Пятеро из Рубежного Легиона. Том 2 (СИ)

Идеалус подошла к высокому деревянному шкафу и распахнула скрипучие створки. Внутри, на полках, покрытых толстым слоем пыли, лежали два предмета. Один из них состоял из поясного кольца-ремня и перпендикулярно присоединенной к нему дугообразной полосы из какого-то прочного материала. Явно предполагалось, что устройство закрывается на замок, о чем свидетельствовали запорные петли на участке соединения составных частей. Правда, сам замок отсутствовал.
На вопрос о нем, управляющая ответила, что и не помнит, был ли он когда-нибудь здесь. На ее памяти это устройство никогда не запиралось. Но по настойчивой просьбе поисковиков все-таки брезгливо покопалась в пыльных глубинах шкафа и извлекла из его недр небольшой проржавевший замок с торчащим из него погнутым ключом.
— Кому-то очень не терпелось! — хохотнул Безымянный. — Я, кстати, знаю, что это и как его «заправить». — И резво схватив устройство, протянул его ведьме: — Примерь, Дангомила!
— Я?! С чего бы мне напяливать на себя эту штуку? — недоуменно возмутилась Бледная фея.
— Чтобы тебя никто не пялил без всеобщего согласия Дангбрянгора! — загоготал связист над удачной, как ему показалось, шуткой. — Ты же хранишь верность своему волшебному городишке? А это и есть Пояс Верности!
Ведьма скорчила презрительную физиономию, но промолчала.
Тем временем Брянгомир стянул с полки второй предмет и, повернувшись к свету, льющемуся из открытых дверей, с любопытством его рассматривал.
— А этот обычный серп — тоже реликвия, что ли? — спросил Средний, указывая на изогнутую штуковину в руках брянга. — И на хрена он сдался?
— Вот-вот, точно подмечено! Прямо в тютельку о его предназначении! — снова разразился гоготом Безымянный, к удивлению, весьма эрудированный в этом вопросе. — Предполагаю, что тут речь не о хлеборобстве, а тоже исключительно о целомудрии, но только особей противоположного пола. И эта штукенция наверняка служит для того, чтобы отсекать «шары». — И тут же насмешливо взглянув на Мизинца, добавил: — Но у кого их нет, то — «абрикосы»! Прямо под корень! Поговорка есть такая народная: «Как серпом — по… шарам»!
Новобранец от этих слов съежился и машинально прикрыл свой пах для надежности и человеческой рукой, и нечеловеческой клешней.
— Если это так и есть, то нам такие вещи ни к чему, — жеманно скуксила свое идеальное лицо царица-мастерица. — Не место им в нашем заведении. Можете забирать, если вы в них заинтересованы. Хотя вам надо получить разрешение владельцев. Скоро уже они будут здесь.
— Ну что ж, сразу два механизма, — твердо сказала Дангомила. — В любом случае мы их заберем. За этим сюда и пришли.
Снаружи донеслась звонкая переливчатая трель сигнала оповещения.
— А вот и владельцы пожаловали, — объяснила Идеалус. — Пойдемте их встречать. Бесспорно, они удовлетворят ваши интересы. Тем более что вам нужны всего лишь эти пустяковины, о которых все давно позабыли.
— Без порно у нас только Щупальник согласен! — скаламбурил Безымянный. — Мы и так везде выступаем в роли страждущих зрителей! И нам, почти всем, ну кроме тех, кто в черных плащах, хочется скорее стать «действующими лицами»!
  
Глава 12 В кровавой переделке
 
Дангомила приказала полевым магам немедленно забрать «механизмы» с собой. Согласятся владельцы заведения добровольно расстаться с этим старьем или нет — это их проблемы. И если они захотят битвы, то они ее получат.
Управляющая не выразила и тени недовольства — ни словом, ни взглядом, даже бровью не повела. Видимо, ей действительно было наплевать на «реликвии». Или она решила не обострять отношения с визитерами. Зачем ей нервировать незнакомцев? Пусть настоящие хозяева «Мастерской» разбираются. Она доложила о происшествии и всякую ответственность с себя сняла.
С нее теперь взятки гладки.
— Какая же это «добродетель» — если серпом да по шарам?! — выдал Средний, наконец-то осмыслив уже завершенный разговор. — Изверги какие-то придумали! Это точно антидобродетель!
 
