Сосед (ЛП)

Мэтт рассмеялся прежде, чем снова меня поцеловать. Но в этот раз поцелуй не был похож на предыдущие. Он был медленным, спокойным и чувственным. И, святое дерьмо, мне было все равно с какой скоростью этот мужчина целовался, потому что я в любом случае таяла и превращалась в лужицу. Я лежала под ним словно без костей. И если Мэтт был так хорош в поцелуях, то что еще мог творить своим языком?
Он скользнул рукой под мой живот и стал спускаться вниз, пока его пальцы не задели клитор. И тогда мой мир сфокусировался с точностью лазера на кругах, которые он рисовал вокруг моей кнопки детонации. Это было слишком, поэтому я перестала пытаться сдерживать свои звуки и застонала ему в рот, пока его язык скользил по моему.
― Господи, ты всегда становишься такой мокрой?
Сосед переместился так, что оказался почти вплотную к моей спине, его член расположился между моих бедер, пока он продолжал ласкать меня пальцами. Боже милостивый, эти волшебные пальцы.
Я пыталась ответить на вопрос, даже сказать его имя, но в итоге вышел лишь гортанный стон ему в рот. Мэтт хихикнул и переместил губы на заднюю часть моей шеи, в то время как я уронила голову на постель и сконцентрировалась на… всем.
Он был твердым и жестким позади меня, его тепло проникло в меня в тот момент, когда он прошелся языком по изгибу между шеей и плечом. И как только я подумала, что лучше уже и быть не может, он скользнул своим агрегатом между моих ног, двигаясь вверх-вниз по моей киске. При каждом движении вниз его член соприкасался с пальцами, усиливая давление на мой клитор, и я примерно через две с половиной секунды была готова взорваться, как фейерверк.
Но мне хотелось кончить, когда он будет глубоко во мне. Я хотела быть наполненной им, растянутой. Сжимать его, пока Мэтт заставлял бы меня кончать.
По-видимому, он тоже этого жаждал, потому что я вдруг перестала ощущать его тепло. Мэтт встал на колени и целеустремленно направил свой член, пока тот не оказался прямо там, где было нужно. Предвкушение того, каково это ― быть наполненной им, почти погубило меня, но я осталась терпелива, потому что до сих пор он меня не подводил.
Мэтт снова накрыл мое тело, его грудь прижалась к моей спине, а член был напряжен и готов. И, Бог свидетель, я тоже была ох, как готова. Мэтт так взбудоражил меня, что внизу уже, похоже, образовался Ниагарский водопад.
― Скажи это, ― прошептал сосед, слегка качнув бедрами, а мои глаза закатились.
Боги, он уничтожит меня для всех остальных мужчин. Но все в порядке. Это в порядке, пока я могу насладиться этим одним моментом с ним. Я просто нуждалась… в… чуток… большем.
― Скажи это, ― повторил он еще раз, но уже громче.
Я пыталась ответить в привычной манере, но издала лишь странный звук ― хмфф. Приподняла свои бедра, пытаясь словить его член и наконец-то насадиться на него, но Мэтт продолжал дразнить меня, двигаясь вне моей досягаемости.
― Ну же, Люси. Скажи это еще разок для меня.
― Мэтт! ― огрызнулась я и потянулась назад, чтобы впиться ногтями ему в задницу. ― Дай мне свой чертов член прямой сейчас, ― и с этими словами, удерживая его на месте, я толкнулась назад, чтобы, наконец, поглотить его.
Святое. Дерьмо. Ой, простите, я имела в виду ― СВЯТОЕ ДЕРЬМО.
Это было неожиданно, ибо мои фантазии и близко не стояли с тем, каково это оказалось ― ощущать его внутри себя.
В этот раз сдавленные стоны исходили не только от меня. Дыхание Мэтта опалило мою спину, когда он опустил лоб мне на плечо, и стал входить и выходить, проникая все глубже с каждым толчком. Наконец-то, боги, наконец-то он скользил во мне, растягивал почти до дискомфорта. Иисусе, я была так наполнена, как никогда раньше. Мэтт толкался и доставал до тех мест, о каких мои последние три парня не могли и мечтать.
Я попыталась начать двигать бедрами в приятном ритме, но наша поза делала эту задачу довольно сложной. Я была прижата к кровати телом Мэтта, и поэтому была полностью зависима от него.
