Дворецкий для попаданки (СИ)
— Идите, Лизбет. Сказано сам, значит, сам.
Тимоти улыбнулся мне благодарно и зашёл за ширму. Я очень сильно понадеялась, что он не забудет вымыть шею и уши, но уточнять этот момент не стала. Мы со служанкой вышли в коридор, и я спросила:
— А есть ещё какая-то одежда у моего сына? Потому что он, похоже, немного вырос из этой.
— Нет, миледи, это всё, что есть.
— Значит, сегодня… ой нет, завтра поедем в магазин, — решила я.
Девушка оглянулась, убедившись, что в коридоре мы одни, и присела передо мной, склонив голову:
— Миледи, я вам безмерно благодарна за пятьдесят фунтов, которые передала мне мисс Брайтон. Могу ли я просить вас дать мне завтра свободный день после выдачи жалования, чтобы я смогла поехать к матушке?
— Конечно, разумеется, вы можете взять свободный день.
— Это я к тому, миледи, — смущаясь, добавила Лизбет, — что нас теперь всего две горничные…
— Ах да, Берта же…
— Возможно, мне стоило обратиться с этим вопросом к миссис Хопкинс… — запинаясь, сказала девушка и даже покраснела от собственной смелости. — Но ведь вы теперь сами интересуетесь работой в доме… Я подумала…
— Говорите, Лизбет, смелее!
— Надо бы, наверное, взять ещё одну горничную из Уирча, а ещё хорошо бы назначить старшую горничную.
— Вы правы.
Я задумалась. Кто раньше занимался этими вопросами? Экономка? Но ей столько лет, она даже ходить нормально не может, не то что следить за горничными. Дворецкий? Вроде бы что-то из пособия для юной леди в голове осталось. Он в ответе за слуг мужского пола. А над женским полом начальствует именно экономка. Нет, я же не стану напрягать бедную больную пожилую даму! Сама решу.
— Хорошо, Лизбет, два года вы работаете в Уирчистер-холле, я не ошиблась?
— Так точно, миледи.
— Вот вас я и назначу старшей горничной. Справитесь?
— Миледи!
Она вспыхнула — то ли от удовольствия, то ли от обиды — и заверила меня:
— Я справлюсь, миледи, вот увидите!
— Ну и отлично, — улыбнулась я. — Подыщите ещё одну горничную, только бога ради взрослую!
— Будет исполнено, миледи, сегодня же!
Она присела в книксене и убежала вниз по лестнице. Я последовала за ней, размышляя, что ещё мне нужно сделать сегодня. А кто-то вякал, что богатые дамы в эту эпоху нифига не делали, только вышивали да в окошко смотрели. Ага, два раза! Пожили бы сами тут — ни минуты покоя вообще!
Так, туалет будет. Воду проведём. Паронагреватель… Ну, как там называется шайтан-машина этого изобретателя, тоже будет, как только Нокс свяжется с ним. Что ещё? Тимоти… Одежду мы ему купим, это не проблема. Надо расспросить его о школе. Щенка добыть — я же обещала!
Что-то ещё… Я точно забыла что-то. Надо записывать уже начать, а то голова кругом. Приюту деньги отдала… А, вспомнила! Книга доходов и расходов! Пока у меня нет компетентного бухгалтера, нужно самой посмотреть.
А если у меня есть компетентный бухгалтер, просто я об этом ничего не знаю?
— Лили! — возопила с внезапным озарением. — Лили-и!
— Я здесь, миледи! — заполошно воскликнула мисс Брайтон, выбежав из гостиной в холл. — Чем могу быть вам полезна?
— Лили, кто управляет доходами и расходами графа Берти?
— Эметт Браун, ваш поверенный из Уирча, миледи. Вы желаете связаться с ним? Послать за ним?
— Да, я желаю поговорить с ним как можно скорее.
— Как вам будет угодно, миледи, — склонила голову Лили, потом заметила: — Пятичасовой чай накрыт в малой столовой, мы ожидаем кого-нибудь?
— Нет, я собиралась поесть в компании Тимоти. Вы к нам присоединитесь?
Не то чтобы я очень хотела видеть Лили во время разговора с сыном, но не пригласить было бы невежливо. Походу, Лили сама уже поняла и ответила:
— С вашего позволения я займусь неотложными делами по починке ваших чулок, миледи.
— Превосходно, — сказала я, слегка озадаченная. Зачем нужно зашивать чулки, если я неприлично богата? Можно ведь просто купить новые… Но перечить Лили не стала. Чулки так чулки, главное, чтобы не путалась под ногами. Что-то я ещё хотела… Ах да. — И будьте добры, распорядитесь подготовить комнату покойного господина графа, там будет отныне жить Тимоти.