— А может, это «помысел»? — хохотнул Безымянный. — Вот ты мечтаешь о похабщине, мечтаешь… и тут кто-то — вжик тебе серпом!
— Так я почти всегда думаю о похабщине, — угрюмо отозвался сапер. — И пока ничего.
— Ну, значит, серп применяется, когда ты эти свои тайные мыслишки на волю выпускаешь, — весело рассуждал связист.
— Так я уже выпускал и не раз, — передернулся от рисуемых воображением гнетущих картинок Средний. — И не было никакого серпа.
— Время, стало быть, твое не подошло! — обнадежил его раздолбай. — Да, как водится, таких, как мы с тобой, кхе-кхе… скажем, рецидивистов похоти и похабщины, судьба и не трогает. — И искоса метнув глумливый взгляд на Мизинца, продолжил: — А для тех, кто один раз всего замыслил что-то этакое и попытался сие провернуть… Хренакс! Серп тут как тут!
— Получается, что эти механизмы — добродетельные орудия кары излишних проявлений природного естества живых существ, — с умным видом изрек новобранец, не заметив косых взглядов. — У правосудия — меч, а для усмирения позывов плоти — вот эти штуковины.
— Зачем усмирять то, что природой заложено?! — хохотнул Безымянный. — На хрена мне пресная и скучная жизнь? Имел я и их мечи, и серпы! Какое же это, спрашивается, добро, если оно нещадно и откровенно карает?! Не пахнет добродетельностью нисколько! Все это смехотворно!
Путешественники, следуя за Идеалус, вышли из здания, и «философская» беседа сама собой сошла на нет.
Воспитанницы ожидали своих благодетелей во дворе, сбившись в небольшие группы. Безымянный ухватил под локти Среднего и Мизинца, подвел их к ближайшим девицам, галантно отвесив девам поклон, неожиданно гаркнул в ухо новобранцу:
— Тебе какая больше нравится?
— Да они, словно копии, — отпрянув, промямлил смущенно парень. — У них, наверное, и сознание… коллективное.
— А вот и нет! — все также громко заявил раздолбай и, указав на одну из девиц, произнес с выжидающим обрывом конца фразы — Вот эту зовут…
— Я Розовый Лепесток дубль один, — продолжила воспитанница.
— А эту…
— Я Розовый Лепесток дубль два, — сказала другая.
— Видишь, дубли-то у них разные! — еле сдерживая смех, пояснил он Мизинцу и, заметив движение в глубине арочной анфилады, тяжело вздохнул: — Женихаться прямо сейчас мы, увы, не успеваем…
Тотчас приветственно раскинув руки, Безымянный с улыбкой во всю физиономию устремился к въезжающим бронированным автомобилям. Как только машины остановились, он прокричал, кривляясь:
— Мы тут ничего и никого не попортили! Просто не успели!
Дверцы автомобилей распахнулись и оттуда высыпали фигуры в защитных доспехах с оружием в руках. Связист опомнился, ругнулся, развернулся и торопливо бросился к своему отряду, но раздался глухой хлопок, и его мгновенно опутала прочная сетка. Он свалился и затрепыхался, словно птица, попавшая в силки.
— Это владельцы «Мастерской»? — удивленно спросил Субботин у Идеалус.
— Владельцы?! — насмешливо переспросила она. — Зачем им свои руки марать о всяких проходимцев? Это охрана периметра.
Совсем не по-царски, а как-то бочком управляющая юркнула в сторону и быстренько отбежала подальше от визитеров, подхватив свой шлейф изящной ручкой.
— Да вы, ребята, не представляете, как попали! — орал, пытаясь выбраться из ловушки, Безымянный. — Эй, фея! Задай-ка им жару!
— Сам выкручивайся! — дурашливо-надрывно крикнула ему Дангомила. — У нас снова силы пропали!
Легионеры бросились на выручку.
Рванули вперед, заняли позиции за колоннами, а Средний медленно двинулся к барахтающемуся связисту.
— Ладно, — буркнула ведьма и приказала пехотинцам атаковать.
Полевые маги перестроились в тройки и, исполнив свой волшебный «танец рук», покатили огромные энергетические шары прямо на автомобили.
Средний едва успел отскочить. У Безымянного оставалось больше времени в запасе, он сумел изловчиться и перекатиться ближе к зданию.