Женись на мне, Дракон (СИ)

Черт и поесть хочется, но такая еда мне совсем не подходит. Тут нет ничего диетического. А сама тянусь к мясному рулету и одновременно дотягиваюсь до какого-то блюда с картошкой. Причём такое ощущение, что мозг мой совсем не делает запрета рукам и взгляду. Они везде тянуться и всё хотят захапать, а мозг молчит.
- Кушай милая. Ты должна держать себя в форме.
Я повернулась налево, рядом пожилой мужчина. Он ласково смотрит на меня, прямо любуется.
О, боже, снова поклонник. И опять какой-то дед. Думает, если нарядился в древний камзол расшитый дешевыми бирюльками, то может уже себя царём чувствовать.
А ведь у него на голове корона.
Я поняла, он типа - король, а я типа - его дочь. Ясно.
Хорошо хоть не служанкой нарядили.
Это что получается, я – принцесса, дочь типа этого короля?
Ну хорошо, я не против. Сыграю роль. Может в кино пригласят сниматься.
А тем временем все вокруг, не стесняясь, едят.
-----
Герцог Роберт Нильсон Третий в пути почти сутки. Едет во дворец, по приглашению самого короля. Сопровождает герцога в дальней поездке, верный помощник и слуга Рамон.
- Нужно было ехать верхом, в этой карете растрястись можно. Тем более по их королевским булыжникам? – скорчил недовольную гримасу Роберт.
- Верхом, такой дальний путь? Ты бы устал и не годился для танцев. А сегодня тебе нужно беречь силы. Будешь много танцевать, очень много, Роберт. Аж пока эта девушка, в кавычках, не захочет пригласить тебя погулять, или ещё чего-то. Сегодня, Роберт, ты должен очень постараться, - сказал Рамон, глядя в окно, на показавшиеся вдалеке стены королевского дворца.
- Ты думаешь это так сложно, покорить её сердце?
- Судя по тому, что я о ней слышал, да - это сложно.
- Но ей тридцать, Рамон. Тридцать! Вдумайся в эту цифру. Что я могу говорить тридцатилетней девушке.
- То же что и двадцатилетней. Она ведь не была замужем, значит мозги у нее такие же, как и у более молодых принцесс.
- Вот, ты сам и ответил, она не была замужем и ей уже тридцать. Да ещё и этот портрет… - раздраженно указал на карман Роберт.
- Ну, дорогой мой, выбирай, либо удачная женитьба, либо долговая яма. Твой папаша перед смертью не оставил тебе большого выбора.
- Но почему нельзя просто жить одному? Отдать земли за доги и жить в небольшом охотничьем домике.
- Потому что это твое фамильное наследство. Что ты передашь своему сыну? Ничего? Что ты скажешь своим детям, что когда-то у тебя были угодья и замки, но теперь их нет, потому что ты не захотел жениться на принцессе тридцати лет. Если можно спасти путем женитьбы, нужно делать это, Роберт. Ты и сам хорошо понимаешь, строго сказал Рамон.
- Но как же любовь? - в голосе Роберта отчаяние.
- О чем ты? Тут не о любви вообще речь, а о позоре на всю фамилию, на весь род Нильсонов, а это двенадцать поколений. Гордых и сильных, не сломленных даже захватчиками, держателей земель на востоке. Только твой отец умудрился всё это пустить на ветер, проиграться вдрызг. Человеческие пороки порой сильнее разъедают изнутри, чем вражеские набеги снаружи.
Рамон, как всегда, прав. Это единственный близкий человек, который остался у Роберта. Самое доверенное лицо. Он служил ещё отцу, пока тот в момент прозрения не приставил его к Роберту и велел наставлять и защищать, даже если придётся защитить от него самого. С тех пор, Рамон всегда рядом.
Роберт смотрел в окно и в тысячный раз досадовал на отца, что поступил так с ним.
Почему, ну почему он должен жениться?
И ладно бы на молоденькой, хорошенькой герцогине Паоле Бланке, она хотя бы влюблена в него по уши. Он не слишком в неё влюблен, но попытался бы ради спасения фамильных замков.
Нет же, Рамон непременно советует выбрать принцессу, потому что так настаивает король. Вот ещё головная теперь боль. Королю срочно нужно отдавать дочь замуж, а никто не хочет на ней жениться.
И тут на горизонте показался Роберт Нильсон Третий, с его огромными долгами. Дракон полукровка из рода Нильсонов, самого древнего из родов в королевстве. Конечно король не припустил такого удачного случая.
  
