Дрянь с историей (СИ)
— Предусмотрительная скотина…
— Готовился, тварь!
Возгласы прозвучали одновременно и одинаково зло: мужчины заметили следы рисунка на полу, который до активации был совершенно незаметен, а сейчас линии прочертились бледно-зелёным светом и лёгким тёмным налётом, похожим на сажу.
А хозяин кабинета между тем исчез бесследно, притом мимо пришельцев он пройти не мог — те перегораживали дверь.
— Что у вас случилось? — спросил Василий.
— Эта скотина ждала гостей, — пояснил Сеф, кивнув на затухающий рисунок.
Охранные чары, которые использовал Медведков, не были новостью и не отличались сложностью, обычно их использовали против воров в сочетании с чем-то парализующим и сигналом оповещения. Широкого распространения они не получили просто потому, что требовали частой подпитки. Мизерной и нетрудной, но мало кому охота каждую неделю вызывать к себе специалиста, поэтому и пользовались ими только чародеи-домоседы, не склонные к долгим отлучкам и знакомые с основами начертательного чародейства: хотя рисунок этот был изначально создан оборотниками, использовать его при должной сноровке могли все.
— Куда он делся? — мрачно спросил Серафим в пространство.
В чудеса он не верил, чар мгновенного перемещения никто до сих пор не придумал, хотя пытались многие, да и замаскироваться от химер невозможно, а от Мурки уже пришла волна возмущения и растерянности: они потеряли след.
Разумный вариант оставался один: Медведков сбежал через запасную дверь, о существовании которой, в отличие от пришельцев, отлично знал. Может, даже ради неё выбрал этот кабинет.
— Серафим Демидович, тут наверняка есть вход в подземелья, — кстати подал голос Стоцкий, прервав озабоченные перешёптывания коллег, ничего в происходящем не понимавших.
— Есть идеи, как его найти? — уточнил Сеф.
— Я могу попробовать, есть проверенные методики, только без… Ну, вы понимаете, — слегка смутился он и про браслеты вслух не сказал, явно опасаясь лишних слухов.
Потусторонник от Ланге в ответ на вопросительный взгляд Дрянина развёл руками, он таких не знал — учился не здесь, в столице, Ева тоже выглядела озадаченной и не понимала, о чём говорил коллега.
Колебался Дрянин недолго.
— Бегом за подкреплением, тащи их сразу сюда, — велел он Василию, тот кивнул и сорвался с места. — Проходи, — кивнул Якову. — Посторонним разойтись. Или кто-то хочет признаться в соучастии?
Никто не понял, в соучастии в чём они должны сознаться, но испытывать судьбу случайные свидетели не стали и быстро ушли, остались только заинтересованные лица. Сеф снял со Стоцкого браслеты.
— Елена Марковна, вам тоже следует заняться своими делами.
Стёпина неодобрительно поджала губы, но спорить не стала — понимала, что она здесь ничем не поможет, а вот создать толпу на ровном месте и помешаться — запросто. Она без слов легко поцеловала своего жениха в уголок губ, на несколько мгновений сжала его ладони. Получив в ответ неуверенную ободряющую улыбку, вздохнула и всё-таки вышла.
А Серафим проговорил, неожиданно для самого себя решив поддержать Стоцкого:
— Медведков считай подписал признательные показания.
— А вдруг я его сообщник и это всё такой план? — пробормотал тот, но наткнулся на выразительный взгляд Дрянина и поспешил заверить: — Я пошутил! Ничего такого!
— Как ты собираешься искать дверь? — переключился на деловой лад адмирал.
— Постучусь, — с лёгкой улыбкой сказал Яков, разминая пальцы, и пояснил: — Есть такая простая практика для школьников с едва пробудившимся даром, стук называется. Она позволяет научиться чувствовать Ту Сторону, места, где грань тоньше. Здесь давно заметили, что на этот стук все проходы в подземелья отзываются… специфически.
— Как именно? — полюбопытствовала Ева, которая, конечно, поняла, о каких чарах речь.
— Стучат в ответ, — серьёзно ответил Стоцкий.
— Это как? — изумилась она.
— Поначалу очень страшно, — улыбнулся он. — Особенно если делать это ночью.
