Попалась, ведьма!

– Остается Шейн. – Ингмар досадливо поморщился. – Но ему сейчас явно не до нас. Да и после поединка, чем бы он ни закончился, его лучше некоторое время… м-м… не тревожить. Пока он вновь не вспомнит, как это – быть человеком. Что же делать? Промедление смерти подобно.
Со стороны Маркуса, по-прежнему стоявшего к нам спиной, донесся прерывистый вздох. По всей видимости, он с трудом сдерживал слезы. И я вполне могла понять его. Здесь, прямо сейчас умирала его жена и нерожденный ребенок. А все, что нам оставалось, – лишь наблюдать за этим.
– Вы забыли еще кое о ком, – вдруг раздался громкий голос. – Кто уже в этой комнате и тоже в силах помочь.
Я неверяще приоткрыла рот, осознав, что это сказал Мрак.
Паук легко перемахнул с моего плеча на кровать к Тессе. Мор воинственно встопорщил усы, видимо, готовый защищать свою хозяйку до последнего.
– Не глупи, – с легкой ноткой презрения обронил Мрак. – Поверь, среди всех вас только я способен хоть как-то помочь ей. И ты это знаешь.
– Откуда такая уверенность, паук? – недоверчиво фыркнул Мор.
– Оттуда, крыса, – той же монетой вернул ему Мрак. – Я был создан с использованием темной магии. И моя бывшая хозяйка очень любила игры с тьмой, пока ее не поймал надзор. Однако кое-что из прошлого я помню.
Ингмар при этом признании как-то странно хмыкнул, и я досадливо выругалась.
Естественно, мысленно. По-моему, Мрак позволил себе излишнюю откровенность, учитывая, что в комнате находится как глава всего магического надзора Трибада, так и глава ведьминского надзора Грега.
А впрочем, Маркус вряд ли понял, что таило в себе признание Мрака. Все его мысли сейчас были заняты совершенно другим.
– Ты можешь ее спасти? – спросил он, резко развернувшись на каблуках сапог и умоляюще уставившись на Мрака.
– Я попытаюсь, – уклончиво проговорил тот. – Но мне не справиться одному.
– Что мне делать? – Маркус уже был рядом с кроватью. Встревоженно заломил руки в ожидании приказов.
– Ты инквизитор, – напомнил Мрак. – А мне нужна ведьма. Та, чью силу я уже знаю.
И посмотрел на меня.
Сердце кольнуло слабое дурное предчувствие. Краем глаза я заметила, как по лицу Ингмара, торопливо вставшего с кровати, пробежала слабая тень недовольства. Но когда я взглянула на него в упор, словно в ожидании подсказки, – тот уже спрятал все эмоции под маской невозмутимости.
– Кристабелла! – Маркус чуть не сорвался на крик. – Ну что же ты стоишь?
И опять сердце как-то испуганно сжалось. Я понимала, что веду себя некрасиво, неправильно и даже трусливо. Но больше всего на свете мне хотелось извиниться и выйти прочь. Точнее, даже убежать, пока меня не остановили и не принудили помогать Мраку.
Эти сомнения продлились не дольше секунды. Усилием воли я отогнала столь недостойные мысли. Подняла подбородок и хрипло сказала:
– Я готова. Мрак, говори, что мне надо делать.
Паук чернильной кляксой перетек на грудь Тессы. Распластался на ней, став каким-то плоским и ненастоящим, как будто нарисованным. Мор при этом торопливо отпрянул, перебежал на соседнюю подушку, но остался сидеть рядом, недоверчиво наблюдая за каждым действием Мрака, словно ожидал от него какой-то подлости.
«Приступим».
Это прозвучало уже в моей голове.
Когда я взяла верховную ведьму за руку, то поразилась тому, насколько она была ледяной. Правда, мои пальцы почувствовали слабое биение пульса на запястье, и я немного успокоилась. Значит, Тесса еще жива.
«Слушай меня внимательно, Кристабелла, – спокойно и размеренно заговорил Мрак в моей голове. – Наверное, это твой единственный шанс заполучить власть в Греге, а в скором будущем – и во всем Трибаде».
Что?!
Видимо, мое изумление слишком явственно отразилось на лице, потому что Маркус, по-прежнему стоявший рядом, с тревогой спросил:
– Что-то случилось?
– Все хорошо, – быстро отозвался Мрак. – И я попросил бы не тревожить нас некоторое время никакими вопросами. Это сильно отвлекает.
– И впрямь, – поддержал его Ингмар. – Маркус, быть может, тебе лучше выйти? Ты так волнуешься, что даже мне не по себе.
