нравилось, что своей игрой Косарь полностью забирает внимание девчонок.
– Хватит уже песен! – воскликнул Пила и недовольно скривился, – Давайте лучше рассказывать страшные истории!
Баронов откуда-то добыл фонарик, которым он посветил снизу-вверх на своё лицо.
– О, страшные истории! – Кепка захлопала в ладоши. – Я только за!
– Это тогда к Виталию Ивановичу, – усмехнулась Ворона. – Он точно знает страшные истории.
Все так резко повернулись на меня, будто и забыли, что я здесь.
– Да-да! – Кепка захлопала в ладоши ещё активнее прежнего. – Виталий Иванович, расскажите что-нибудь!
– Хотите страшную историю? – мой голос стал более устрашающим. – Ну вы сами напросились. Я расскажу вам такое, что вы ночью не уснёте.
Ребята навострили ушки. Они сразу поверили, что я действительно могу рассказать по-настоящему страшную историю.
– Давным-давно по этим лесам бродил злой дух известный как Теневой Ходок, – начал я и обвел всех взглядом. Ученики слушали меня очень внимательно. – Этот дух мстил всем, кто осмелится потревожить его могилу. Однажды, группа таких же учеников спецшколы, как и вы, собралась у костра прямо в том месте, где был упокоен дух. Они развели огонь на каменном возвышение, под котором была скрыта гробница Тёмного Ходока. С этого момента жизнь каждого из семерых ребят переплелась со тьмой. Один за другим они попали под действие проклятья.
Я сделал паузу, чтобы нагнать жути. Парни делали вид, что им совсем не страшно, а вот девчонки сильно зажались, боясь даже шелохнуться. Мой голос был очень холодным, что помогало делать историю страшной.
– Тёмный ходок высасывал жизненные силы из ребят, превращая их в сухие мумии. Он делал это методично, следя за тем, чтобы ещё живые ученики спецшколы находили труп своего товарища.
– Виталий Иванович! – вдруг завопил Заяц. – Не убивайте нас! Мы больше не будем пить!
– Да помолчи ты! – Пила треснул Пляскина по плечу. – Дай дослушать.
Я по злодейски ухмыльнулся. Мне хотелось напугать своей историей всех ребят.
– А знаете что было перед тем, как Тёмный Ходок выбрал первую жертву? – спросил я в максимально ужасающем тоне.
Ребята смотрели на меня округлившимися от страха глазами. Ответа у них не было, но они очень хотели его знать.
– Когда Тёмный Ходок увидел, что его могилу оскверняют, он заставил шелестеть кусты.
Невдалеке от нас вдруг зашелестели кусты. Это было мне на руку, но совсем не по сценарию.
– … А затем из кустов показались руки зомби, – продолжил говорить я и сразу же замолк, по той причине, что…
 
Из ближайших к нам кустов показались руки зомби… а вот этого точно не было в моих планах.
 
Глава 5 – Пробуждение монстра
 
– А-а-а-а-а-а-а! Зомби! – пугливо закричали девчонки чуть ли не хором.
– Так, тихо, – сказал я и поднялся. Зомби тем временем застрял в кустах, зацепившись штаниной. – Сейчас я разберусь.
– Да это не зомби, – усмехнулся Косарь. – Это бухой Годзилыч.
В темноте было сложно рассмотреть лицо, но Макар не ошибся. Это был действительно Годзилыч. Он тянул вперёд руки, как делают зомби. Лицо было очень бледным.
Его убили и занекрили? Нет, точно нет. Я не чувствовал некроэнергии. Тут определенно что-то другое. Причём дело совсем не в алкоголе, хоть и Годзилыч действительно сегодня выпивал.
Я подошёл к кустам. Разбираться со всем точно нужно было не на глазах у учеников.
– Годзилыч похоже перебрал со спиртным, – сказал я для более простого объяснения происходящего. – Я отведу его в дом.
Охранник особо не сопротивлялся, когда я подхватил его за плечо и потащил к деревянному летнему домику. Он лишь что-то бухтел себе под нос, но слова было разобрать сложно, а смысла в них было мало. Будто его старая личность переплелась с другой.
– Поработить, сжечь, уничтожить, – неразборчиво шептал он. – Выйти на охоту против людей, лунную охоту… охоту крепкую, две бутылки, и чипсов.
Я вспомнил о том всплеске некроэнергии со стороны озера. Теперь что-то странное с Годзилычем. Скорее всё это звенья одной цепи.
Дверь в домике Годзилыча была не заперта. Я затащил его внутрь и посадил на стул. Здесь пахло водкой и пивом. Не удивлюсь, если Годзилыч смешивал два этих ингредиента для особо убойного зелья, известного, как ёрш.
Школьный охранник был всё менее и менее активным. Он перестал что-либо говорить, а его голова стала наклоняться вниз. Похоже, он скоро отрубится.
Я достал из кармана чёрный маркер, который всегда носил с собой, и написал слово «изгнание» на некромантском языке Азра. Вложил немного энергии в заклинание и… из Годзилыча сразу стала выходить тёмная аура вместе с запахом перегара.
Ого, здесь поработал мастер чёрного призыва? Он может вселять в людей злых духов и подчинять своей воле. Это очень опасная магия. Только вот алкоголь, который выпил Годзилыч, затуманил ему разум. Злой дух заплутал в пьяной голове охранника. Пожалуй, это редкий случай, когда алкоголь спас жизнь человеку. Обычно всё наоборот.
Я переложил Годзилыча на кровать. Над ней висела картина со странным мужиком, который держал в руках свою собственную голову. Жуть. У меня в домике висела такая же. Кому такие нужны?
Вышел наружу. На улице было свежо и прохладно. После берлоги Годзилыча, пропахшей спиртом, здесь было находится вдвойне приятно.
– Микипер, выходи сюда, – сказал я меха-скелету, который прятался где-то за деревьями.
Я его не видел, но чувствовал. Микипер был поставлен на дежурство, и я сказал ему не попадаться на глаза людям. В том числе и мне.
Микипер очень тихо для меха-скелета вышел ко мне. Он умел передвигаться практически без шума, в отличие от остальной моей армии.
– Ты видел что-то подозрительное? – сразу же спросил я у скелета.
– Мужчина, которого вы тащили в тот дом, подозрительный, – Микипер блеснул красным глазом. – Мне его убить?
– Нет, нет, – я отрицательно покачал головой. – Никого убивать не надо. Во всяком случае пока. Тут орудует мастер чёрного призыва. Для тебя, Микипер, он не особо опасен, на скелетов не действуют заклинания разума. Но вот мои ученики в зоне риска. Охраняй их.
Я уже хотел отпустить меха-убийцу, но вдруг кое о чём вспомнил.
– Микипер, а на чем ты приехал?
– На машине.
Ответ вроде и был вполне обычным, но что-то мне здесь не понравилось… Микипер точно не говорил о чём-то важном.