Европейские каникулы (СИ)

Напряжение в мужчине нарастало в геометрической прогрессии и, чтобы хоть как-то прийти в себя, он подошел по доскам к самому краю и попытался сосредоточенно закинуть удочку.
День был просто чудесный, солнце ощутимо припекало, и стоящий на мостике Дерил снял с себя футболку, оставшись в одной, небрежно расстегнутой рубашке.
Он косился на порхающую вокруг него Бет, благо челка позволяла, зарос как чудище лесное, невольно вспоминая диснеевский мультик про красавицу и чудовище. Роли он, естественно, распределил соответствующим образом.
Когда крючок с наживкой ушел под воду, Бет подошла к краю и села опустив ноги вниз к воде.
Оторвав взгляд от расходящихся кругов по зеркальной глади озера, Дерил скосил глаза вниз на девушку и едва удержался, от того чтоб не послать все к черту.
Он и так чудеса выдержки проявляет, Бетти могла бы и помочь ему в этом.
Но нет!
Проклятая девчонка делала все, чтоб вывести его из равновесия.
Он точно помнил, что когда встретился с ней у входа, она была одета.
Конечно, ее развевающийся, на по-летнему теплом ветерке, сарафанчик с разрезами по бокам, от которого у Дерила чуть не случился сердечный приступ, на его взгляд сложно назвать соответствующей одеждой, но, бля, он не шел ни в какое сравнение с тем, что было на ней сейчас.
Потому что на ней не было, бля, никакой одежды!
Какие-то лоскутки ткани вверху и внизу в расчет можно не принимать!
Комплект, умопомрачительный льняной комплект брендовой, кстати, одежды из широкого топа и коротеньких шорт с высокой талией, а-ля пятидесятые, который только вчера был куплен, и куплен исключительно из расчета очаровать… Нет, просто свести с ума мистера Диксона, по мнению этого самого мистера Диксона, приличной одеждой считаться вообще не мог.
Во всяком случае, он бы на месте Бет, рядом с самим собой, такое точно бы не надел. Во избежание.
Бет же подняла свои глазки, улыбнулась, и Дерил мог поклясться, что в ее глазах было кокетство чистой воды, и спросила:
— Вам нравится, мистер Диксон?
У мистера Диксона во рту случилась засуха, засуха в пустыне Мохаве. Не зная, что сказать, чтоб не матерно, он только промычал:
— Угу.
— О, это здорово, что вам нравится, я старалась, — ответила девушка и, склонив голову на бок, опять улыбнулась. Широко и радостно.
Ее ответ вогнал Дерила в ступор.
Старалась? Она старалась? Для чего? Для кого? Для него?
Что она имела в виду, говоря это?
Размышляя над этим вопросом, он завис как старый комп.
И подвис, походу, серьезно, потому как из прострации его вывел девичий голос, раздающийся непосредственно в ухо:
— Клюет, клюет, ну подсекайте и вытягивайте, вытягивайте.
Очнувшись, он вытянул форельку и, сняв ее с крючка, опустил в протянутое девушкой ведро.
Не зная, как успокоиться и побыть немного в одиночестве, он не придумал ничего лучше, чем, сославшись на яркое солнце, лучи, радиацию и всю остальную хрень, отправить девушку под холщовые своды беседки.
Бет сначала хотела обидеться, но в голове тут же пронеслась мысль о том, что она — дуреха, он же прав, необходимо соблюдать меры предосторожности, солнце все таки, а у нее такая белая кожа.
Порывшись в рюкзачке, она вытащила тюбик с кремом и методично начала смазывать оголенные участки кожи. Смазав все, до чего смогла, извернувшись, дотянуться, она подошла к мужчине и, после того, как очередная рыбка плюхнулась в ведерко, протянула ему крем и повернулась спиной.
— Вы абсолютно правы, мистер Диксон, блондинкам вроде меня действительно нужно помнить о солнце, не могли бы вы смазать мне спину?
Руки Дерила жили отдельно от головы и каких-либо мозгов, потому что чуть опомнился он, когда уже открученную крышку тюбика сунул в карман джинс и выдавливал крем на ладонь.
Пытаясь сдерживать в себе рвущегося наружу зверя, он призывал себя к рассудку, заставляя легкими движениями и как можно быстрее нанести крем и перестать касаться нежной кожи девушки.
