Дорога в Канзас
— Такого не случится, сэр! — выпалила я, подхватывая рюкзак и едва справляясь с желанием чмокнуть завуча в щеку от переизбытка чувств. Когда я выскочила из кабинета, он так и смотрел мне вслед, не понимая, что произошло.
Мне так не терпелось начать поиски, что весь день пролетел как во сне. Я вновь пообедала с Дастином и Мэдисон. Сдержав слово, Дастин так сильно опоздал на первый урок, что его тоже отправили «исправляться» после уроков.
— А ты не боишься, как и мы, оказаться в списке на отчисление? — спросила я его.
— Ты шутишь? Я же был звездой футбольной команды! — ответил Дастин. Мэдисон презрительно фыркнула и пробормотала что-то похожее на «гребаные двойные стандарты».
Я едва не подпрыгивала от нетерпения на жесткой, неудобной скамейке столовой. Дастин-младший был в игривом настроении, он размахивал ручками и пускал слюни на свой махровый комбинезончик. Я смотрела на Мэдисон, такую заботливую мамочку, и удивлялась, как сильно она изменилась, хоть и оставалась все такой же грубой. Иногда казалось, Мэдисон не уверена, как нужно поступать с ребенком, порой она как будто боялась уронить его или сделать что-то не так.
Дастин тоже явно не представлял, как обращаться с младенцем. Но и он, и Мэдисон с такой безграничной любовью смотрели на малыша! Было странно видеть человека, который много лет делал твою жизнь невыносимой, столь заботливым и ранимым. Мэдисон была хороша во всем, хотя никогда для этого не старалась. Но и ей оказался не по зубам маленький, кричащий, пускающий слюни и такой беззащитный сверток в четыре с половиной килограмма. Их малыш.
Интересно, моя мама тоже была такой, когда я только родилась? Они с папой смотрели на меня с этим же выражением глуповатой и беспомощной любви? Вот бы кто-нибудь снова так же сильно полюбил меня. «Нокс», — подсказал внутренний голос, но я запихнула эту мысль подальше. Нокс свой выбор уже сделал, и я его не виню. Я и без того знала, что Страна Оз в его сердце всегда будет занимать главное место. Может, мне и не суждено найти свой настоящий дом, по крайней мере, я помогу Ноксу спасти Страну Оз.
— О чем думаешь, Эми? — Мэдисон, вновь посадившая Дастина-младшего в слинг, изучала меня взглядом. — Витаешь в облаках. Правда, кажется, в грозовых, до ужаса печальных.
— Ни о чем я не думаю, — ответила я резко, но Мэдисон пропустила это мимо ушей.
— Да, — вздохнула она. — Понимаю.
Сначала мне хотелось сорваться на нее. Да что она может знать о настоящей печали? А потом я сообразила, во что, должно быть, превратилась ее жизнь: друзья отвернулись от королевы школы, как только она родила… Возможно, Мэдисон знает о страданиях куда больше, чем мне казалось.
Отбывать наказание после уроков собиралась самая яркая коллекция школьных неудачников (среди них была и я — даже если бы не напросилась). Парочка укурков, от которых травкой несло за версту, парень, с которым в прошлом году мы учились в одном классе, — он постоянно устраивал драки, и девчонка с пергидрольной облезлой химией в застиранных джинсах из девяностых. Когда я с энтузиазмом схватила выданный пылесос и тряпку, девчонка закатила глаза — наверное, подумала, что я идиотка.
Мистер Стоун, учитель труда, раздал всем инвентарь и стал перечислять наши обязанности. Он бормотал что-то невнятное, как будто на другом языке. А потом дверь распахнулась, и в кабинете появился Дастин.
— Привет, Эми, — воскликнул он. — Нам надо…
— Никакой болтовни! — Мистер Стоун оживился, слегка повысив голос.
Дастин извинился и принял из рук учителя бутыль с очистителем для стекол.
— Помоги Гамм с кабинетом естествознания, — добавил мистер Стоун.
— Вообще-то, сэр, я думал, мы можем заняться библиотекой, — невинно предложил Дастин. — Я уже много раз делал там уборку и стал настоящим спецом по стиранию пыли!
Мистер Стоун с подозрением уставился на Дастина, будто тот замышлял неладное. Замышлял, конечно, но смотрел так глуповато и невинно. Я отвела взгляд, чтобы не засмеяться.