 
– Исключено, – раздраженно фыркнул тот. – Я останусь. Я должен быть здесь.
Я услышала, как Ингмар вздохнул. Но настаивать не стал.
Впрочем, оно и понятно. Как ни крути, именно Маркус имел полное право здесь находиться. И не стоит осуждать его за чрезмерную тревогу. Кто знает, как невозмутимый и внешне очень холодный Ингмар повел бы себя на его месте. Но совершенно точно – справиться с чувствами вряд ли бы сумел.
«Кристабелла, впредь будь осторожнее, – продолжил тем временем мысленно Мрак. – Будет плохо, если мы вызовем подозрения. Ингмар и без того с тебя глаз не спускает».
«Что ты имел в виду, когда говорил, что это мой шанс заполучить власть?» – спросила я.
«То и имел. – Мрак издал короткий противный смешок, более напоминающий скрип заржавевших петель. – Те чары, которые сейчас поедают метку Тессы Аддамс… Я знаю, как обернуть их тебе на пользу. И на тебя обрушится вся нерастраченная мощь верховной ведьмы. После этого во всем мире не будет колдуньи сильнее тебя».
«Нет, – тут же ответила я. – Мне это не надо. Лечи Тессу!»
«Она останется в живых. – Вкрадчивые убеждения Мрака лились подобно теплому меду, обволакивающему разум сладкой ложью. – И даже ее пока не рожденный ребенок не пострадает. К слову, потом сможешь обрадовать Маркуса. Это мальчик, на что он так рассчитывает. Однако в любом случае – Тесса останется прежней Тессой. Правда, без капли магической силы. Но разве эта большая цена за две жизни, которые лежат на другой чаше весов?»
«Хватит! – истерично взвизгнула я, радуясь, что остальные не слышат столь чудовищного спора, ведущегося в моем сознании. – Мрак, прекрати немедленно! Мне не нужна сила, полученная таким способом! Меня, если хочешь знать, полностью устраивает и то, что я имею сейчас».
«Девчонка! – презрительно фыркнул мой фамильяр. – Ты даже не представляешь, от чего отказываешься».
«Хватит! – повторила я. – Мрак, так ты в состоянии ей помочь или нет?»
Молчание длилось не больше нескольких секунд. Но мне они показались настоящей вечностью. Ни Ингмар, ни Маркус не смели меня торопить. Однако я всей кожей ощущала их возрастающее нетерпение.
«Для ликвидации этих чар тебе придется отдать слишком многое, – наконец проговорил Мрак. – Как бы тебе объяснить понятнее… Представь, что в ауру Тессы внедрилась огромная пиявка, которая вместо крови забирает ее магическую энергию. Я могу ее оторвать. Но тогда вся отобранная энергия просто пропадет впустую, поскольку ты отказываешься ее принять. Более того, тебе придется стать своеобразным донором для Тессы. В настоящий момент ее метка почти иссушена. Поэтому я и предлагаю тебе не глупить. Забери то, что уже не принадлежит Тессе. Она станет обычным человеком – а ты величайшей ведьмой на свете. В противном случае я не уверен, что ты сохранишь свою метку. Как бы в итоге тебе не пришлось пожертвовать всей силой».
«Не понимаю, – после короткой паузы призналась я. – Если ты можешь эту отобранную силу отдать мне – почему бы просто не вернуть ее Тессе?»
«А почему целители не лечат сами себя? – вопросом на вопрос ответил Мрак. – Кристабелла, конечно, тебе простительны подобные вопросы. Ведь магии ты не обучалась. Просто поверь на слово: энергия, однажды уже извлеченная из тела, обратно в это же тело вернуться не в состоянии. Поэтому мое предложение более чем логично. К чему отказываться от силы, которая в противном случае исчезнет без следа?»
Я прикусила губу, в отчаянии вглядываясь в неподвижное лицо верховной ведьмы.
Она казалась сейчас спящей. Разгладились недовольные складки около рта, которые бывают у людей, привыкших повелевать. Исчезла крошечная морщинка на переносице. Тесса словно помолодела на несколько лет.
«Власть всегда несет с собой ответственность, а ответственность вынуждает стареть быстрее, – пробормотал Мрак. – Возможно, Тесса Аддамс будет только рада освободиться от того груза, который сейчас на ее плечах. Станет самой заботливой мамой в мире и самой счастливой женой на свете. Да и Маркус вряд ли расстроится, когда осознает, что его супруга теперь обычная женщина».