Ты уволен! (СИ)

Меч наголо – и поскакала, без единой мысли о проигрыше.
Я отстегнулась, встала и решительно направилась в отсек управления, бросив оставленные Эльсом таблетки на столике.
Разблокировать дверь труда не составило – она слушалась меня также, как и варвара. Но вот дальше ожидали сюрпризы.
Насколько я помнила из предыдущего опыта, располагался «мозг истребителя» примерно на носу, сразу после центрального пассажирского отсека, куда меня и поселили.
Найти искомое место труда не составило, а вот попасть туда – совсем наоборот. Люк отсека оказался заперт, датчик не посчитал мой ДНК достаточным для пропуска в помещение. Я попыталась предложить ему сетчатку глаза и даже каплю крови из пальца. Но упрямый прибор признал меня недостойной войти в святая святых, где орудовал варвар.
Корабль стремительно совершал витки. Меня мотало и швыряло из стороны в сторону, пришлось схватиться за поручни, что располагались на стенах коридора. Ну уж нет! Я не уйду в каюту! Этот корабль оплатила моя редакция, а Эльс – лишь обыкновенный наемник, и ничего-то он здесь не решает. Чтобы ни думала эта глыба самомнения.
Даже не знаю почему вальтарх настолько бесил меня.
Возможно, потому, что часто оказывался прав. Причем всякий раз, когда напоминал, что именно он тут – грамотный защитник, а я – всего лишь охраняемое тело. Небольшая, но очень несговорчивая тушка, которой требуется умелое сопровождение, чтобы обеспечить ей полную сохранность.
Я попробовала вновь приблизиться к датчику, чтобы тот считал мое аурное поле. Пришлось приложить немало усилий – корабль как раз заходил на новый виток, и меня тащило в противоположную сторону. Но все старания оказались тщетными. Вот же гад! В мою каюту он, значит, вваливается, когда только стрельнет в варварскую голову! А сюда меня не впускает! И ведь сам приглашал недавно! Или то была очередная издевка?
Корабль дернулся, меня впечатало в стену, а дверь… внезапно отъехала в сторону. Вот так неожиданно, будто сама собой. В проеме появилась фигура Эльса и выглядел вальтарх слишком довольным для того, кто спасается от погони. Тем более, что упорные преследователи явно не собирались захватывать нас живыми в любом случае…
Я уже ни секунды не сомневалась, что смерть слишком любопытной журналисточки – вполне себе приемлемый выход для тех, кто сейчас на нас охотился.
Эльс бесцеремонно втянул меня в отсек, в каюту мониторинга траектории и наведения плазменных пушек. Помещение рассекали виртуальные мониторы – от пола до потолка, расчерченные картами. Пометки вальтарха выглядели алыми ломаными. Движение преследователей помечались голубыми.
Шесть военных звездолетов, все верно. Причем, два сзади, два по сторонам и два аккуратно пристроились спереди. Они окружают нас! Вот проклятье!
Я испуганно посмотрела на Эльса, забыв даже высказать ему свое грандиозное «фу» по поводу закрытой двери и отсутствия допуска.
– Стучаться не пробовала, Лина Лейси? – со смешком уточнил варвар. – Есть такой древний земной ритуал, с намеком – мол, не откроете, долбанем посильнее – и дверь долой, и пол комнаты в хлам.
– Не сомневаюсь, что вы вкладываете в это действие именно такой глубинный смысл, – вырвалось у меня.
Черт возьми! За нами гнались, истребитель выполнял заложенные Эльсом кульбиты так, что меня трясло и подкидывало вверх, а все мысли крутились вокруг того, как получше вставить шпильку вальтарху. Что-то со мной определенно не так. Надо успокоиться и проанализировать. Лина Лейси, ты же всегда само благоразумие! Откуда у тебя эти странные эмоции? Да еще и настолько сильные, неожиданные и неконтролируемые!
Впрочем, будь я, действительно, благоразумной, никогда не согласилась бы на подобную миссию. Кажется, я совершенно лишилась разума еще когда приняла предложение Лельхианны. А остальные события: решение нанять Эльса Хантро и поездка с ним на Натолию – лишь последствие того досадного казуса.
– Они же берут нас в оцепление! – мой голос звучал почти жалобно, синие линии полетов вражеских истребителей сближались, нацеливаясь на нашу траекторию.
