Варлорд (СИ)
Бар расположен в правой части зала и предлагает неплохой выбор алкоголя. В левой части комнаты есть несколько бильярдных столов, дартс, неработающий сейчас музыкальный автомат, а также небольшая сцена. Столы и стулья сделаны из прочного дерева, с удобными подушками, на которых расположилась целая орава посетителей. Место явно пользуется популярностью. С развлечениями на базе грустно, так что немудрено. Атмосфера царит расслабленная, офицеры болтают и смеются.
Поскольку я заранее всё разузнал и заглянул сюда, чтобы застолбить столик, нас уже дожидается уютное местечко в глубине зала. С благодарностью киваю бармену и веду рыжулю за собой.
Как сообщила мне Саманта, на базе у рядовых нет собственного клуба, а начальство не хочет, чтобы те бухали втихомолку, били друг другу лица и закономерно попадали на “губу”. Важность же возможности спустить пар в текущих экстремальных условиях генерал прекрасно понимает. Поэтому офицерам пришлось потесниться. Дважды в неделю в соответствие с определённым графиком простые солдаты, не несущие вахту, могут воспользоваться клубом, чтобы пропустить пивка с друзьями. И только пивка, поскольку крепкий алкоголь им не продают.
Сегодня как раз такой день.
Меню тут, конечно, не три звезды Мишлен, но орешки и чипсы всё ещё в наличии. Берём по бутылке пива, Тай одобрил бы, и садимся друг напротив друга.
— Первый день на базе, и уже получил доступ в святая святых, — от улыбки в уголках глаз Хейли появляются гусиные лапки.
— Видишь, мои таланты на ранчо были преступно недооценены.
— Вижу. За заслуженное признание, пусть и запоздалое, — девушка со звоном чокается бутылкой о мою собственную.
Отхлебнув, я немного теряю весёлый настрой и говорю:
— Мы так давно не виделись. Честно говоря, не был уверен, что вам удалось спастись в ту ночь. Как ты держишься?
Мисс Веснушка опускает взгляд и водит пальцем по этикетке бутылки. Её голос напряжён.
— Знаешь… было тяжело, но нам удалось выжить. Это самое главное. Мы ехали до самого рассвета. Вначале в сторону Рашвилла, но там царила какая-то вакханалия. Так мы потеряли Фила и Хосе. Еле вырвались из города. Отец решил добираться в Чадрон, и нам повезло. Они приняли нас и всех остальных беженцев, и с тех пор мы живём здесь.
— Я рад, что вам удалось найти безопасное место. Как тебе здесь живётся?
— Неплохо, с учётом всех обстоятельств. Поначалу было много паники, криков и ругани, — она поджимает губы, — но генерал навёл порядок. Нам поручают разные задачи, готовку на кухне, уборку базы и всякое такое. Я помогаю в лазарете — много раненых — сам понимаешь. Бывает непросто, но, по крайней мере, у нас есть крыша над головой, и нам больше не нужно беспокоиться об этих монстрах. Солдаты стараются нас защитить.
— Рад это слышать. А твой отец? Как он поживает?
— Он держится, но не становится моложе, — Хейли грустно улыбается. — Потеря ранчо его подкосила. Дело всей его жизни. То, что начинал ещё мой прадед, — Она печально вздыхает. — К тому же у него проблемы со здоровьем, а местные врачи физически не могут предоставить нужное лечение. Мы… справляемся.
— Чёрт, мне жаль. Я могу чем-нибудь помочь?
— Честно говоря, на данный момент я просто рада увидеть знакомое лицо, — моя собеседница несмело улыбается. — Мне было одиноко и страшно, особенно в тот день, но ты помог, и я никогда этого не забуду.
— Да брось, — давлю ухмылку, — разве Егерь мог упустить шанс покрасоваться. Захваченное ранчо, опасные монстры и храбрый стрелок на фоне полной луны.
— Вообще-то было новолуние, — со смешком произносит Хейли. — А храбрый стрелок оказался конюхом.
— Неожиданный герой, — киваю я, — тёмная лошадка, почти аутсайдер. Всё по законам жанра.
— А тёмная лошадка умеет танцевать? — склонив голову набок, спрашивает рыжуля.
