"Фантастика 2024-130". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Попробуй с кем-нибудь переспать, — рассеянно ответил ей Грубер, прикидывая, пойти за Анной, или она взрослая девочка и сама справится с походом за вещами. — Поверь, ощущения будут у тебя на порядок выше.
— С тобой? — Зина задала вопрос спокойно, словно это было самое обычное дело.
— Нет, не со мной, — Грубер покачал головой. — Я слишком долго делил с тобой свою голову, чтобы у меня встал. Я же постоянно буду испытывать ощущения, что пытаюсь трахнуть самого себя, в крайнем случае ближайшую родственницу, сестру, например. Так что, у нас просто не получится провести этот эксп… — он не договорил, потому что со стороны бара внезапно раздались очень знакомые звуки. Сердце совершило кульбит, и Грубер бросился к входу в здание, где совсем недавно скрылся Снегирь. Почему-то его посетила тупая уверенность, что раздавшиеся только что выстрелы, непосредственно связаны с его другом.
  
Глава 13
 
Грубер добежал до приоткрытой двери, ведущей в бар, первым, опередив Зину на несколько метров. Ворвавшись внутрь полутемного помещения, он на мгновение застыл на месте, глядя на лежащего ничком на полу Снегиря, из-под тела которого расползалась кровавая лужа, но быстро пришел в себя и опустившись на колени перед другом, очень аккуратно перевернул того на спину. Снегирь застонал, и Грубер слегка откинулся назад, прикрыв глаза, не сумев сдержать стон облегчения, потому что он на мгновение подумал, что Снегирь мертв. Поднявшись, он подсунул руки под тело Снегиря и с трудом поднял, чувствуя, как протестующе заныли мышцы и напряглись связки, не ожидавшие подобной нагрузки. Положив его на стол, Грубер перевел дыхание и вытянул вперед руку, отметив, что пальцы слегка подрагивают. Но ждать слишком долго было нельзя, необходимо определить характер ранения и приступить к оказанию помощи, поэтому Грубер приказал себе успокоиться, и принялся раздевать Снегиря, время от времени просто разрезая одежду, чтобы не тревожить раны, которые пока еще не были ему видны.
Когда на Снегире остались штаны, раздевание прекратилось, потому что в полной обнаженке Грубер не видел смысла. Он подтащил к себе рюкзак и принялся в нем копаться, вытаскивая анисептики, бинты и набор для ПХО, который он чисто автоматически сунул в сумку, когда потрошил аптечный склад в больнице. Это было действительно произведено на автомате и пока Грубер, натянув перчатки, убирал с кожи Снегиря кровь, которая мешала ему как следует рассмотреть раны, то он не удержался и пробормотал.
— Хорошо, что автоматически бланки расходки с собой не потащил. Вот же твари, — наконец ему удалось добраться до ран, и он не удержался и выругался. Всего в Снегиря попали трижды, и все бы ничего, для Стикса эти ранения не были смертельны, вот только находились они на значительном расстоянии друг от друга, и Грубер просто физически не мог даже просто пережать их все одновременно, чтобы уменьшить кровотечение, не то что начать заниматься ими более серьезно.
— Тебе помочь? — раздавшийся из-за спины голос Зины заставил Грубера зарычать.
— А ты как думаешь? Перчатки надень, протри и пока держи вот эти дырки слева на груди и боку. Я пока третей займусь.
— Зачем мне перчатки? — Зина, тем не менее, натянула предложенные предметы и пару секунд рассматривала обтянувшую ладони резину. — Он не сможет мне ничем навредить, даже если болен.
— Да это чтобы ты ему ничего не занесла, откуда я знаю, может ты после туалета свои грабли не обмываешь, а почему нет, это же не навредит тебе, — повысив голос на последней фразе, Грубер явно передразнивал Зину, которая поджала губы, отобрала тугие тампоны, которые Грубер быстро и норовисто свернул, и прижала к кровоточащим отверстиям в теле лежащего перед ней мужчины.
Грубер, получив в свое распоряжение обе руки, начал ревизию первого ранения.
Пуля была в ране и довольно глубоко. К счастью, петли кишечника повреждены не были, и Грубер быстро вытащил ее, бросил на стол и довольно долго проводил ревизию, стараясь ничего не пропустить, и только после этого принялся зашивать отверстие. В этот момент Снегирь очнулся и сильно дернулся, застонав.
 
— Больно, — прохрипел он, а Зина крепко держала его, не давая шевелиться, пока Грубер в спешном порядке замешивал спек.
— Я знаю, дружище, потерпи немного, — приподняв голову Снегиря, Грубер выпоил другу немного наркоты, которая притупила боль и дала ему возможность закончить с раной. Чтобы хоть немного отвлечь Снегиря от происходящего с его телом, Грубер решил немного поговорить, да и заодно выяснить пару моментов. — Кто в тебя стрелял, и зачем этот кто-то в тебя стрелял?
— Не знаю, — Снегирь говорил отрывисто, потому что боль прорывалась даже сквозь дурман спека. — Он спускался по лестнице, когда я вошел. Мне казалось, что на жилом этаже только мы комнаты занимаем, вот я и попытался выяснить, а не от нас ли данный экземпляр чешет? Помнишь, как нас бомбанули, ну, там еще Радистку голую прямо из душа извращенец какой-то прихватил с собой, которого ты в итоге успокоил? — Грубер кивнул, хотя из такого положения Снегирь его не видел. — Я просто спросил, откуда он такой красивый нарисовался, а тот сразу палить начал. Я даже сообразить, что происходит, не успел. — Язык заплетался, и сформулировать мысли было трудно, но, в голове Снегиря промелькнула мысль, что он-то не Грубер, который под спеком сам себе полостную операцию когда-то делал, а раз так, то можно и расслабиться, лишь бы боли больше не было.
— И куда делся стрелок? Мы его не видели, выходящим из этой дыры, — Снегирь приоткрыл закрывающиеся глаза, когда сквозь поглощающий его без остатка жар, почувствовал, как на полыхающий лоб легла восхитительно прохладная ладонь, а женский голос с легкой хрипцой из-за начавших перестраиваться когда-то связок, задал этот вопрос. До замутненного разума донесся отголосок боли, сконцентрированной где-то в боку, а затем эта боль отошла на второй план, остался лишь образ женщины, склонившейся над ним. Вместо того, чтобы ответить на заданный ею вопрос, Снегирь протянул.
— Какая ты красивая, — и попытался пьяно улыбнуться.
— Что с ним? — Зина повернулась к Груберу и нахмурилась. — Он бредит?
— Мы бредим большую часть нашей жиз-ни, — Грубер произнес последнее слова по слогам, потому что в это время вытаскивал последнюю пулю из тела Снегиря. — А он сейчас находится под сильной и ни хрена не очищенной наркотой. Как ты думаешь, может ли Снегирь сейчас мыслить здраво? — Грубер бросил зажим на стол и вытащил стерильный шовный материал, ловко надевая нитку на иглу, которую в свою очередь захватил иглодержателем. — Вот очухается, и узнаем, что он имел в виду, называя тебя красивой, и куда делся его чуть-чуть промазавший убийца. Хотя в одном он точно прав, тело, которое ты облюбовала — очень красивое.
— Я не выбирала его специально, если ты не помнишь, как именно все произошло, — Зина надулась, но тут же переключила все свое внимание на Снегиря, с задумчивым видом проводя по его лбу кончиками пальцев, отмечая, что тот под ее прикосновениями успокаивается.
— Честно? — Грубер наложил последний шов и щедро плеснул на раны живчиком. После этого принялся собирать инструменты, предварительно их вычищая, используя все тот же живчик. — Я вообще плохо помню, что происходило на тех идиотских кластерах, настолько мне было херово от твоего присутствия в моей башке.
— Ну одно-то ты помнишь очень даже хорошо, можешь не отрицать, в тот самый момент я все еще находилась в твоей башке, кажется, наш симбиоз ты именно так называешь, поэтому прекрасно знаю, что произвело на тебя такое сильное впечатление, — Зина приподняла голову Снегиря и, поддерживая ее, принялась аккуратно поить его живчиком.
— И что же я так сильно помню, что это пересилило твое влияние в самом конце нашего совместного существования? — Грубер очень осторожно уложил инструменты в рюкзак, закрыл его и только после этого повернулся к Зине, прищурившись, глядя на нее в упор.
— Ты помнишь гибель этой нелепой девчонки, Занозы, — Зина не стала отводить взгляд, как сделала бы на ее месте любая другая женщина. Их взгляды скрестились, и Груберу показалось, что послышался звук, как будто это скрестилась сталь. — Признайся, эта гибель произвела на тебя даже большее впечатление, чем осознание того, что Снегирь может быть следующим.