Порочный отчим (СИ)
— По тебе видно. Ну ничего, сейчас освежим нашу красавицу! — она метнулась к комоду и достала оттуда огромную косметичку. Быстро разложила свои инструменты возле зеркала. — Но сначала бегом в душ.
— А твои родители?
— Они сейчас на дачу свалили. Сезон огородов, сама понимаешь, — закатывает глаза. — Еще месяца два будут там ковыряться. Мне пришлось вернуться обратно в родительскую квартиру после расставания со своим уродом.
— Соболезную.
— Ну значит так надо, лучше найду рыцаря!
Поминаем Стасика коротким молчанием.
— Ну так что, на пати идём? — Маша переводит тему разговора.
— Я не знаю… А куда?
— О-о, это сюрприз! Место улёт! Бомба! Всё, ты пойдешь и это не обсуждается. Надо отметить твоё возвращение.
Маша хватает меня за руки и тащит в ванную. Сопротивляться нет никакого смысла. Что ж, прогуляюсь с ней часок-другой, ничего плохого не случится.
— Если что, можно у тебя переночевать? Тогда уже маме ничего не скажу сегодня, а завтра сделаю сюрприз. Мы ведь пить будем?
— Ах-ха! Смешная ты! Нет, блин, будем картины маслом рисовать! — заталкивает меня в небольшую комнатку и бросает в руки полотенце. — У тебя пятнадцать минут.
Дверь ванной хлопает, я залезаю под горячий душ.
На минуту закрываю глаза и довольно стону…
Это то, что сейчас нужно.
— Ой, Ритка! Я в шоке, — верещит Маша, откладывая в сторону косметичку. — Боже, какая ты красавица! Куколка! Конфетка сладка! С тебя бы картины рисовать!
Мой образ почти готов.
Я поворачиваюсь к зеркалу и забываю как нужно дышать…
Не узнаю своё отражение. Неужели я могу быть настолько милой?
— Ну перестань, — смущаюсь.
Я ожидала от Машкиной фантазии вульгарных «кавказский бровей», яркой красной помады и стрелок до ушей, как это сейчас модно для вечеринок, но оказалась приятно удивлена.
Маша подобрала для меня другие тона — выбрала романтический стиль, сделав мне неброский макияж, а волосы накрутила пышными локонами, отчего объем моих и без того длинных волос увеличился в два раза.
— Так, я дам тебе своё платье. Туфли есть?
— Есть.
— Отлично.
— Главное, чтобы ты дала мне твоё платье, а не платье твоей сестры.
— Ой, ну ты шутница! — смеясь, подруга распахивает дверцы шкафа. — Таак, посмотрим, что у нас тут есть. О! Отлично! Как раз твой стиль. И не шлюха, и не монашка. Средний вариант. Вульгарщина и правда тебе не идёт.
Подруга срывает с вешалки один из нарядов, игриво вертит его передо мной, хвастаясь.
— О, какая красота!
Словно зачарованная смотрю на представленную мне вещь. Это платье. С юбкой в виде «колокольчика». Материал — тёмно-синий шёлк, а фасон длиной чуть выше колен.
— Новое, смотри не испорть. Я его ещё ни разу не надевала.
— Оно прекрасно.
И правда, очень красивое. Я таких никогда не носила. Машка всё-таки знает толк в моде.
— Как от сердца отрываю, — лелеет она у груди наряд, поглаживая нежную ткань ладонью, почти роняет слезу. Потом мне протягивает. — Надевай. Уже опаздываем. Я пойду такси вызову.
Кивнув, я сбрасываю свою повседневную одежду и натягиваю на тело эту сияющую красоту.
Через десять минут мы оказываемся возле подъезда, наблюдая за тем как к нам медленно катится жёлтая машина с черными шашечками.
— В клуб «Aрена»,— командует Мария, хлопая дверью такси.
Включив шансон громче, водитель трогается с места, напевая себе под нос забавную песню про то, как там кто-то отмотал срок на зоне.
— Почему «Арена»? Название такое странное.
— Это сюрприз! Сама скоро поймешь почему.
— Заведение в древнегреческом стиле? — пытаюсь угадать я.
— О-о! Не совсем так! В общем я не скажу, ты должна это увидеть сама лично. Как увидишь — охренеешь!
Ой, что-то тревожно становится.
Примерно через полчаса мы добираемся до места назначения. Покинув машину, направляемся к большому двухэтажному зданию, горящему всеми оттенками радуги.