 
– Спокойно. Тут тебе не евклидова система координат! – заумно пошутил варвар. – Здесь даже пересекающиеся прямые временами параллельны.
Нас дернуло, и я сползла на пол, судорожно хватаясь за все, что ни попадя – то есть за Эльса, который высился рядом. Ну а за что же еще, скажите на милость? Ладони вцепились в штанину вальтарха. Я думала – он громко рассмеется, как минимум – язвительно прокомментирует. И всенепременно добавит, какая же я недалекая женщина, раз заявилась сюда, а не осталась в каюте. Возможно даже нарычит в своей незабываемой варварской манере. Но вместо этого Эльс быстро присел, подхватил меня на руки и устроил в уютное кресло – оно очень вовремя выехало из стены. Будто слушалась вальтарха как дрессированное.
– Пристегивай тебя пристегивай, а ты все стремишься сбежать… Хоть цепями к креслам приматывай… – деланно проворчал Эльс – по-моему ему жутко нравилось почти прижиматься, пока застегивал ремни безопасности крест накрест и еще раз также. Чудилось – тело варвара становится заметно горячее, а дыхание здорово сбивается. Но я не уверена в своих наблюдениях.
Слишком уж отличался вальтарх от тех мужчин, с которыми я прежде встречалась.
Боже! О чем я только думаю! Какие мужчины? Какие встречи? Мы сейчас угодим в капкан и плакала моя жалкая репортерская шкурка!
Получит Лельхианна мой прах в керамическом горшочке, расписанном под хохлому.
Синие линии почти слились с нашей красной – преследователи подступали вплотную, и я инстинктивно усиленно зажмурилась. Корабль как следует тряхнуло – нас либо таранили, либо пытались пробить плазменными пушками. Вполне возможно, и то и другое.
Все вокруг завертелось, запрыгало, вместе с моими внутренними органами.
Сердце немедленно собрало чемоданчик и торопливо уехало в пятки. Остальные мои несчастные внутренности, похоже, тоже очень туда собирались, но из-за бешеной пляски истребителя, никак не могли определиться – в какую сторону нужно двигаться, поэтому и заметались туда-сюда.
В висках ошалело забился пульс. Я изо всех сил сжала подлокотники и до боли стиснула челюсти.
Боже! Неужели это конец? Вся жизнь пробежала перед глазами… Ну может и не вся, я живу долго, и это отдельная загадочная история, но последние годы – уж точно промелькнули смазанными кадрами.
А вот мне даже очень любопытно. Журналисты, погибшие на задании, попадают в Ад или же в Рай? Конечно, после общения с Эльсом меня даже Тартаром не удивишь. Но все-таки? Мы считаемся невинными жертвами вредных ньюсмейкеров, которые сами же делают новости, вроде убийства наших политиков, и сами же не хотят светиться в газетах и на телевидении… Или числимся прожженными грешниками, которые погибли из-за жадности, неуемной жажды славы и признания?
Эх! Умирать так с музыкой… Играть на пианино сейчас затруднительно, и не только в виду отсутствия инструмента, но еще из-за ремней безопасности. Может завыть или зайтись криком? Будем считать это креативным репом, новым направлением в искусстве…
Даже не открывая веки, я чувствовала, как истребитель сделал несколько витков и затрясся будто в агонии. Я уже ожидала скорой кончины. Выругалась в сторону Эльса так, как позволила бы себе лишь перед самым ужасным. В ответ вальтарх только усмехнулся и заявил:
– Приму это за комплимент. Вроде – ты дьявольски хорош, чертовски красив и неописуемо ловок. Неописуемо цензурными словами.
Вот это да! Он совершенно не нервничал! Нас тряхнуло еще несколько раз, по кораблю пронеслась жалобная сирена – на борту образовалась пробоина.
Я сжалась до боли в мышцах и еще сильнее зажмурилась, подлокотники скрипнули под пальцами – настолько вспотели мои ладони. Эльс вел себя довольно тихо и не паниковал абсолютно. Нас продолжало здорово закручивать – так закручивают винтик в гайку.
Меня начало мутить, тьма перед глазами рябила и шла белыми пятнами – вестибулярный аппарат решительно отказывался работать в таких ужасных условиях. И я преотлично его понимала. Сама бы сошла, вот только некуда.