― Боги, Люси, ты ощущаешься так… ― его волосы коснулись моей спины, словно он только что покачал головой. Затем он сжал мое колено и поднял ногу вверх, открывая меня еще больше и позволяя себе, тем самым, войти еще глубже. ― Черт.
 
― О, боже мой, ― это то, что я попыталась сказать, но в итоге вышло непонятное мычание. Я сжала одеяло с двух сторон от головы, нуждаясь в чем-то, что бы вернуло меня на землю, ибо точно умерла и оказалась на небесах.
Хотя, это было бы раем, если бы этот засранец продолжал двигаться, но он замер глубоко во мне. Поэтому я сама слегка с намеком повертела бедрами, и Мэтт застонал ― протяжно и низко, а потом его губы едва ощутимо коснулись моей кожи. Он медленно вышел, затем полностью скользнул назад, заполняя меня именно так, как мне было нужно.
Ох, а потом… потом Мэтт начал с легкого, стабильного ритма. Одной рукой он продолжал удерживать колено, полностью открывая меня перед ним, а другой мастерски работал над моим клитором. Время от времени Мэтт двигался пальцами вниз, туда, где сам исчезал во мне, и я была почти уверена, что готова воспламениться от одного только воображения, как это все выглядело со стороны.
Мэтт слегка сдвинулся, так что его губы оказались прямо у моего уха. Его толчки стали увеличиваться в темпе и силе, и все, что я могла делать, ― это лежать и принимать каждый толчок, который он мне давал. Каждое грязное слово, которое выдыхал.
― Боже, Люси, твоя киска ощущается, как рай.
Забавно, ведь я точно также думала о его члене, но, конечно же, не сказала этого. И по большому счету из-за того, что из-за него я едва ли способна здраво мыслить. Поэтому единственными звуками, срывавшимися с губ, были различные стоны.
― Ты этого хотела в тот вечер?
«И каждую последующую ночь…»
― Господи, да.
Я повернула голову и попыталась словить его губы. И Мэтт не разочаровал, проведя языком по моей верхней губе, прежде чем скользнуть внутрь. Я застонала ему в рот, когда он стал двигаться быстрее, и наши задыхающиеся стоны слились со звуками соприкосновения нашей кожи. Вскоре мы сотрясали всю кровать, а изголовье ритмично ударялось об стену.
― Черт, ― он опустил голову и замычал, наконец-то потеряв самообладание. ― Мне нужно, чтобы ты кончила, ― прорычал Мэтт сквозь сжатые зубы, и его пальцы снова закружили вокруг моего клитора. Убрав руку с моего колена, он просунул ее между моей грудью и кроватью. Обхватив одну грудь, пальцем коснулся чувствительного соска, и я сжалась вокруг него.
― Небеса, я чувствую, как ты сжимаешь мой член. Давай, Люси, позволь мне почувствовать, как ты кончаешь.
Мне не требовалось ничего больше легкого давления на сосок двумя пальцами и еще одного прикосновения другим, чтобы достигнуть вершины и взорваться. Все мое тело пульсировало и дрожало, пока я стонала от своего долгожданного освобождения.
― Черт, да, ― выдохнул Мэтт, продолжая массировать мой клитор до тех пор, пока последняя волна удовольствия не покинула мое тело.
Как только я расслабилась, Мэтт одной рукой обхватил мою голову, а другой сжал бедро, и снова начал входить в меня. Прошла всего минута, прежде чем он выругался и стал пульсировать и изливаться внутри меня.
Тяжело дыша, парень опустил голову, почти упав на меня. Его тепло окутало меня, а его волосы коснулись моей позвоночника, от чего меня охватила дрожь.
― Замерзла? ― его дыхание мурашками прошлось по моей мокрой от пота коже.
Не-а, вообще нет. Дрожь была вызвана тем фактом, что мое тело рвалось к следующему раунду с ним, а мои соски были все еще твердо прижаты к постели, хотя мир буквально только что перевернулся. Но так как я хотела вести себя хоть отдаленно с гордостью, то просто кивнула. Мол, да, именно прохладный весенний ветерок стал причиной моих мурашек, а никак не тот факт, что Мэтт мог трахать меня как чертов король.
Он поцеловал меня в плечо и легко шлепнул по заднице прежде, чем медленно слезть с кровати.