Но руки были коварны.
Они позволяли себе дотрагиваться до нее там, где уже, собственно, и не требовалось. Например, в районе талии. Проходились по худенькому животику, опускаять чуть ниже, практически забираясь за кромку шорт.
 
Поднимались выше, в легкому, так быстро снимаемому бюстику… Буквально в одно движение…
Неимоверным усилием воли он отнял ладони от ее тела в самый последний момент, потому как еще пара секунд, и они проникли бы под лиф и накрыли грудь девушки, сжимая и поглаживая пальцами.
Отдав тюбик с кремом, он попытался сосредоточиться на рыбалке, но маячившая вокруг него блондинистая фигурка, как назло, отвлекала его мысли от рыбы.
С другой стороны, еще пара рыбешек, и надо будет заниматься огнем, и тут Дерилу пришла в голову чудесная идея.
— Бет, — позвал он девушку, — подойди сюда.
— Да, мистер Диксон, чем-то помочь?
— Хочешь порыбачить, а я пока займусь углями?
— О, с удовольствием!
В голове у Бет пронеслась мысль о том, что мистер Диксон прочел ее мысли и уступил ей спиннинг из чистой вежливости, ну кто захочет возиться с костром, когда можно смотреть на прекрасный вид озера, на чудесные порхающие яхты и замок Поссенхофен!
Диксон же обрадовался тому, что девушка теперь крепко пришпилена к одному месту и не сдвинется дальше метра оттуда, а благодаря этому он сможет развести огонь, подготовить рыбех и, самое главное, привести мысли и тело в порядок, потому как кровь в нем кипела, а из ушей только что пар не шел из-за ее близости и такой наивной дурости.
Только начав успокаиваться и трезво видеть окружающую его картинку, Дерил услышал тихий плеск воды, как будто в воду что-то уронили.
* * *
Так и было, уронили в воду … Бет, вернее, Бет уронилась в озеро самостоятельно!
Подлетев к краю мостика, он увидел вынырнувшую девушку, в руке которой был зажат сачок.
Спиннинг был на месте, так сказать, продолжал ловить рыбу на автопилоте, так как был закреплен в специальных пазах на перилах мостка.
Вид у Бет был немного смущенный, но абсолютно не испуганный и не утопающий.
Она лучезарно улыбнулась, когда Диксон опустился на колени и протянул ей обе руки, молча предлагая воспользоваться его объятиями, чтобы вылезти из воды.
Она подплыла поближе, закинула сачок на деревянный пол мостков и, как русалка, манящая к себе неосторожного путника, протянула руки Дерилу.
Он выхватил ее из воды и, поднявшись на ноги, прижал к себе.
Ощущения от ее мокрого дрожащего тела в его руках были до безумия приятными.
Отпускать девчонку совершенно не хотелось, и у Дерила мелькнула, уже в который раз, совершенно тупая мысль, что он может во так вот, запросто, утащить ее прямо на плече, сначала в беседку, потом в номер, а потом в самолет и к себе на ранчо.
Присвоить навсегда.
Чтоб жила с ним, спала с ним, готовила ему еду, рожала ему детей…
Дикие, неандертальские мысли!
Особенно в сторону европейской девчонки, с их процветающей толерантностью.
Такое могло сойти для какой-нибудь простой, как и он сам, девчонки из Джорджии, но не для немецкой фройляйн Бетти, делающей карьеру в туристическом бизнесе в Мюнхене.
Не для нее это все.
Даже и думать не стоит.
Бетти не пыталась выбраться из его рук, доверчиво прижавшись, и, как всегда, ни хрена не осознавая, что она с ним делает.
— Я,наверное, распугала всю рыбу… — прошептала девушка.
— Да забей, несколько штук все равно уже пойманы, а больше нам и не съесть. Ты скажи лучше, за кем или за чем в воду нырнула, купальный-то сезон закрыт уже? — слегка придя в себя и ухмыльнувшись, тихо спросил Диксон.
— Так неловко вышло, я сачком хотела выловить из озера пустую пластиковую бутылку, мусор ведь, а это озеро, — пролепетала Бет.
— Ну че, молодца, дотянулась хоть? — спросил Дерил, все еще не в силах оторвать от нее руки, продолжая прижимать к себе.
— Ага, там в сачке.