"Перевал Дятлова". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)
Я подтянулся выше, облокотился о стену, приложил указательный палец к губам, намекая на тишину, а потом поманил девушку к себе. Зиночка вроде бы удивилась. Однако потом осторожно, стараясь не разбудить ревнивого кавалера, поднялась на ноги и на цыпочках подошла ко мне. Я подвинулся в сторону, чтоб девчонка могла сесть.
— Слушай… Раз уж так сложилось, раз уж я с вами оказался в одной упряжке, расскажи про группу, — говорил очень тихо, практически одними губами.
Впрочем, даже если кто-то и проснётся, вопросов возникнуть не должно. Вполне понятное желание появилось у человека, то есть у меня, понять, с кем ему в горы идти. Главное, чтоб Дорошенко не вскочил. Этот точно всё обосрёт, заодно и народ разбудит своими воплями ревнивого мустанга.
— Ну… — Зиночка пожала плечами. — Да все ребята хорошие. Надёжные. Мы давно вместе.
— Кто бы сомневался, — я кивнул, мол, конечно, конечно… — А подробнее можно?
Вот, собственно говоря, Зина и ввела меня в курс дела. Благодаря ей я стал обладателем ценной информации.
— Игорь — он наш руководитель. Очень преданый делу. Строгий. Но опытный. Ему двадцать три, он студент пятого курса. У Игоря за плечами десять походов, три из которых высокой сложности. Ответственный. Между прочим, печку сам сделал. Отец ему помогал, конечно, но так, не сильно.
— Печку? — переспросил я, потому как ни черта не понял: что за печка? И при чём тут поход. Воображение быстро нарисовало мне Дятлова, который по уши в глине кладёт печь в деревенском доме.
— Конечно, — Зиночка стянула шапку, положила её на колени, а потом еле заметным движением поправила волосы. — Как без неё? Удобно, практично, тепло. Всегда с собой берем.
— А-а-а-а-а… Ясно. С собой… А то я уж подумал… Так… Дальше.
— Вон тот парень, который в дальнем углу, Саша Колеватов. На четвёртом курсе учится. Он у нас отвечает за снаряжение. Был уже в четырёх походах. Рядом с ним — Рустэм Слободин. Он из института выпустился. За спиной шесть походов, и три из них наивысшей сложности. Рустэм — правая рука Игоря. Обычно они вдвоём идут на разведку незнакомой местности. Если на пути переправа, Рустэм всегда вперёд рвётся. Представляешь, горная река бушует, а он идёт ровно, не колыхнётся. Хоть бы что ему. Так…
Зиночка чуть вытянула шею, выискивая взглядом очередного участника группы.
— Вот тот, тёмненький, — это Коля Тибо-Бриньоль. Смешная фамилия, правда? — тихонько фыркнула девчонка, и, не дожидаясь моего ответа, продолжила. — Он у нас за настроение и атмосферу отвечает. Идём, например, по сложной тропе, запинаемся, пыхтим. А он всегда найдёт слова поддержки, и уже не так тяжело. Кроме того, Тибо отвечает за глазомерную топосъёмку пройденного пути. У меня в голове не укладывается, если честно, как он на маршруте, который требует максимальной сосредоточенности, на ходу делает пометки в записной книжке. У него, между прочим, в итоге получаются целые карты… Так… Следующий — Кривонищенко. С Георгием ты уже знаком. Он выпускник, топограф. Семь завершённых походов. Возле окна пристроился Юра Юдин…
— Подожди… — перебил я Зиночку. — Он же вроде заболел…
Сказал, и тут же сам мысленно обозвал себя придурком. С точки зрения Зины мне эта информация должна быть неизвестна.
Юдин… Да, вот его я точно помню. Остался жив, потому что не пошёл из-за болезни. И во дворе ментовском Дятлов жаловался, мол, у одного температура поднялась. Какого чёрта он здесь?
— Откуда знаешь? — закономерно удивилась девчонка, но тут же сама нашла объяснение. — Ребята говорила, да? Ты знаешь… Юра непонятно себя ведёт. Уже второй раз у него что-то такое приключается. То нога болела. Теперь вот вчера температура поднялась. Он обычно собирает камни и минералы. Ему это нравится. Но в этот раз… Не могу понять, что не так.
Девчонка наморщила лобик, разглядывая Юдина, словно пыталась найти причину его болезни.