Какая удача и какой жестокий шантаж. Поставить Роберта Нильсона Третьего перед выбором, которого нет. Конечно, Роберт мог согласиться и на долговую яму, но те страсти, которые рассказывают об этом месте, заставили смалодушничать и согласиться всё же на знакомство с возрастной принцессой.
Хоть посмотреть на неё, а потом уже решать, соглашаться на погибель, или, что тоже возможно, в женитьбе на ней нет ничего страшного.
- Послушай, - Рамон вернул в действительность, - я тебе сотню раз говорил и ещё раз повторюсь, женитьба это ещё не конец жизни, Роберт. В браке тоже можно существовать в своё удовольствие. Ты всего лишь станешь - мужем.
- Всего лишь? - горько усмехнулся Роберт.
- И вообще, сразу покажешь кто в доме хозяин, вернее в королевстве. Глядишь и королём тебя назначат.
- Дракона, королём?
- Ну а что, нужно же когда-то начинать. Не думаю, что они оставят тебя просто мужем принцессы. А после смерти её отца ты будешь мужем королевы…
- Но - не королём.
- Не королём. Это если только её отец перед своей смертью решит, что королём лучше быть тебе, а не ей. И напишет такой указ.
- До этого ещё нужно дожить, Рамон, не торопимся ли мы?
- Заглянуть в будущее, ничего нет в этом плохого. Тем более, если ты всё правильно сделаешь, как мы уже сотни раз обсуждали.
Роберт вздохнул. Он не боится, но ему страшно. Такая ответственность ложится на плечи. И как он может подвести свой род, память предков и будущее потомков. Он не может. Значит, придётся жениться.
Он полез в карман, достал портрет принцессы, глянул, зажмурился, снова глянул.
- Да, я сделаю это ради семьи, - и снова положил в карман портрет.
С недавнего времени он носит его постоянно, чтобы привыкнуть к тому образу, который ему придётся видеть каждый день, на протяжении всей своей жизни.
Нелегко, но нужно привыкнуть.
Ничего. Ничего…
  
Глава 2
 
По-честному я терпела минут пять, после того, как что-то уже прожевала и проглотила, но всеобщий здоровый аппетит не играл в мою пользу.
- Нет, так не пойдёт, что я хуже всех, когда ещё таких изысканных блюд покушаю. Сегодня немного расслаблюсь, а завтра снова на диету.
Сначала взялась за закуску, потом за салат, и ещё кусочек чудесного на вид, мясного рулета с грибами. Ладно, утку тоже попробую. А там что, икра? Тянусь во все стороны, боюсь за остальными не успеть.
- Люси, посмотри, какие куропаточки. Это же твоё любимое, съешь доченька, - старик справа вошел в роль.
Но с забитым ртом я ленилась ему объяснять, что никакая я не Люси, а Лиза. Потом после съемок скажу этому дедугану, что ничего ему не обломится, пусть даже не мечтает. Старый пень, а всё туда же.
Не забываю отпивать из бокала вино совершенно потрясающего вкуса. Рекламщики не поскупились, ни с едой, ни с выпивкой.
- Угу, - только и смогла, с набитым под завязку ртом, ответить деду.
Король нагнулся, глянул на тётку, которая сидела с другой стороны от меня и спросил:
- Ну, где же Нильсон Третий? Это неуважение.
- Прошу прощения, сир, он скоро будет. Сам понимаете восточные земли, не ближний свет.
- Надеюсь, он е станет испытывать моё терпение, - недовольно пробурчал старик, а потом повернулся ко мне и лицо его сразу стало добрым-предобрым, - Не забудь оставить в своём животике маленький кружочек для десерта.
Возмущённо я повернулась к человеку в короне и, прожевав наконец рулет говорю:
- Папаша, вы отвратительны. Что вы болтаете, старый дурак.
За столом все притихли, уставились на нас. Дед замер в выжидательной позе.
- Люсинда, не будем на людях выяснять наши с тобой домашние дела.