Творим историю (СИ)

Понятно, что нужна собственная эффективная агентурная разведка — чтобы быть в курсе действий противников и нейтралов. Вот только где её быстро взять? То, что удалось сформировать за полтора года — оказалось, мягко говоря, неэффективной тратой денег. Больших денег! Тогда как у тех же иштарианцев сеть осведомителей уже больше ста лет успешно работает. Те жрецы богини, что решились перейти на сторону секты, рассказали все, что знали, из-за чего удалось провернуть захват части домена. Как выяснилось позже, они и десяти процентов не знали.
Еще один гвоздь в гроб успешных боевых действий боевых жрецов — связь. Была огромная надежда декомпилировать структуру амулетов — но проклятые поклонники богини предусмотрели все. Только общую идею и удалось… нет, не узнать, а подтвердить. И до сих пор не удавалось создать действующий прототип. Меж тем в небе над Дартном уже не раз замечали высоко летящий самолет-разведчик хималийцев.
Кстати, с воздушной разведкой были успехи и у жрецов Игоря. Полетное заклинание оказалось сложной гадостью, нормально работая только на плоских объектах типа все того же летающего ковра. И то желательно, чтобы джинн контролировал движения по воздуху — другие разумные гораздо чаще терялись в полете, сбивались с курса, теряли высоту. А то и врезались. Ни о каких головокружительных маневрах уклонения речь пока не шла.
Но вот если тихонько подобраться куда-то, прыгая по горам — магия работала корректно. Именно так удалось издали пронаблюдать тренировку расчетов ПВО около перевала Высокогорной Хималии. И обнаружить, что техномаги уже успели создать снаряд, ультимативно пробивающий любые щиты при помощи «Семян скверны». Хотя оставалась возможность, что наблюдателя засекли и демонстративно показали прототип боеприпаса в действии.
Игорь не стал строить предположений, предпочтя действовать на опережение. В день, когда военные разведчики вернулись, успешно отбившись от циклопов по пути — архисектант приказал собрать нормальное посольство. И отправить вместо тех фигляров, что сейчас тянули время в Мэнре. С разумными, что могут стереть твою страну буквально в пыль — надо повежливее.Потому что, положа руку на сердце — он бы сам напал.
Что останавливало альянс? Может, холодная северная зима? Или, скорее, что разбитые бомбардировками города и села придется восстанавливать — ведь без жителей земля бесполезна? Гуманистические соображения главный сектант сразу отмел. В итоге пришел к выводу, что полису, карликовой стране и подземникам не так-то уж просто «переварить» Сатрапии. А установить контроль и начать получать прибыли очень надо — иначе зачем захватывали? Потому и предлагают границы нарисовать и сидеть смирно. Ну-ну.
То, что заключенные договоренности по границам как-то обезопасят его секту, Игорь не верил. Да, могут пройти десятилетия, пока пройдет полноценная интеграция Сатрапий, но однажды она закончится. И тогда взгляды как минимум хималийцев обратяться на верхнее течение Пути. Хотя, может быть и на нижнее: защита магов Электры — та еще химера. Но вроде как между Академией и Хималией уже налажено сотрудничество? А вот с владениями секты — не налажено.
Наладить сотрудничество на опережение? Это еще отложит разборки за территорию. Самое, конечно, безопасное — всегда иметь в глазах противника статус неудобного врага. Чтобы потенциальная победа не стоила затраченных средств и усилий. Для этого придется ввязаться в гонку вооружений в той или иной форме. И ведь похоже, выхода нет…
Все эти мысли Игорь прокручивал в голове, покачиваясь сидя на стуле. С опорой на две ножки — две в воздухе. И с этакой снисходительной улыбочкой на лице. Со стороны и не понять, о чем задумался. На вежливый стук в дверь он только повернул голову.
— Я ведь не помешал? — просочившись в приоткрытую створку, спросил его мужчина в плаще и капюшоне. Впрочем, капюшон он почти сразу скинул.
Однако архижрец успел заметить неестественно-неподвижную позу секретаря, и вообще сделать нужные выводы. Стул качнулся, становясь на все опоры, а сам главный сектант, не меняясь в лице, оказался на ногах. Такой расслабленно-спокойный — и не поверишь, что готов к в любой момент готов бить на поражение. Однако гость понял.
 
