"Фантастика 2024-130". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— А если я все-таки попробую? — Снегирь отвел затвор.
— Попробуй, только вот, машина бронированная, но ты все равно попробуй. Ах, да, что-то мне подсказывает, что вы, в отличие от нашей машины, далеко не бронированные.
— Твою мать! — Снегирь опустил ружье на землю и поднял руки.
Грубер быстро соображал, что же делать. Если их сейчас повяжут, то посадят в обезьянник, откуда после перерождения полицейских им никогда не выйти. Они умрут банально от голода и жажды, если, конечно, какой-нибудь особо продвинутый элитник не догадается поискать себе перекус среди временных заключенных.
— Повернитесь к нам спинами! — снова приказал голос.
Рейдеры медленно повернулись, успев обменяться при этом взглядами. По взгляду Снегиря Грубер сразу понял, что просто так тот сдаваться не собирается.
Послышался звук открываемой двери. Снегирь напрягся, а Грубер почувствовал, как на запястье его левой руки щелкнул наручник. Когда же невидимый ему пока полицейский потянулся за второй рукой, Грубер резко дернул руку с надетым наручником на себя. Это было больно, но зато полицейский на секунду растерялся и потерял равновесие, начав заваливаться прямо на спину Грубера. Тогда Грубер потянул сильнее, почти вырывая руку из плечевого сустава, но сумев развернуться. Сильный удар под челюсть отправил молодого совсем мальчишку в полицейской форме на землю, а Грубер добавил ему, стукнув сложенными в замок руками по затылку. После этого он бросил взгляд на машину, в которой в это время кипела нешуточная схватка. Решив, что его вмешательство пока не требуется, Грубер быстро обшмонал бессознательное тело, ища ключ от наручников. Сняв с себя наручники, Грубер сунул их во внутренний карман своей куртки, и только после этого направился к машине, из которой вылез Снегирь.
— Помоги, — кивнул он Груберу, вытаскивая из машины еще одно бессознательное тело.
— Куда их? — Грубер подхватил рослого мужчину лет тридцати на вид за ноги, и они вдвоем потащили его к тому проулку, из которого они не так давно вышли.
— Да вот сюда, — Снегирь первым подошел к мусорному баку и открыл крышку. — Нужно дать парням шанс.
— Шанс на что? — полицейский был тяжелым, и Груберу нужно было поднапрячься, чтобы перевернуть его прямо в бак.
— Если так окажется, что они иммунные, или что один зараженный, то хотя бы у одного появиться шанс выжить, пересидев самое страшное, орда по мусорным бакам почему-то не лазит, — сообщил, переводя дух Снегирь, подводя Грубера к выводу, что молоденького офицера нужно изолировать от его напарника, во избежание, так сказать. Поэтому весивший гораздо меньше чем напарник офицерик полетел в соседний бак, а крышка на нем была тщательно закрыта.
После этого Снегирь подобрал с земли свое ружье и направился к открытой двери машины. С другой стороны к машине подходил Грубер.
Грубер быстро сел на переднее пассажирское сиденье. Снегирь устроился рядом с ним и завел машину ключами, торчащими из замка зажигания.
— И что дальше? — Грубер повернулся к Снегирю.
— Дальше… — протянул Снегирь. — А дальше мы никуда не пойдем. Дальше мы поедем, потому что у нас появилась машина.
— Поедем прямиком из города, или попробуем где-нибудь пересидеть?
— Думаю, что нужно поехать к заводу, — Снегирь развернул машину, и они покатились в сторону даже в темноте виднеющихся заводских труб. — Ночью там если и есть какая-нибудь дежурная смена, то она малочисленна. Вполне нужно найти укромный уголок, чтобы укрыться..
Грубер не ответил, а посмотрел в окно, в которое ничего не было видно, кроме его собственного отражения. Некоторое время Грубер изучал свое лицо, потом зевнул. Завод так завод, нужно только сначала убедиться, что там достаточно безопасно, и можно где-нибудь переждать эту надвигающуюся бурю.
  
Глава 16
 
Городок был небольшим, но его улочки оказались настолько запутанными, часто заканчивались тупиками, а то и сворачивали в совершенно немыслимые стороны, что ехавшие на полицейской машине по этим улочкам в темноте ночи рейдеры быстро заблудились, что существенно увеличило дорогу к заводской зоне городка. Наличие машины добавляло скорости и комфортабельности их передвижению, но когда рейдеры проезжали по очередной улочке, то оценили то, о чем им говорили старожилы — шум работающего двигателя привлекает тварей больше, чем запах свежей крови. Как оказалось, от начальных изменений полицейских, которые сейчас отдыхали в мусорных баках, отделяли минуты. Или им повезло, и они оба оказались иммунными, а изменения начались раньше, но остались стражами порядка не замеченными. Рассуждать об этом можно было бесконечно, но Грубер в последнее время не любил рассуждать. Он просто жил одним днем, не слишком задумываясь о будущем. Началось это в ту самую минуту, когда Грубер посмотрел на свою трясущуюся руку и понял, что любой стаб для него отныне закрыт в плане пмж.
 
Он довольно равнодушно смотрел на тормозных пустошей, которые могли только провожать их голодными взглядами. К счастью изменения только начались и рейдеры не увидели даже бегунов, которые могли догнать машину, и привлечь этой погоней тварей пострашнее.
На центральной площади кого-то ели. Пять или шесть пустошей сидели на коленях возле недвижимого тела и урча так, что их было слышно даже в работающей машине, удовлетворяли свой теперь уже бесконечный голод. Грубер отвернулся, а Снегирь вдавил газ в пол, чтобы побыстрее проехать это место. Но подобных картин они увидели немного: не потому что, в этом кластере иммунных было больше, чем зараженных, а потому, что не все улицы были освещены фонарями.
Иногда кто-то из медляков забредал на дорогу и неожиданно появлялся в свете фар прямо перед капотом. В эти мгновения Снегирь тормозил так, что тормоза визжали, а затем, матерясь, объезжал эту преграду. Наконец они сориентировались и выехали на прямую улицу, ведущую к заводской зоне.
— Чтобы я еще хоть раз ночью через новый кластер на машине поехал, — проворчал Снегирь, когда они въехали на территорию завода.
— Не зарекайся, — посоветовал Грубер, выбираясь из машины и на всякий случай заряжая свой автомат.
— Тебе легко говорить, а когда эта тетка в фарах стояла, я чуть не обделался, — Снегирь последовал примеру Грубера и передернул затвор своего ружья, поставив его на предохранитель.
— С тобой тогда было бы не слишком приятно ехать, но при выходе из машины, ты бы сошел за своего, — хмыкнул Грубер, намекая на то, из-за чего пустоши в итоге теряли штаны.
— Ха-ха, очень смешно, я оценил, — Снегирь быстро осмотрелся. Стоянка для машин была пуста, никакого постороннего движения на территории, хорошо освещенной, к слову, не наблюдалось. — Похоже, что я прав. Здесь или никого нет, или очень небольшое количество дежурных. Забаррикадируемся и переждем, когда станет относительно безопасно. У нас жратвы-то хватит?
— Должно, но я предлагаю не рисковать, а сразу же найти местный буфет, пока еда в холодильниках еще съедобная.
— Голова, — протянул Снегирь и они, негромко рассмеявшись, направились к проходной, чтобы через нее пройти внутрь завода, выбрать себе место побезопаснее и окопаться там на пару дней.
Пока рейдеры искали буфет, то никого по дороге не встретили. Все изменилось, когда они вышли в коридор, ведущий прямиком к дверям буфета. Недалеко от двери лежал полуобгрызанный мужик, а с десяток медляков стояли плотным кольцом возле двери и пытались в нее войти. Даже для того, чтобы попробовать дверь выбить, мозгов у зараженных не хватало. Они тупо напирали друг на друга, и Грубер понял, что, может и не скоро, но им удастся войти, потому что они эту дверь просто выдавят к чертям собачьим.
Снегирь посмотрел на Грубера и кивнул на угол, из-за которого они только что вышли. Действительно, необходимо было решить, что же делать дальше. Они осторожно спиной вперед вышли из зоны видимости медляков, которые не обращали на мужчин никакого внимания, продолжая выдавливать дверь.