Колхайн (СИ)
— Если еще раз будет попытка выхода на связь, установить кто, где, когда.
— Больше контактов не будет. Последний длился слишком долго для нее, ее звезда потускнела.
— Значит, она передала все, что хотела. Ищите. Времени почти не осталось.
Глава 7
Безграничье, Безжизненная Пустошь, космическая научно-исследовательская станция, сектор Колхайн, город Гарада́б.
Проснулся в прекрасном настроении, все еще находясь во сне. Вспомнил его до мельчайших подробностей. Внутри меня стояло стойкое убеждение, что увиденное там — правда. А еще… еще у меня появилось сильнейшее желание покинуть наш шар и уйти в не имеющий границ мир. Я хотел потянуться, но что-то придавило мою правую руку. Повернул голову и открыл глаза, ожидая увидеть вчерашнюю малышку, которая зализывала мне раны на спине. И очень удивился, когда мой взгляд уперся в человеческую голову. Судя по волосам и одежде, это все та же девчонка, которая вчера весь день надоедала мне. Хотя я пошевелился, но она продолжала спать. И только когда начал высвобождать руку, проснулась.
— Привет, — улыбнулась. — Ты как?
Она села и начала пристально осматривать мой левый бок. Ай и точно! Там же у меня рана от выстрела. Удивительно, но от нее не осталось и следа. Я потрогал рукой — никакой боли, даже дискомфорт отсутствовал. Пошевелил плечами, покрутился — спина тоже не болела. На память пришло последнее, что помню, это как я убиваю мужчину, который наблюдал за нами. А сейчас нахожусь в месте, где обитала моя стая.
— Как я тут очутился? — пробормотал, ища взглядом, у кого бы спросить.
— Тебя ирсиб принес в пасти, — ответила девушка. — Я не вру, — увидев мое недоверие, продолжила она.
— А ты как здесь очутилась? Я же сказал, чтобы ты оставалась там.
— Я подумала, что тебе помощь понадобится, вот и побежала следом. И хорошо, что сделала это, иначе ты бы умер.
Я хмыкнул и недоверчиво посмотрел на девушку.
— Ты потерял очень много крови, диагност показывал, что не выживешь, вот я перелила тебе свою кровь. У нас особенность такая, что наша кровь подходит любым людям.
Потом она рассказала, как искала меня, используя какую-то свою способность. Восхитилась моим боем с ирсибом за главенство в стае, выспрашивая причину, а узнав, хитро улыбнулась. Естественно я ей рассказал. Потом для убедительности стала показывать что-то на небольшом приборе, но я ничего не понял. После ее рассказа расспросил хищников, которые подтвердили ее слова. То, что она отдала свою кровь для меня, наверное, что-то да значит, но я не знал что. У ирсибов ничего подобного не существовало, не могли они давать ее друг другу. Вот и понимание у меня отсутствовало.
Но внутри меня сидело чувство, что это очень серьезный шаг, говорящий об отношении этого человека к тебе. Я решил, что в целом, этой девушке можно доверять.
— Знаешь, а на тебе все заживает, даже не знаю как на ком, — услышал удивленный ее голос. — Вчера я думала, что у тебя шрамы останутся на всю жизнь, а сегодня не осталось даже следа.
В это время к нам подошли два самых крупных самца. Они хотели знать, что им делать, куда идти, где и на кого охотиться. Я ответил, чтобы они собрали всю стаю.
Первой ко мне прибежала малышка, что зализала мне раны, иначе бы помощь Мивейны не понадобилась бы. Я погладил ее, отчего она прикрыла глаза и заурчала. Когда же вокруг нас собралось почти три десятка хищников, я прорычал:
— Уходите отсюда как можно скорее. Люди собираются вас убить. Найдите место вдали от городов и никогда больше не смейте нападать на людей. Только если они начнут первыми. Мой друг Грарх говорил, что у вас было отличное место. Возвращайтесь туда. Я возвращаюсь в город, но буду приходить к вам. Вы двое, — я посмотрел на тех двух ирсибов, — будете главными. Не вожаками — вожак я.
