Проклятье, с*ка! 5 (СИ)
— Боюсь тебя разочаровать, бог… — усмехнулся я в ответ, стараясь сбить с него спесь. — Но я знал это ещё тогда, когда тебя не существовало в ни в этом, ни в каком другом мире.
— Хм… Тогда ты должен понимать, если… Вернее, когда ты умрёшь здесь, ты умрёшь окончательно. Ни перерождение, ни бесконечный космос тебе не светят. Ты останешься здесь навсегда…
— Или ты. — пожал я плечами.
— Или я… — согласился он, сделал шаг вперёд и замер, словно наткнулся на невидимую стену. Его взгляд упал на мои руки, а брови нахмурились. — Что это?
Горошина. Маленькая, перламутровая, похожая на жемчуг. Вот только в отличие от жемчуга, горошина была совсем мягкой и абсолютно невесомой. Казалось, надави чуть сильнее, и она растает…
Я покатал её между подушечек пальцев, ощущая её лёгкость и теплоту, и посмотрел в сторону замершего Карима.
— Не знаю. — честно признался я, пожав плечами. — Майки дал, сказал использовать, когда… если будет совсем плохо. Наверное пора, как думаешь?
— Этого не может быть!
— Ты знаешь, что это?
— Догадываюсь… — кивнул мой собеседник, который несмотря на свой грозный и решительный вид, всё ещё предпочитал поговорить, а не действовать. — Это часть Силы, кусочек чужой души… — вздохнул Карим. — Её хозяин либо полный идиот, раз дал тебе это, либо…
— Либо?
— Либо он доверяет тебе так, как не доверяет себе. Опять же, это глупо… — Что именно тебя так удивило?
— Это даёт полную власть над человеком. Ты можешь сделать с ним сейчас что угодно — подчинить, убить, заставить…
— А ещё между частичками души есть нерушимый канал, как ты правильно заметил. — усмехнулся я, раздавил горошину и растёр её пальцами…
Белый дымок потянулся куда-то вверх, рассеиваясь в воздухе. Мы оба уставились в потолок, словно ожидая или прислушиваясь к чему-то. Мне на плечо легла тяжёлая рука и голос Майки произнёс над ухом:
— Я пришёл, братишка…
— Я рад… — кивнул я ему…
* * *
Карим злился, как не злился никогда! Эти двое… Они провели его, как пацана! Злость клокотала в его груди, он хотел мстить, хотел наказывать, он хотел убивать…
Карим усмехнулся, расставил руки в стороны и улыбнулся — пусть будет так. Сегодня эти двое точно умрут…
Тьма заклубилась густыми клочьями и ринулась вперёд, ударяя в грудь стоявшего впереди Макса. Парень пошатнулся, дрогнул, почти прогнулся и почти сдался… На его плечо снова легла ладонь друга, подпитывая силой и даря уверенность…
Глаза Климова распахнулись, полыхнули чёрным огнём, Макс улыбнулся в ответ, и поднялся из-за стола…
Этот бой сложно было описать словами…
Разум против разума…
Мощь против мощи…
Сила против Силы…
Каменный пол плавился под ногами, превращаясь в плазму… Ветер кружил вихрями и выл в ушах… Воздух, прорезаемый разрядами молний, накалился до предела…
Они стояли все трое друг напротив друга, а битва происходила где-то там… Далеко отсюда — совсем в других слоях реальности. Здесь были лишь её отголоски…
Бог этого мира пытался сломать, подчинить, стереть… А Майки с Максом пытались выжить и просто боролись как могли… Друг за друга…
Макс тихо и неторопливо взламывал защиту Карима, ощущая, как его тело перекручивает, корёжит и ломает, и как тут же его наполняет чужая, лечебная сила… Казалось, вот-вот, самую малость, и он не выдержит… Дрогнет… Его сметёт, как пушинку… Но он держался… Сцепив зубы, на одном упорстве и голой воле… Его кожа посерела а губы потрескались, под глазами пролегли тёмные круги, щёки впали… Словно он разом постарел на несколько десятков лет…
Где-то на краю сознания промелькнула мысль — откуда у Майки столько Силы, и как надолго его хватит, но Макс торопливо отмахнулся от неё и принялся встраивать проклятия в ауру самоназванного бога, пробив первый слой защиты и ринувшись дальше, разрушая преграды и подбираясь к чужому беззащитному источнику и к чужому разуму… Ещё чуть-чуть… Самую малость…
Доля секунды — и Карим сменил тактику, ощущая предательскую неуверенность.