Не то чтобы чары действительно сильно походили на стук, изначально они назывались иначе, но народное название прижилось и быстро вытеснило остальные варианты. Слабая волна почти не оформленной силы, расходящаяся кольцом. Неодарённые и чародеи других направлений не ощущали её вовсе, как и отклика, зато другие потусторонники воспринимали точно так же, как инициатор. Это было труднообъяснимое чувство, которое во внутреннем восприятии действительно походило на простукивание стены и обнаружение в ней полостей. Где-то Та Сторона была дальше и окружающий мир казался однородным, где-то ощущались более тонкие, «полые» участки, а где-то — было плотно и упруго, на грани обрыва, словно натянутая кожа барабана.
От торопливого звонкого стука, будто где-то рядом засел дятел, вздрогнули все.
— Да ладно… Серьёзно? — растерянно пробормотала Ева.
— Впечатляет, да? — мальчишески улыбнулся Стоцкий, но тут же взял себя в руки, подошёл к той стене, в которой почувствовал оклик — сбоку от стола, пустил ещё одну волну.
Отозвался определённо один из простенков между шкафами, Яков даже сумел примерно указать полуметровую ширину проёма, вот только как эта дверь открывалась — чары подсказать не могли. Зная, где искать, удалось быстро высмотреть между стыками камней места, где находились скрытые петли. Простейшие варианты вроде нажать или потянуть не сработали, здесь явно имелся какой-то замок. Но не ломать же стену, чёрт знает, насколько она крепкая и толстая!
— На что спорим, дверь открывается книгой? — насмешливо предположил Михаил, внимательно разглядывая шкаф слева. Сеф подошёл к правому, окинул его сомневающимся взглядом.
— Долго, — возразил он и обернулся к столу, к которому подошла, на всякий случай сцепив руки за спиной, любопытствующая Ева. — Искать нужную книгу слишком долго, даже если знаешь, где именно она стоит. Не отрабатывал же он это движение до автоматизма!
— Какая-нибудь из крайних? — предположил оперативник.
— А тут, кажется, кровь, — с сомнением протянула Ева, и мужчины, включая Стоцкого, тут же шагнули к ней. — Ты его зацепил…
— Поцарапал, — недовольно поморщился Дрянин, разглядывая свежие капли на разложенных бумагах. — Но удачно. — Он удовлетворённо указал на следы окровавленных пальцев на краю стола. Присел на корточки, рассматривая столешницу.
Всё оказалось не так мудрёно, как предполагал оперативник. И это логично, кому городить тут особо сложные и страшно потайные системы? Проход-то остался от прошлых поколений, а вот дверь с хитрым замком — явно более современное изобретение.
Всего лишь небольшой рычажок переключателя, закреплённый под столешницей. В глаза не бросается, но при тщательном обыске не пропустишь. Правда, обыск этот — дело небыстрое, и им повезло, что раненый Медведков сначала рефлекторно схватился за пострадавшее место, а потом той же рукой — за «ключ».
Сеф надавил на рычаг, и часть стены с тихим шорохом провалилась внутрь, повернувшись на замеченных ранее петлях.
Появившаяся по команде Мурка заставила дёрнуться и отшатнуться не только Стоцкого, но даже оперативник ругнулся — не то восхищённо, не то возмущённо. Далеко забегать химера не стала, да и не могла сильно удаляться от хозяина, особенно без прямой видимости, но уверенно сообщила, что ничего опасного или странного за дверью нет.
— Идём попробуем его задержать, — глянув в тёмный проём, решил Дрянин. — Фонарик есть?
Михаил спорить не стал, только кивнул и достал из кармана небольшой фонарик — вариант спуска в подвалы тоже рассматривался.
— Может, не стоит? — всё же не сдержался Стоцкий, глядя на них с опасением. — Медведков хорошо знает подземелья, и там правда опасно…
— Ты знаешь все ходы, ведущие за территорию крепости? Вот именно, — поморщился Сеф.
Ему тоже не нравилась эта идея, она дурно пахла и грозила неприятностями: нет ничего хуже, чем малыми силами действовать на территории противника без подготовки. Но задержать декана следовало, хотя бы до прибытия подкрепления. Михаил шагнул в проём первым, на некоторое время замешкался на пороге в поисках ловушек и только после этого скрылся в темноте, сделав знак, что всё чисто. Серафим молча двинулся следом.