— Простите? — растерялась Лили. — Но… Ведь… Детская… И это покои графа…
— Теперь граф Берти — это Тимоти. Он займёт комнату, которая ему полагается. Лили, вы хотите ещё обсудить мои решения?
— Нет, миледи, — она изобразила уже даже не книксен, а реверанс, попятилась к лестнице и как-то очень быстро исчезла из виду.
А мой свинячий визг очень даже неплох! Все сразу бросаются исполнять мои указания… Но пользоваться этим надо дозированно, не слишком часто. И не с Клаусом. И ребёнка не пугать.
Я глубоко вздохнула, довольная собой, и прошествовала в малую столовую. Очень кушать хочется.
Хэтти постаралась на славу. Накрытое ею в малой столовой пиршество с лёгкостью можно было назвать полноценным ужином, хотя за окном ещё даже не стемнело. Чайник из фарфорового сервиза, разрисованного очень красивыми незабудками, пускал носиком тоненький вьющийся в воздухе пар, и в столовой отчётливо пахло бергамотом. На столе стояли тарелки, прикрытые клошами, и просто тарелочки с выпечкой. Нарезанные ломтиками пироги обнажали начинку — тут джем, а тут крутое яйцо и какое-то, вероятно, птичье, мясо.
Пятичасовой чай был сервирован на двоих. Места — друг напротив друга. Но на подносе стояли ещё чистые чашки с блюдцами — на случай, если кто ещё заглянет на огонёк. Я села на свой стул, Клаус, конечно же, пристроился у моих ног, преданно заглядывая в глаза. Он смирился с тем, что его обожаемая хозяйка выглядит немного странно, но что поделать, чего в жизни не бывает… Да и я, если честно, уже немного смирилась.
Немного!
Оставлять всё, как есть, глупо. Здесь весело и интересно, если не считать кражи драгоценностей и артефактов, а также убийства моего мужа, но дома всё равно лучше. Дома нет Нокса, который смотрит на меня явно заинтересованными глазами, дома нет Тимоти, с которым я не знаю, что делать… Зато дома есть моя квартира, моя любимая работа, мои книги и мой город, где я прожила всю жизнь.
В ожидании Тимоти я пощипывала край ближайшего ко мне пирога и вяло думала обо всём этом. В голове всплывали всё новые мысли, цепляясь друг за друга хвостиками, как обезьянки, и вытаскивая на свет других подружек. Новая горничная… Жалование слугам… Кто открыл сейф… Каков принцип действия очистотела… Почему в доме нет других артефактов… Зачем графиня отравила графа…
Мортимер Бейгли, эсквайр!
Твою мать… Она прикончила мужа, чтобы развлекаться с любовником?!
Так. Стоять. Спокойно. Не стоит делать поспешных выводов. Надо всё это хорошенько обдумать. Если всё обстоит так, как я предположила, этот самый Бейгли должен быть посвящён в аферу с обменом телами. Ведь его любимая должна быть с ним в образе Тоси Семёновой! А значит, если завтра я решу нагрянуть к этому эсквайру с визитом, он будет удивлён и как-нибудь себя выдаст. И скорее всего мне удастся выведать у него детали, а также имя мага, который притянул нас с Клаусом в этот мир и провернул обмен…
Надо подумать… Хорошо подумать.
— Миледи, мистер Тимоти уже спускается, — голос Энни заставил меня вынырнуть из глубин своих мыслей, и я ляпнула вопросом:
— Энни, вы знаете Мортимера Бейгли?
— Конечно, миледи, это джентльмен, проживающий в своём поместье в восьми милях от Уирчистер-холла.
— Не могу вспомнить, он бывал у нас с визитом?
— Да, миледи, не далее как в прошлом месяце.
— Ага, хорошо, — пробормотала я, хотя ничего хорошего в этом не видела. Надо же, любовник приезжает в дом мужа! А бесстыжая графиня… Ай всё. Поеду к нему, к этому наглецу, и выведаю подробности их сговора…
— Матушка, мне очень приятно, что вы пригласили меня в столовую на чаепитие.
Тонкий, звенящий голосок Тимоти умилил и заставил улыбнуться. Я махнула рукой:
— Энни, можете идти. Садись, Тимоти.
Мальчик устроился на стуле напротив и плотоядно оглядел стол. Привычным жестом развернул салфетку и аккуратно заправил её за шейный галстук. Оглянулся: