"Фантастика 2024-130". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Зина, — позвал он мысленно искусственный интеллект, который поселился в его мозге и вовсе не являлся искусственным интеллектом. — Зина, ответь, что происходит?
А в ответ была тишина. Это было столь необычное чувство внезапной пустоты, что Грубер резко открыл глаза, заставив себя сосредоточиться на содержимом своей черепной коробки, и не акцентироваться на посторонних раздражителях, таких как боль. Вот теперь он смог застонать, чтобы дать понять, что очнулся. У его губ сразу же появилось витое горлышко фляжки, а в пересохшую глотку потекла живительная влага живчика. Сделав несколько глотков, он нашел в себе силы поднять правую, к счастью неповрежденную руку и отодвинуть фляжку в сторону. Несколько капель выплеснулось ему на грудь и он почувствовал резкий запах водки, который перебил на несколько секунд тот тошнотворный запах паленой плоти, который, казалось, пропитал все, находящееся в этой комнате, и который не сумел перебить даже тягучий запах крови.
— Ты как, живой? — на этот раз голос Снегиря звучал вполне отчетливо. Голова болела меньше, только жуткая слабость во всем теле напоминала о произошедшем.
— Относительно, — Грубер неловко сел, стараясь лишний раз не задевать раненное плечо. — Со мною что-то происходит, что-то не слишком хорошее.
— И в чем это выражается? — Снегирь бросил ему скрутку с инструментами.
— Я не слышу Зину. Сначала она мне говорила, что появились какие-то проблемы с нашей связью, но обещала попробовать разобраться. Затем она спасла меня от дара нимфы, причинив при этом просто дикую боль, а теперь я ее вообще не слышу и не ощущаю. Что это, Снегирь? Почему нечто подобное вообще происходит? — Грубер машинально поймал брошенную ему скрутку, открыл ее и принялся перебирать инструменты, которые не были разложены по местам, а просто свалены в середине.
— Я не знаю, — Снегирь потер шею. — Это новые технологии, и находились на стадии разработок. Возможно, что-то действительно пошло ни так. Это же чертовски сложная штуковина на самом деле. Да и мозг не менее сложный предмет. Я понятия не имею, как тебе можно помочь, надеюсь только, что все обойдется без последствий.
— Я тоже на это надеюсь. И полагаю, что смены моего настроения связаны с поломкой Зины. Хотя она намекала на то, что мой мозг отторгает ее, практически убивает. Как мозг может убить нечто искусственное?
— Да хрен знает. Я не удивлюсь, если в итоге выяснится, что твоя подружка вполне самостоятельная личность и обладает душой, в метафизическом смысле. Да, я тут немного в доктора поиграл, — он кивнул на инструменты, которые все еще вертел в руках Грубер. — Только я понятия не имею, что с ними делать дальше, водкой протер, и все.
— Пока этого достаточно, — Грубер быстро и ловко рассовал все инструменты по полагающимся им местам. — Помоги мне подняться. Нам нужно уходить отсюда. Элитник, скорее всего, сейчас дезориентирован гибелью нимфы, но скоро он придет в себя и попробует выяснить, а что, собственно, произошло.
— Нам нельзя в таком виде куда-то идти, — Снегирь покачал головой. — Мы в кровище словно выкупались. Нужно как минимум смыть с себя все это и переодеться, а то за нами все измененные с близлежащих кластеров строем ходить будут, даже ползуны. Пока ты валялся, я немного осмотрелся, вон там есть ванна. Ну как ванна, небольшой бассейн. Ты же не будешь стесняться, если я предложу тебе вместе быстренько выкупаться? Одежды тоже завались. На любой вкус.
— Ну куда от тебя деваться, противный, — жеманно проговорил Грубер, махнув рукой. От этого казалось бы несложного жеста, его повело в сторону и он едва не упал. Снегирь только покачал головой.
— Значит, программа минимум: приводим себя в относительный порядок и пробираемся к складам. Там отсиживаемся, пока ты не придешь в себя, а там будем решать, что делать.
Грубер кивнул, соглашаясь с нехитрым и на первый взгляд вполне выполнимым планом.