— На первом-втором этаже клуб. Всё, что выше — гостиница.
— Размеры домишки впечатляют! А нас точно пустят? — с волнением рассматриваю стометровую очередь, выстроившуюся в клуб.
— Да, конечно. Я заранее заказала пропуска.
— Там безопасно? — ёжусь.
Пока мы стоим в очереди, окруженные шумной толпой, Машка вытаскивает из сумочки сигарету и закуривает. Позади раздаётся вульгарный говор.
— Эй, крош! Отличная задница, почём сосешь?
Какой-то блондинистый придурок пытается залезть Маше под юбку. Мы отступаем назад. Становится страшновато. У крашеного блондина взгляд как у маньяка.
— Тебе не по карману, милый.
Кокетливо махнув рукой, Машка резко показывает извращуге средний палец.
— Вот сучка! Ты станешь моей! Поняла?! Как нажрешься, я раком нагну тебя в углу туалета. Я за тобой слежу, знай!
— Маш, ну что ты лезешь? Бежим отсюда! — Схватив непутёвую подругу за руку, я быстро тащу её к главному входу роскошного здания.
Нам удалось прошмыгнуть через страстно целующуюся парочку и войти внутрь клуба, столкнувшись с грозным охранником, с лицом бультерьера.
— Пропуск, — прорычал он, скалясь.
Маша вручила амбалу свой телефон. Взглянув на экран он кивнул и открыл перед нами дверь.
— Добро пожаловать! Вам повезло, сегодня на арену выйдет Медведь. Поторопитесь, бой начнётся через пять минут.
Глава 4
— Афигеть! Сам Медведь! Спасибо тебе, сладенький! Уже бежим!
Ничего не понимаю.
Машка подпрыгивает на каблуках и смачно целует бритоголового шкафа в покатый лоб. Схватив меня за руку, куда-то тянет.
Ох и доиграется она!
Не побоялась с мордоворотом позаигрывать.
Да уж, Маша заметно изменилась за четыре года.
Стала взрослой. Раскрепощенной. Наверно это так называется.
— Медведь? Бой? Что это значит?
— Шевели булками, словами невозможно объяснить, тебе надо это просто взять и увидеть!
С потоком толпы Маша тащит меня к лестнице, по которой мы спускаемся вниз, в подвал что ли? Пока я плохо ориентируюсь в новом месте, из-за большого скопления людей сложно разглядеть здешний интерьер.
Здесь жутко надымленно и шумно. Много народа. И у всех пугающая внешность. Здесь кучкуется рота байкеров и фриков. По ощущениям я попала на шабаш нечисти.
Чем глубже мы спускаемся в подземелье, тем страшнее становится. Но ещё более страшно слышать пошлые шуточки в свой адрес от встречающихся на пути пьянчуг.
Спустя некоторое время, мы оказываемся в шумной толпе. Крепко сжимая меня за запястье, Машка прорывается куда-то вглубь заполненного до отвала зала.
Я до сих пор ничего не понимаю.
— Ой, Маш, может ну это всё? Что-то мне уже перехотелось тусить. Ай! — очередной мордоворот наступил мне на ногу. — Осторожней, сэр-р-р!
Пугаюсь.
Тёмная фигура оборачивается, мне хочется закричать! Ведь его лицо… Это не лицо, а рожа ходячего трупа.
Если точнее — татуировка в виде черепа.
Ускоряюсь, в надежде миновать пугающего мужчину.
Подруга меня не слышит из-за сильного рока, орудующего в помещении.
Хлопок!
Свет начинает часто-часто мигать и толпа взрывается громким ором. Как по команде люди начинают прыгать, словив ритм психоделической музыки, едва ли не до самого потолка и, что-то вопить, размахивая руками и пивными бутылками.
Наконец я увидела кусочек сцены. Кажется, там началось выступление какой-то рук группы.
— Расступись! Продвинь свой жирный зад!
Боевая Маша рвётся напролом, расталкивая беснующуюся толпу локтями. Сколько же в ней смелости? С ума сойти.
Здесь так душно и накурено, что я начинаю задыхаться.
И кажется какой-то урод только что ущипнул меня за зад.
Оглянувшись, я никого не увидела. Всё внимание присутствующих было устремлено на сцену.
Каким-то чудом мы выбрались на более-менее свободную территорию и отсюда нам открылся хороший вид на сцену.