— Ваш человек жив, всего лишь спит в такой позе, — медленно поднимая руки, проговорил вторженец. — К тому же, мы ведь еще не представлены. Достаточное основание, чтобы тут сходу все не разносить?
— Пожалуй, — помедлив, кивнул Игорь. — И кто ты такой?
— О, — улыбнулся визави. — Позвольте представится: Колибри! Не знаю, говорит вам мое имя что-то или нет. Но, полагаю, демонстрация моих талантов уже достаточно за меня сказала.
— Скрытник. Вор. Убийца, — перечислил жрец.
— И попаданец, — улыбнулся незванный гость. — Как и вы!
— И зачем ты здесь? — склонил голову к плечу хозяин кабинета.
— О, сущая ерунда, — совсем уж растянул улыбку вторженец. — У меня и у вас общие враги. И я знаю, как и где вы сможете прихлопнуть их одним махом!
  
Глава 10
 
Без правок
 
Вот и подошел срок рожать Звездочке и Марго. Последнюю мне пришлось практически насильно отправить в отпуск когда срок уже подходил — иначе бы она так и родила в своем кабинете. Данте с момента, как стало известно о беременности бывшей абордажницы, настоял на периодических осмотрах. Но на них не остановился, постепенно вводя дополнительные медицинские нагрузки. Сначала диету, потом прием отваров трав, а после еще и специфическую физкультуру. А что поделать? Моя любовница до того, как относительно остепенилась — жила очень бурно. Да еще и не слишком-то ограничивала себя в алкоголе. И вот теперь все это играло против неё. Ох, надеюсь, что ребенок родится здоровым.
Зато минотавра радовала меня абсолютным крепчайшим здоровьем. Она не пропускала тренировки с любимой алебардой, правильно и хорошо питалась — разве что наш добрый доктор от кузни её отвадил. Впрочем, моя рогатая копытная жена сама правильно смекнула, чем заменить выпавшее хобби и стала больше сидеть с детьми, перенимая ухватки у нянечек-ламий. Тем более, Синдзи и Лорочка уже полностью взяли под контроль свою ядовитость. Кстати, о детях.
У оборотней не принято давать имена сразу. Мамы внимательно следят за потомством, и когда то немного подрастает — подмечают какие-то особенности поведения у мелких, их характеризующие. Оттого и имена у них отвечают на вопрос «Какая? Какой?»
— Примерно в шесть месяцев маленькие вервольфы начинают активно ползать. И вот тогда имена сами собой прилипнут, уж будь уверен, — хихикнув, уверила меня счастливая супруга.
Теперь куча мехов грела не только её, но и троих наших малышей. Мелкие, как и положено недавно родившимся, значительно больше спали, чем ели. А еще ходили в туалет — но Танцующая каким-то неведомым образом всегда знала о надвигающимся действу и вовремя предпринимала меры. И пеленки не нужны!
Как и предсказывал доктор-лучник, первой родила Звездочка. Крепенького мальчика аж пять кило весом. Когда Данте положил басовито ревущего первенца ей на грудь, та провела руками по сыну, ощупав с мокрой головы до ножек. На которых не было копыт.
— Пяточки, — растерянно поведала мне супруга результат своих изысканий. — Мягонькие, голенькие…
— Будет твой Ахиллес сапоги носить, чтоб закрыть уязвимое место, — на отходняке от принятых родов, и уже думая о второй роженице, ляпнул Данте.
— Хорошее имя, сильно звучит, — решила Звездочка. И чуть приподняв сына, сказала уже малышу. — Тебя теперь зовут Ахиллес.
Новорожденный вдруг перестал плакать, а положенный назад тут же схватился губами за сосок и громко зачмокал.
…Ну и ладно.
— Теперь ты крестный отец моему сыну, мужик, — ткнул в плечо врачу кулаком я.
— Ты просишь вылечить тебя, но ты просишь без уважения! — хохотнул Дан, вот только как-то пришибленно. И поспешил к Марго.