Хозяин арены чудовищ (СИ)

— Август Валерьянович, поймали! Браконьеров поймали!
— Ну и что? — безразлично спросил он и, нацепив на кончик носа очки, склонился над документами.
— Как же это «ну и что»? — опешил Федя. — К нам ведь везут.
Тут уж начальник вмиг оживился и переспросил:
— К нам везут? Ты уверен?
— Конечно! Телеграмму срочную принесли. Вот она, — он подбежал к столу начальника и протянул бумажную полоску.
Август Валерьянович быстро прочел, что там было написано, и кивнул.
— Как прибудут, позовите меня.
— Обязательно! Без вас никак. Вы же здесь самый умный, опытный, образованный и…
— Иди работай, — прервал он Федю и махнул рукой.
Того, как ветром сдуло.
Вот же лизоблюд!
Я посмотрел на кипу бумаг, которую предстояло зарегистрировать, и с раздражением выдохнул. Это не ускользнуло от внимательного начальника, который строго посмотрел на меня и постучал карандашом по столу.
После полудня, когда до конца рабочего времени оставалось чуть больше часа, в кабинет снова влетел Федя.
— Приехали! Внизу сидят. Документы на них оформляют. Куда вести?
— В комнату допросов, конечно же. Что за глупый вопрос? — раздраженно отозвался Август Валерьянович.
— Понял, — Федя кивнул и исчез за дверью.
Начальник встал, взял из ящика стола блокнот, две ручки и не спеша вышел из кабинета. Я посмотрел ему вслед и продолжил свою нудную, никому не нужную работу.
Митя до сих пор ко мне никого не отправил, значит, монстра еще не привезли. И чего тянет этот продавец? Надеюсь, я сделал правильный выбор, и монстр не умрет через пару-тройку дней.
Я встал из-за стола и подошел к окну. Неподалеку стоял фургон, в котором привезли браконьеров. Это были не те браконьеры, которые отстреливали птиц или ловили рыбу в неположенном месте и в неположенное время. Эти занимались незаконной добычей и распространением монстров.
Официально оформленные охотники, добывающие живых монстров из Аномалий, покупали у нас лицензии, регистрировали каждого пойманного монстра с подробным описанием и прикладыванием фотографии, ставили на него клеймо со своим идентификационным номером и сдавали таким же зарегистрированным перекупщикам. Таким образом, мы могли проследить судьбу каждого монстра, которого вытащили из Аномалии на Землю.
Браконьеры же ничего такого не делали. Они каким-то образом проникали в Аномалию, усыпляли монстра, вытаскивали его на Землю и продавали недобросовестным перекупщикам за значительно меньшие деньги. Из-за этого монстр мог оказать где угодно и натворить что угодно, и никто не понесет за это ответственности. Вчера я купил бойца, на которого сразу же поставили клеймо моего рода. Поэтому, если он вдруг сбежит и убьет кого-нибудь, меня объявят виновным и дадут наказание вплоть до смертной казни.
Наша Имперская служба, кроме всего прочего, занималась также поиском и арестом как браконьеров, так и перекупщиков. В прошлом месяце две команды перекупщиков попались на подставном покупателе, поэтому они уже на каторге, а вот браконьеры постоянно уходили. Но оперативники с помощью хитрой инсценировки поймали и их. Я бы хотел перейти на службу в отдел с оперативниками, но там вакансий пока не было, поэтому приходится работать бумажным червем и получать чуть ли не в два раза меньше, чем они.
Размяв затекшую шею, я хотел вернуться на место, но тут в кабинет в очередной раз забежал Федя.
— Державин, тебя Август Валерьянович зовет. Поторапливайся!
Со мной он не был так любезен, как с руководством. Оно и понятно, мы с ним были на одном уровне, поэтому передо мной не надо было подгибаться и что-то изображать из себя. На самом деле он был гнусным типом, с которым никто не хотел дружить и близко общаться. Такой может предать при первой же возможности.
— Зачем? — спокойным голосом спросил я, сел за стол и склонился над журналом.
— Какая тебе разница! — возмущенно воскликнул он. — Иди, бегом!
