Ты уволен! (СИ)

Первому желающему такие «игрушки» не продадут ни за какие миллионы – нужны специальные разрешение и лицензия. Даже продавцы черного рынка запрашивали хотя бы последнюю.
И чтобы пользоваться силовыми щитами требовались невероятная сноровка и точность. Плазменные сгустки и лучи лазеров, попадая на периферию щита, не гасились, а проходили сквозь него беспрепятственно. Ошибся на сантиметр – получай выстрел.
Как Эльс вообще умудрялся определять – куда подставлять щит, я не понимала. Противники использовали новейшие технологии – пресловутое поле невидимости. Работали такие штуковины недолго, но в первые минуты боя практически полностью дезориентировали противника.
Обычно. Обычного противника. Среднестатистические солдаты, полицейские и прочие вояки на службе государства тщательно готовились к подобным фокусам. Но все равно чаще всего оказывались беспомощными как слепые котята. Только не вальтарх Эльс Хантро.
Вот теперь я оценила его.
Варвар не пропустил ни единого выстрела. И едва воздух вокруг него заколебался – действие генераторов невидимого поля заканчивалось – вытащил из ботинка самый простейший плазменный шокер и уложил сразу пятерых.
Убийцы «проявились» мгновенно, как фотоснимок на старой пленке, и я уже подумала, что нам повезло. Несколько допросов, парочка угроз… и мы хотя бы поймем – с кем имеем дело…
Но… Эльс исследовал горы мышц, закованные в гасящие выстрелы комбинезоны серого цвета и без опознавательных знаков – именно такие требовались для полного эффекта невидимости и отмахнулся с оттенком брезгливости. Три вальтарха и два менгена. Я вышла из каюты, потому что телохранитель не возражал, да и опасность вроде бы миновала.
Эльс посмотрел осуждающе и почти прорычал:
– Я не давал команды покинуть укрытие!
Схватил трех нападавших, закинул на плечи как мешки с картошкой и направился к выходу из звездолета. Тем же макаром вынес вальтарх и остальных. Вернулся, молча вошел в мою комнату, подтянул за руку, прислонил к стене и уперся ладонью над моей головой.
Двусмысленность позы меня не особо смущала. До какого-то момента я и не думала, что вообще-то вальтарх – мужчина и мужчина довольно-таки привлекательный.
Близость сильного тела варвара и недавние события, способные пощекотать нервы и более привычному к опасным расследованиям журналисту, взвинтили эмоции до предела.
Прежде я никогда подобного не испытывала. Даже близко, даже отчасти сравнимого.
Странно… Я прожила несколько человеческих жизней, и вроде бы достаточно повидала… Но все это выглядело жалким адреналиновым развлечением, вроде лифта-портала по сравнению с настоящим страхом погибнуть. Даже не думала, что это приведет в такой ужас, панику. Не представляла – каково это ходить по лезвию жизни, касаться мрачной бездны безвременной кончины и внезапно понимать, что еще могу выкарабкаться. Маятник эмоций почему-то не останавливался, а лишь сильнее раскачивался, хотя опасность уже миновала.
Меня бросало от дикого, животного ужаса перед неминуемым концом к невероятному, сравнимому лишь с полетом облегчению после того как вышла сухой из воды. Нервная система окончательно сошла с ума, желания рвали на части.
Я совершенно заплутала в собственных эмоциях по отношению к ситуации, расследованию и Эльсу Хантро, в первую очередь. Не могла определиться. Поблагодарить ли его, расплакаться, наорать или…
Хотелось коснуться упрямого подбородка телохранителя, провести рукой по гладко выбритой коже, подняться чуть выше, к жестко очерченном губам… Ощутить их вкус на своих, прочувствовать крепкие объятия…
Меня бросило в жар, омут странного притяжения между мной и вальтархом затягивал, почти лишал четкости мысли и самоконтроля. Новые чувства будоражили. Впервые я что-то испытывала к мужчине, которого едва знала, да что там – совсем не знала…
Кто он такой на самом-то деле? В какой семье родился и вырос на Ттории? Как стал телохранителем? Женат, помолвлен или один из тех, кто пользуется женщинами, подобно тому как ребенок срывает цветок за цветком и забывает о них через пять минут, азартно увлеченный новым занятием…
 
Эльс тоже не остался равнодушным к нашей близости и двусмысленной позе. Его грудь заходила мехами, благодаря близости наших лиц я видела, как расширились зрачки варвара. Эльс облизал чувственные губы, придвинулся почти вплотную и вдруг отступил, как уже делал прежде. Рывком, словно обжегся.