Колоссальный, неисчислимый поток энергии ударил в грудь Майки, пробив тело парня насквозь, словно и не заметив защиты, и отбросил его к стене. Осталось дело за малым…
Слегка уставший, но уже ликующий бог, повернулся к своему последнему противнику, собираясь поставить финальную точку, но словно споткнулся, наткнувшись на непробиваемую стену его спокойствия.
Макс распахнул глаза, полные беспросветной, абсолютной тьмы, и в голове Карима будто что-то щёлкнуло… Будто кто-то чужой ворвался в его разум, запустил в него свои чёрные щупальца и начал хозяйничать там, словно у себя дома…
Всё, чего хотелось сейчас Кариму — это разодрать свою черепную коробку и вырвать, выгнать из своей головы чужака… Его ногти скребли лицо, виски и темечко до крови, оставляя кровавые борозды и вырывая клочья. Он громко рычал и выл, словно пойманный в капкан зверь, и кружил по комнате, не видя ничего перед собой… Он бился в безумной агонии…
Мгновение — и он упал на колени, замер, поднял к потолку окровавленное лицо и его череп взорвался, разметав по комнате ошмётки костей, крови и головного мозга…
— Вот и всё… — тихо произнёс Макс, глядя на изуродованный труп своего противника, валявшийся у его ног…
Только спустя долгие три секунды, он понял, что до сих пор на его плечах лежат чьи-то руки… И это точно был не Майки, притихший на полу у дальней стены.
Мягкие, женские ладони… Заботливые и нежные… Оберегающие… От них исходило тепло и уверенность, и просто море силы… Настоящей Силы! Так вот откуда её столько… Вот, как он смог противостоять целому Богу, высшему Одарённому из далёкого будущего…
Макс обернулся, и чувства захлестнули его с головой… Разочарование, боль, обида, страх… Ненадолго, всего на миг… Они тут же сменились на спокойствие и радость за друга… У Майки вышло… Он вытащил своих девчонок…
Макс вздохнул, кивнул девушкам и кинулся к Майки… Ощупал, похлопал того по щекам и осмотрел огромную, зияющую дыру в его груди… Божественные раны так легко не затягиваются, даже у людей с сумасшедшей регенерацией…
* * *
— Э, нет! Так просто ты от меня не отделаешься… — хмыкнул я, приложил руки к его груди и стал перекачивать в него силу, которой во мне было сейчас просто дохрена!
Долгую минуту Майки не подавал признаков жизни — его аура почти потухла и растаяла… Почти…
Сначала она робко засияла тускло белым светом, затем налилась и заиграла всеми спектрами цветов… Дыра в груди с огромным нежеланием затянулась, на костях наросли мышцы и проступила свежая, порозовевшая кожа.
Ресницы засранца дрогнули, он открыл свои голубые глаза и улыбнулся кончиками губ…
— Ты как?
— Жить буду. — усмехнулся Романов, тяжело вздохнув и тут же погрустнев, увидев у меня за спиной своих жён. — Прости, Макс… Я не успел. Только нашёл их, и ты выдернул меня сюда…
— Ничего. Разберёмся… Теперь точно разберёмся…
Я сел рядом с ним, устало прислонился спиной к стене и выдохнул… Мы справились… Мы всё-таки справились…
Оглядел хаос, который мы устроили, и потянулся к астральным нитям, распутывая клубок. Больше нам этот островок отчуждения не нужен… Да и без связи с внешним миром — словно в вакууме. Неприятное это чувство…
Даже Майки с облегчением вздохнул, едва спала экранирующая нас пелена. Вернулись звуки, шум дождя за окном, комнату наполнил свежий воздух, пропитанный озоном…
Мой боевой товарищ кивнул в сторону, где уже мерцала едва заметная астральная тропа, и коротко бросил девушкам:
— Уходите.
— Нет! — капризно помотала головой блондинка, нахмурив брови.
— Нет! — упрямо повторила за подругой брюнетка с чёрными длинными волосами…
Вот это богини… Настоящие… Строгие, гордые, упрямые, знающие себе цену и ничуть не показывающие этого. Красотки… Майки счастливчик, я рад за него… Это даже немного странно. Впервые я радуюсь так за кого-то другого… Словно за брата… Наверное, так оно и есть…