В этот момент на сцену выходит… Саманта Армстронг и один из её ребят. Тот, что тащил гранатомёт. Он присаживается с акустической гитарой на стул и начинает наигрывать быстрый мотивчик. Вскоре голос мускулистой, покрытой шрамами женщины, заполняет зал. На удивление приятный и хорошо поставленный, с лёгкой хрипотцой.
♪ You're a heartbreaker
Dream maker, love taker
Don't you mess around with me[2] ♪
Чувствую прохладную ладошку, и вот уже меня тащат на очищенное от столов пространство. Танцует Хейли активно и с полной отдачей, как и всё, что она делает в этой жизни. Не отстаю и я.
Ещё несколько композиций, и певица берёт паузу. Она вместе с музыкантом подходит к нам, чтобы обменяться парой слов, но завязывается разговор и дочка Кормака приглашает их подсесть к нам.
Мы обмениваемся историями, гремим бутылками и хрустим чипсами. В голове слегка тяжелеет, а тело расслабляется. Когда дамы уходят припудрить носики, неожиданно для самого себя спрашиваю у громилы с гитарой.
— Откуда у Саманты столько шрамов?
Слишком они старые, чтобы быть результатом столкновения с монстрами Сопряжения.
Вероятно, виновато подпитие, потому что её спутник отвечает, вместо того, чтобы послать меня.
— Мамаша у Сэм была религиозная и напрочь ебанутая. Много правил, много заповедей. Любое нарушение — это грех, а грехи она ненавидела и делала всё, чтобы очистить от них дочурку.
Собеседник изображает ножом надрез, а потом трясёт башкой и добавляет:
— Забудь.
Мне хочется поскорее выкинуть эту историю из головы, но, к сожалению, я кое-что знаю о дерьмовых родителях.
Мы проводим ещё час в компании солдат, пьём и танцуем. В какой-то момент Хейли предлагает показать мне своё место работы. Почему-то мне кажется это хорошей идеей.
Лазарет занимает двухэтажное здание, стоящее наособицу. У девушки есть ключ от задней двери, и мы тихонько проникаем внутрь. На первом этаже расположены раненные, второй — сейчас пустует. Однако дочка Кормака тащит меня ещё выше. Через технический люк мы попадаем на покатую крышу, и вскоре любуемся звёздами.
— Расскажи о себе, — произносит Хейли, — а то мы всё обо мне да обо мне. Как ты справляешься со всем, что происходит?
Я обрисовываю в общих чертах картину того, как возглавил форпосты, и трудности, с которыми пришлось столкнуться.
— Даже не представляю, насколько сложно управлять такой оравой паникующих людей, — замечает она.
— Пришлось учиться. Больше было некому. Честно говоря, это настоящее испытание. Ответственность ударила по мне, как физически, так и ментально.
Возможно, алкоголь, а, возможно, просто уединённая обстановка. Мне хочется говорить искренне, даже если это вещи, в которых я никому обычно не признаюсь.
— Могу себе представить. Должно быть, сложно всё это сбалансировать?
— Так и есть. Иногда кажется, что вес всего мира лежит у меня на плечах. Приходится напоминать себе, что я сам на это подписался. Никто меня не тащил в лидеры. У меня отличная команда, и это очень помогает. А ещё, знаешь, — я запрокидываю голову наверх. — Это всё стоит того, когда вижу живое подтверждение. Всё хорошее, что мы делаем, имеет непосредственное влияние на людей. Недавно я нашёл кучу консервированных фруктов. Вроде мелочь, да? Их раздали детям, и знала бы ты в какой восторг это привело этих оболтусов.
— Могу представить. У них так мало поводов для радости, что даже такая мелочь способна всё изменить.
Хейли смотрит на меня и молчит, а потом добавляет охрипшим голосом:
— Знаешь, ты мне всегда нравился.
— Знаю, — ухмыляюсь и ловлю её взгляд.
— У-у-у, охламон, — хмурит бровки девушка.
— Ага, — киваю.
И целую её.
[1] https://ru.wikipedia.org/wiki/Magic_8_ball
[2] Pat Benatar — Heartbreaker.
Глава 25
Губы Хейли, мягкие, горячие, отвечают на поцелуй. Вначале робко и неуверенно, но через миг её ладонь касается моей щеки. Я запускаю руку в её пышные волосы и прижимаю затылок к себе. Она подаётся вперёд всем телом. Дышит шумно и страстно.