Я бы мог, конечно, рассказать Зиночке правду. Зассал их Юдин. Помнится, дядька всегда именно так и говорил, когда злился. Мол, испугался. Сложный маршрут. Очень сложный. Поэтому Юра и соскочил. Вот только зачем девчонке эта информация? Она, имею в виду информация, всё равно ничего не изменит. Я — изменю. А правда о Юдине — нет. Вот только понять не могу, почему он всё ещё здесь? Может, как с дядькой будет? Я ведь тоже думал, его не должно оказаться среди дятловцев. А выяснилось, что дядь Славу домой назад аж из Серова отправили. Так и Юдин этот. Свалит из группы перед тем, как уже в горы идти.
— Ну, наверное, есть причины… — туманно ответил я Зине.
Хотя себя поймал всё же на мысли, что Юдин немножко как бы гнида. Дядьку вон силой развернули в обратную сторону. Там — понятно. А этот…
— Так… Кто ещё… Люда…
— Ну, Люду, Дорошенко и тебя мне представлять не надо, — я улыбнулся девчонке.
Просто в первую очередь надо было понять полный состав группы. А личностные характеристики… Уверен, Зина их толком и не знает. По ней сразу видно, что она обо всех думает исключительно хорошо.
— Эй, сказочники, — буркнул один из туристов группы Блинова, он лежал к нам с Зиной ближе остальных. — Может, заткнётесь уже, а? Между прочим, тут люди спят. Скоро снова в дорогу.
— Да, да… — девчонка слегка смутилась. — Извини. И ты извини, Костя. Я пойду, подремлю.
Она виновато посмотрела на меня, а потом быстренько ретировалась на своё место.
Впрочем, самое главное я узнал. Большего в тот момент мне и не надо было.
Соответственно, утром я проснулся уже немного подготовленный. Хотя бы соображал, кто меня интересует. Бог его знает, в какой точке мы с Блиновым разойдёмся. Времени может оказаться ещё меньше, чем я думаю. Надо точно понимать, с кем, а главное с чем мне работать.
Пока студенты кучковались вместе с вещами, я взял свой рюкзак, мешок с палаткой и вышел на улицу. Подставил лицо холодному, морозному ветру, чтоб полностью скинуть остатки тревожного, короткого сна. Заодно уже по традиции принялся думать.
Итак… Сегодня у нас двадцать пятое января. Мы едем в Вижай. Группа Дятлова погибла в ночь с первого на второе февраля, если я ничего не путаю. Соответственно, у меня в запасе всего шесть дней. Да уж…
— Ребята! Ребята! Вон автобус! — закричал кто-то из блиновских.
Студенты загоношились, кучкуясь вокруг своих вещей. Господи… Какие же они громкие, суетливые… Я мысленно усмехнулся. Чёрт, а ведь рассуждаю, как старый дед… Вот что значит, шестьдесят пять реальных лет…
— Ну, что ж… Начнём… — я сделал шаг назад и тихонечко попятился бочком в сторону.
Автобус и правда подъехал. Автобус, млять… Ага… Колымага! Причём колымага небольшая. Я не знаю, как в неё поместятся двадцать пять человек, да ещё с полной экипировкой. Ну и плевать. Если я сейчас улучу нужный момент, мы всё равно никуда не поедем.
Дело в том, что после разговора с Зиной, я сделал очень полезное дело. Немного пошерстил дядькин рюкзак. Сам не знал, что ищу. Действовал чисто наугад. И правильно сделал. В одном из карманов нашёлся складной нож. Хороший такой, походный. Отсюда родилась идея.
Мы ждём автобус. А у автобуса есть колёса. И если эти колёса угробить, то… То никто не уедет из Ивделя сегодня. Думаю, в этом времени и в этом месте ни автосервисов, ни шиномонтажек нет. Не думаю. Уверен!
Мне главное, что? Главное, чтоб группа задержалась хотя бы на несколько дней. Лучше, конечно, чтоб вообще не пошла в горы, но это невозможно. Хрен я их уговорю. Значит, просто надо сбить им сроки. Вдруг группа дятловцев привязана к определённому числу?
В общем, я решил начать с малого. Поэтому ножик предусмотрительно спрятал в карман. Однако это было лишь начало плана. Теперь нужно отвлечь внимание двадцати пяти человек и водителя от транспорта. А что лучше всего цепляет людей? Правильно! Хорошая драка или хороший скандал. Желательно коллективный. Эх… Прости, Зина, но сейчас мне придётся использовать тебя во имя спасения твоих же товарищей.
Глава 11
О ночных разговорах и пользе бессоницы
Собственно говоря, я и правда не терял времени даром. Только прежде чем начать что-то делать, нужно было понять, что именно. Поэтому пока все спали, сидел и соображал, сочинял Великий План по спасению группы Дятлова.