Пока он валялся в отключке, Снегирь убрал все тела, перетащив их в соседнюю комнату, предварительно сняв все ценное. Это был Улей и любые моральные нормы здесь не работали, поэтому он без сожалений выпотрошил все карманы как явные так и потайные у всех, включая Занозу. Только тело Алии все еще лежало там, где ее оставил Грубер. Когда они проходили мимо, что-то привлекло внимание Грубера. Он остановился и жестом попросил Снегиря подстраховать, пока он присаживался возле тела молодой еще совсем женщины внимательно ее рассматривая, словно пытаясь получить ответы. На ней был надет какой-то восточный полупрозрачный костюм, который практически не скрывал ее прелестей от нескромных взглядов, а на шее, Грубер заметил тонкую золотую цепочку. Которая змеилась по бледной коже и убегала за вырез топа. Не испытывая ничего, кроме некоторого подташнивания, Грубер смял в руке тонкую ткань, едва прикрывающую грудь и рванул ее, обнажая тело полностью.
 
— Хм, — Снегирь задумчиво смотрел на друга. — Я вот сейчас нахожусь в некоторой растерянности: ты это делаешь для чего-то, или у тебя просто крыша окончательно съехала?
— Я это делаю, вот для этого, — пропыхтел Грубер, найдя замочек цепочки и снимая ее с трупа. Подняв цепочку вверх, он продемонстрировал Снегирю свою находку — на цепочке покачивалась небольшая белая жемчужина.
— Ого, — Снегирь округлил глаза. — Интересно, а почему она ее носила, а не сожрала?
— Я, кажется, знаю, — Грубер надел цепочку себе на шею и протянул Снегирю руку, которую тот сжал и рывком поднял его на ноги. — Давай уже помоемся, и я тебе сказку расскажу. А то действительно голяком от элиты убегать придется.
Наскоро вымывшись, рейдеры оделись, выбрав привычный им камуфляж, растолкали трофеи по рюкзакам, и вышли из этого места, ставшего местом кровавой бойни, осквернив тем самым древние стены.
Во время купания, Снегирь долго рассматривал рану на плече Грубера.
— Вот чему я поражаюсь до глубины души, так это регенерации наших тел в местных условиях, — Грубер после этих слов провел пальцами по уже зарубцевавшейся, хотя еще и немного воспаленной, криво зашитой дырке от пули. Хотя дырки на том месте не было, а был толстый красный шрам.
— Да, меня это тоже поражало. Нужно лишь немного помочь организму, и он остальное сделает самостоятельно.
Грубер замолчал, на мгновение прикрыв глаза, принялся вертеть в руке жемчужину, мысленно пытаясь добиться ответа Зины. Так ничего и не добившись, он выбрался из бассейна, и принялся одеваться.
Из дворца выбирались примерно с час. Все еще не верилось, что их противники мертвы, кроме одного, самого большого. Когда они пересекли двор второго двора, Грубер ощутил знакомое покалывание в висках. Потерев правый, он пробормотал.
— Вот теперь я чувствую здоровяка. Он еще не критично близко, но уверенно приближается.
— Предлагаю сделать финт ушами, — Снегирь высунулся из арки ворот и, кивнув, пробежал до первого дерева. На этот раз Грубер не стал разделяться с другом, тем более размеры деревьев позволяли прятаться за ними и вдвоем. — Не идем напролом к дороге, где можем встретиться с громилой, носик к носику…
— Скорее носик к пупку, — усмехнулся Грубер.
— Возможно, — не стал отрицать очевидного Снегирь. — Так вот, мы не прем напролом, а как все нормальные герои идем в обход. То есть, по стеночке до соседнего дальнего кластера, а уже от него огородами до дороги.
— Веди, Сусанин, — Груберу было нехорошо, да еще и близость элитника как обычно била по мозгам, словно и не было этого полугода изнурительных тренировок. И спросить об этом феномене было не у кого, Зина все так же не отвечала.
— Кто такой Сусанин? — Снегирь с тревогой посматривал на Грубера. Близость элиты требовала от него полной сосредоточенности и желательно, чтобы обе руки были свободны. Не то чтобы он рассчитывал справиться с элитой, это был не его уровень, но побарахтаться Снегирь уже вполне мог.
— Ты его не знаешь, — Грубер снова помассировал висок слегка дрожащей рукой. — О, черт, здесь все какое-то извращенное, даже само понятие времени.