Я развернулся и двинулся обратно в город. По пути разговорился со своей спутницей, которой оказалось всего пятнадцать с половиной лет, хотя вначале отвеила, что почти шестнадцать. Спросила, сколько мне, и была очень удивлена, узнав, что я этого не знаю. Попросил ее никому не говорить о моих взаимоотношениях с этими хищниками. И еще о том, что я умею превращать руки в лапы. Этот последний момент ее очень заинтересовал, и девушка попросила меня показать ей, что я и сделал. Что интересно, рука преобразовалась, как в первый раз, то есть кисть и немного выше. Захотел сделать, как во время схватки, но выше преобразование шло очень тяжело, словно не хватало мне чего-то. Может быть, ярости боя или еще чего-то.
— Знаешь, одежда, что на мне, это не ткань — это кожа хи́га, которую хранила наша семья еще с тех древних времен, когда мы жили в другом месте. Она очень прочная, что пробить ее обычным оружием невозможно. От лучевиков и магии она защищает вообще великолепно. Некоторыми мечами можно повредить, крупнокалиберные пули тоже пробьют, но вот так, чтобы когтями я не слышала. Это главная причина, из-за которой Лайна сорвалась. Скажи, а ты какой магией владеешь? — внезапно она перевела тему разговора.
— Никакой, я вообще не понимаю ее, не знаю, что это такое.
Она минуту молча шла рядом, а потом начала объяснять, что такое магия и основные ее признаки. Сказала, что у меня вчера во время боя глаза горели зеленым огнем, что является признаком использования магии. Но какой именно — непонятно, поскольку ни разу ни с чем таким не сталкивалась. Правда, сразу добавила, что серьезно ее не изучала, так как там, где они жили, началась клановая война. Теперь ей надо учиться в магической школе.
Рассказала также о представителях ее народа. Отличались они тем, что имели некоторые врожденные способности. Точнее, обладали силой, которую могли направить на них. Сама она обладала ударом силы, тяжелым взглядом и скрытом. Лайна могла сильно ускоряться, а Вейна при желании могла стать полностью невидимой, задействовав способности отвода глаз и скрыта. Последняя ее способность была намного лучше, чем у самой Мивейны. К тому же женщина могла укрыть от чужого взгляда еще двух человек, благодаря чему им и удалось остаться в живых. И это не магия, хотя внешне очень похожа на нее. Последнее она могла и не говорить, так как для меня что магия, что не магия — все равно ничего не понятно. Кстати, я очень удивился, что двум другим вампам уже по пятьдесят лет, хотя выглядят немногим старше нее. Девушка, рассмеявшись, ответила, что это еще одна особенность ее народа — живут они по триста лет и до конца жизни остаются молодыми. Зато стареют и умирают в течение одного года.
— Зверь, — внезапно она назвала меня по имени совершенно другим тоном.
До этого мы разговаривали, как в свое время я болтал в доме главы клана Энаккар с Ли. Теперь же мне показалось, что девушка хочет сообщить мне что-то очень важное.
— Я хочу тебе сообщить, что являюсь главой клана и сохранила его знак. Денег у меня нет, чтобы начать восстанавливать его влияние, поэтому и прицепилась к тебе, — девушка улыбнулась. — Предлагаю совместно начать действовать: с меня клан, с тебя деньги. А мы станем его равноправными главами.
Вот уж, действительно, словно по голове ударила. От Ли я уже знал, что клан это «очень круто», как она сама высказалась. Создать его невозможно, но возможностей, если все же как-то суметь это сделать, открывается очень много. Но тут меня посетила мысль, что Грарх говорил, чтобы я сам создал сначала прайд, а потом стаю. Последняя у ирсибов — это ни что иное как человеческий клан. Получается, что это не я его создам, а как бы присоединяюсь к нему. Правильно это или нет? Вот над этим вопросом я размышлял.
— Я понимаю, о чем ты задумался, — кивнула Мивейна, — и ты прав — в этом секторе я не зарегистрирована. Точнее, мой клан. Будут большие ограничения в некоторых моментах, но мы сумеем влиться в местное аристократическое общество. Если бог не помешает, — тихо добавила она. — К тому же у меня есть нечто, при помощи которого мы сможем начать зарабатывать деньги. Я думаю, что твоей суммы вознаграждения должно хватить. Иначе за мелочью несколько групп бы не гонялись, тем более что я уверена, что одна из них работала на клан Энаккар.