– Какого черта ты выскакиваешь, пока я не проверил – все ли в порядке? – возмутился вальтарх, правда, без прежнего запала.
– А ты мне никакой и не командир! Странно, что еще этого не понял! – бросила я в лицо варвара.
Телохранитель слегка подался вперед, мускулы вздулись, а расширенные зрачки засверкали.
С минуту вальтарх шумно дышал и молчал, ноздри его начали раздуваться, словно Эльс злился на собственную реакцию или продолжал гневаться на меня. Затем он скрестил руки на груди и заговорил тоном учителя, который отчитывает первоклашку:
– Послушай меня, Лина Лейси. Я охраняю тебя и пока наш путь не станет полностью безопасным, я решаю, когда прятаться и как это делать. Я назначаю время вылета и отлета с чужой планеты…
Он выдержал небольшую паузу, и я тотчас воспользовалась случаем:
– Нашей миссией командую я. Только я и никто больше. И не следует обращаться со мной как с глупым животным, которое не понимает, что обнюхивает человека со смертельным оружием в ладони. Лижет пальцы убийце перед роковым выстрелом.
– Браво! Ты и, правда, неплохой репортер. Сравнение хоть куда, – немного расслабился Эльс.
– Я не глупа и, если буду понимать, что происходит, нам станет гораздо легче сработаться, – выпалила я. Вальтарх усмехнулся, внезапно опять приблизился и чудилось – от его тела исходит жар, приятный такой, истинно-мужской. Только сейчас я вспомнила, что вообще-то, телохранитель полуголый, по крайней мере, до пояса. И уже вполне в обычном виде – без чешуи и шипов.
При этом все, что сохранилось от комбинезона космолетчика – брюки, которые висели на бедрах настолько провокационно низко, что я отметила дорожку черных волос от пупка вместо прежних чешуек. С пояса брюк свисали лоскуты ткани, оставшиеся от верха костюма. В таком виде Эльс еще больше смахивал на варвара. Смуглая кожа, крепкое тело – само по себе как доспех из мускулов – и эти тряпицы, похожие на куски набедренной повязки… Шрамы на лице и горящий фиалковый взгляд. Он смущал и завораживал одновременно.
С минуту Эльс медлил, изучал меня, будто силился проникнуть в мысли. Чуть дернул рукой, словно планировал какое-то действие, но не закончил – кисть опять повисла у бедра.
– Послушай, маленькая Лина Лейси. Я тренировался сотни лет. Я предугадываю даже движение противника, полностью скрытого полем невидимости. Уверен, ты не назовешь второго кто также умеет: всегда и без единой осечки. Так вот, я не могу за считанные часы передать тебе все навыки и умения. Придется слушаться. Засунуть свое эго подальше и молчать, когда я говорю, как действовать. Я не просто так сделал тебе замечание. Враги прислали наемников, которые работают «на линии доверия». Они не знают заказчиков, а заказчики не знают личности исполнителей. Как думаешь, что это означает?
А-а-а! Так вот почему Эльс не стал пытать побежденных убийц. Все равно ничего не скажут. Просто потому, что и сами не в курсе.
– Наверное, то, что у преследователей огромные связи и деньги, – предположила я.
– Хорошая догадка. Поэтому стоит вначале убедиться, что все преступники повержены и нас не ждет очередной сюрприз.
– То есть мне безропотно ждать, пока ты скажешь, что предпринять? – кажется я перешла на крик…
– Да! – рявкнул в лицо Эльс. Наклонился, помедлил, словно в очередной уже раз не мог определиться: ударить, схватить или поцеловать.
Я чувствовала, как обволакивает незнакомый жар, как хочется наброситься на телохранителя с совершенно нецеломудренными намерениями.
Впервые я испытала это ощущение: когда хочется кого-то убить и одновременно поцеловать. Страстно, безбашенно и с каким-то остервенением. Я находилась на острие эмоций, будто чувствовала оголенными нервами.