Я понимал, что такими вещами он бы не стал шутить или обманывать, но мне хотелось немного поиздеваться над ним, поэтому, широко зевнув, ответил:
 
— Лень. Пусть сам идет, если надо.
У Феди расширились глаза, он стал хватать ртом воздух и размахивать руками. Это выглядело довольно забавно.
— Да я… да щас тебя… — он весь раскраснелся, а затем выпалил, брызжа слюней. — А ну, марш в допросную, сволочь!
Я встал и подошел к нему.
— Смотри не лопни, — усмехнулся я, затем вмиг посерьезнел, взял его за лацкан пиджака и, крепко сжав, проговорил. — Если ты еще раз позволишь себе разговариваться со мной в таком тоне и такими словами, то я тебе ноги переломаю и с лестницы спущу. Ясно?
Ошарашенный Федя молчал, тараща на меня и без того немаленькие глаза.
— Ясно? — повторил я и с силой встряхнул, сурово сдвинув брови.
Федя сглотнул и кивнул.
— Вот и хорошо. Молодец, — я примирительно похлопал его по плечу и двинулся по длинному коридору к лестнице.
Кабинеты для допросов находились на первом этаже рядом с камерами для временного содержания. После всех следственных мероприятий наша служба передавала задержанных полиции, а там преступники уже ждали суда и уезжали либо в тюрьму, либо на рудники, либо ожидали смертной казни. Это уж как суд решит.
Я спустился на первый этаж и увидел наших оперативников. Они вполголоса о чем-то переговаривались.
— Здорова, братцы! Поздравляю вас с хорошим уловом!
— Здорова, Дима. Спасибо! Ох и набегались мы с ними, — признался оперативник Олег.
Мы с ним были одного возраста, но он в Имперской службе начал работать еще студентом, поэтому смог попасть в оперативники едва подвернулась такая возможность.
Я пожал всем по очереди руки и подошел к двери кабинета, за которым слышались приглушенные голоса. Приоткрыв дверь, увидел трех мужчин, прикованных кандалами к друг другу. Они сидели на деревянной скамье, а напротив них в удобном кресле расположился мой начальник Август Валерьянович.
— Вызывали, — спросил я и встал рядом с ним.
— Да, Дмитрий. Помнится, вы прошли обучение по ментальной магии. Я ничего не перепутал?
— Нет, не перепутали.
— Отлично! Господа, — кивнул он на задержанных, — отказываются отвечать на вопросы, а у меня нет ни времени, ни желания здесь задерживаться. Не могли бы вы заставить их говорить или просто вытащить нужную информацию?
— Мог бы, конечно, — кивнул я и повернулся к угрюмым мужчинам, которые поджав губы, не спускали с нас злых глаз. — Однако должен предупредить, что не буду избирательно искать вопросы на ответы, а выложу все, что увижу. Даже если это непосредственно к нам не относится. Возможно, они совершали другие противоправные действия или даже тяжкие преступления. Я все подробно изложу, а затем передадим полиции для дальнейших разборок.
Мои угрозы подействовали на них отрезвляюще. Оглянувшись на своих подельников, один из них быстро проговорил:
— Что надо? Я все скажу.
— Заткнись! Только попробуй рот раскрыть, я тебя собственными руками придушу, — пригрозил второй.
— Это ты заткнись! Из-за тебя мы здесь оказались. Я же говорил, что не может нам поступить такой жирный заказ и что это подстава. А ты заладил свое: «все нормально, все нормально», — скривив рот передразнил первый.
— Да, я тебя прямо здесь придушу, гадюка!
Началась потасовка. Правда, кандалы ограничивали их движения, поэтому сильных ударов не получалось. Август Валерьянович сформировал огненный шар и бросил его об стену прямо над головой браконьеров. Шар с громким хлопком взорвался и на мужчин посыпались обжигающие искры. Те мигом присмирели.
— Говорить будете или Дмитрий сам все вытащит? — спросил начальник и раскрыл свой блокнот.
— Будем, — буркнул второй.
Мы с Августом Валерьяновичем переглянулись, и я вышел из кабинета. Мы так делали часто, но иногда, действительно, приходилось рыться в чужой голове, но мне это не нравилось. У некоторых такая каша, что долго приходится из бесчисленного множества неясных образов доставать нужную информацию.