— Отлично, — проворчал мистер Стоун. — Но я буду следить за вами. Если увижу шуры-муры…
Он резко замолчал и побагровел до кончиков ушей. Кто-то из укуренных болванов заржал и ляпнул название венерической болезни, маскируя его под чих.
— Хватит! — рявкнул учитель. — За это, Карсон, ты чистишь туалеты!
Мистер Стоун сунул Дастину связку ключей, а я улыбнулась про себя и кинулась в сторону библиотеки.
Я никогда здесь не бывала. Да и остальные ученики тоже, насколько я могу судить. Дастин отпер дверь. Библиотека напоминала слегка украшенную подсобку: крошечная комнатка без окон, полная ржавых металлических полок, заставленных разваливающимися старыми книгами. Пожалуй, они не были новыми уже тогда, когда в школе училась мама. И пыль с них не стирали со времен последнего наказания Дастина.
На столике у двери устроили маленькую унылую выставку книг на тему весны, а на дворе давно стоял октябрь. Библиотекарь отсутствовал как таковой: если нужно было взять какую-нибудь книгу, все просто просили ключи у учителя. Воровство книг — не самое тяжкое преступление в нашей степной глубинке. Если такое когда-нибудь случится, учителя, наверное, будут в восторге, что кто-то здесь вообще умеет читать.
«Архивом» оказался запертый чулан в дальнем конце библиотеки. Дастин проверил все ключи из связки мистера Стоуна, но подходящего так и не нашел.
— Черт! — выругался он.
Я посмотрела на ветхую деревянную дверь, а потом перевела взгляд на Дастина. Тот ухмыльнулся:
— Ты серьезно?
— Ну же, — подбодрила я. — Я делала за тебя домашку целый год. Ты мой должник.
— Ну да, ты права.
Одной ногой Дастин уперся в дверной косяк, рукой же схватился за ручку и с силой потянул. Я посмотрела на его сильные плечи и с сожалением вспомнила, что когда-то действительно балдела от этого парня. Может, Дастин и дурачок, зато красивый.
Дверь жалобно скрипнула и от очередного рывка с хрустом вылетела из рамы.
— Вау, — воскликнула я. — Я и не думала, что это сработает. А ты силен.
Щеки Дастина заалели от смущения.
— Да она ж просто… ну… почти картонная, — пробормотал он.
— Нам крупно за это влетит, — заметила я, разглядывая вывернутый замок.
— Не-е. Сюда никто не заходит. Преподы в жизни об этом не узнают.
Я нетерпеливо заглянула в чулан через плечо Дастина. Там была шаткая башня из пыльных коробок, куча выцветшей ткани и старая ржавая тяпка. Вот и весь исторический архив городка Флэт-Хилл.
— Полагаю, город наш всегда был той еще помойкой, — выдавила я.
Дастин взял верхнюю коробку, крякнув от неожиданной тяжести. Я открыла ее, там оказалась стопка старых ежегодных альбомов. Верхний — за 1967 год.
— Чудненько, — пробормотал Дастин, пролистывая его. — Только глянь, какие волосы у этого чувака! — он указал на блаженного вида хиппи с густыми волосами, волнами разметавшимися по плечам. Такому только в рекламе шампуня сниматься.
— Как-то несправедливо. Зачем они ему? — отозвалась я, отталкивая коробку в сторону и хватаясь за следующую, пока Дастин листал альбом.
Еще альбомы, коробка с газетами, ни одна из которых даже близка не была к году написания статьи Баума, книга в кожаном переплете с вытравленным на обложке названием «Сказки прерий». Ни-че-го. Я сникла. Пыльная ткань оказалась кучей старомодных фартуков и дырявой синей растяжкой с пришитой к ней ярко-красной надписью: «ПОЗДРАВЛЯЕМ ВЫПУСК 1934».
— Вот, наверное, и все, — разочарованно сказал Дастин.
— Смотри, у стены есть еще одна коробка, — заметила я.
— Я ее не вижу.
Я потянулась к ней и с криком отдернула руки. Она меня ужалила. Я засунула палец в рот, сразу ощутив привкус крови.
— Там что-то острое… — пробормотала я.
— Не представляю даже, что ты пытаешься достать.
Я вновь протянула руки к коробке, на этот раз гораздо осторожней, и вскоре почувствовала… Вокруг нее было нечто, напоминающее ауру. Вибрация магии, ее не спутаешь ни с чем. Меня охватило волнение. Так и есть! Эту коробку кто-то прячет. Тот, кто умудрился держать в секрете правду о Дороти почти сотню лет. И он точно не из нашего мира.