Измена. Я отыграюсь! (СИ)

Клуб этот, который начинался именно как карточный, потом разросся, обрастая бильярдом, потом рулеткой, наконец, пошлыми игровыми автоматами, пережил эпоху расцвета, период закрываний и непущаний, и теперь жил обычной клубной жизнью: выпивка, танцы, обжиманцы и сохранивший официальный статус бильярд. Но свои знали, что здесь по-прежнему не только шары катают и водку пьют. Что здесь, как и в прежние годы, можно сесть за карточный стол и выиграть или проиграть деньги. Иногда очень большие.
Меня здесь наверняка помнили, хоть появлялась я в клубе в последний раз уже довольно давно. Это было хорошо. Появились новички, которые не воспримут меня всерьез. Поначалу, по крайней мере. Оставалось подготовиться. Оделась я так, чтобы внимание тех, кто сядет со мной за покерный стол, нет-нет да ускользало куда-то в область моего декольте. Ну или задерживалось на колене в приоткрывшемся разрезе юбки. Прокрутившись перед зеркалом в дверце старенького шифоньера своего съемного пристанища, я сунулась ближе, чтобы проверить, как себя ведет тушь на ресницах и ровно ли легла помада… И ровно в этот момент, когда я была полностью готова, пришло сообщение: заказанное мною такси уже ждет у подъезда. Это показалось хорошим знаком. Да и редко меня подводившее в деловых вопросах чутье (такое бы в личной жизни!) подсказывало: меня ждет удача. Вот без вариантов!
В клубе было шумно. Но все это: и громкая музыка, и толчея массы разгоряченных человеческих тел — осталось позади, когда молчаливый громила пропустил меня туда, где самыми громкими звуками были перестук кубиков льда в бокалах с виски и треск вскрываемой колоды.
Я шагнула к покерному столу… и замерла, наткнувшись взглядом на сидевшего чуть в стороне, в глубоком, обитом кожей кресле Стаса Смирнова.
  
Глава 8
 
Глава 8
Стас действительно отлично выглядел: похудел, из-за чего его обычно округлое моложавое лицо стало суше и как-то, что ли, острее. А еще загорел, и даже волосы высветлились прядями так, как бывает, когда человек подолгу на солнце без головного убора торчал. Одно слово: отпускник!
Стас тоже уставился на меня во все глаза, даже как-то подался вперед, будто бы намереваясь встать, но я отвернулась, разрывая зрительный контакт и…
И, зараза такая, ровно с этого момента все у меня пошло не так! Первые робкие выигрыши, сменились чередой столь же мелких неудач. Это затягивалось, даже не намекая, а буквально вбивая мне в голову очевидное: не твой день, не играй дальше или хоть не ставь по-крупному. Но ведь был знак в виде приехавшего вовремя такси! Да и вообще должно же повезти в карты, если не везет в любви!
— Пойдемте потанцуем, — внезапно возникший рядом Стас Смирнов выдернул из моих предательски дрожащих пальцев сигарету, которую я зачем-то выклянчила у кого-то из присутствующих, от нервов запамятовав, что уже лет пять как не курю. Максиму не нравилось, и я… — Пойдемте! Отличный способ перебить череду неудач, которая у вас что-то слишком сильно затянулась, Елена Георгиевна.
— Чего не скажешь о вас, Станислав Дмитриевич. Весь офис только и гадает, на каких морях-океанах вы так загорели, — я вложила свою руку в его и двинулась следом, четко понимая: он прав, давно пора прерваться.
Охранник было заступил нам дорогу, этим своим движением показывая, как много я на самом деле проиграла, но мой спутник только сощурил глаза, вскидывая подбородок… и парень, который был почти в два раза больше, отступил чуть ли не с поклоном. Как все-таки хорошо быть не мной, а господином Смирновым…
— Морей и океанов, увы, не было. Был юг материкового Китая, большая стройка, за правильным началом которой, увы, пришлось следить лично, и жара под сорок. Никому не посоветую. Ммм… А у меня тоже есть вопрос. Не могу не полюбопытствовать: где ваше обручальное кольцо? — неожиданно сменивший тему Стас смотрел в упор, благо сейчас был со мной, воздвигшей себя ради похода в клуб на высоченные каблуки, почти что одного роста.
 
Я отвернулась, пряча вспыхнувшую боль, которую этот тихо подкравшийся ко мне хищник — слишком внимательный и слишком чуткий — наверняка бы уловил. Понятно, что объяснять ничего не хотелось, так что я лишь буркнула:
— Было и сплыло.
Стас естественным движением, в танце, притянул меня совсем близко, но, кажется, на самом деле только для того, чтобы, шепнуть мне в самое ухо:
— Видимо, так же, как деньги, которыми вы сегодня швырялись так, будто гуляли на все и последний раз в жизни?..
— Видимо…
— И что же скажет вам об этой незадаче ваш муж, чье колечко с вашего пальчика странным образом исчезло? Тоже проиграли?
— Уже ничего не скажет.
Меня заколотило. В том числе и потому, что Стас сейчас еще и выставил меня какой-то, что ли, приживалкой, которая шиковала на деньги мужа. С другой стороны — это же абсолютно нормально, что именно мужчина покупает своей женщине обручальное кольцо. Работает, чтобы накопить на какое-то подороже и покрасивее, копит на свадьбу, если не имеет средств зажечь сразу широко и так, как хочется… Это у нас с Максом все шиворот-навыворот. Не он, а я была в семье главным добытчиком. И в итоге у нас все развалилось. Неужели из-за этого? Неужели на самом деле причина того, что Макс начал мне изменять, в том, что я зарабатывала больше него? Что рядом со мной он чувствовал себя ущербным, неудачливым, вторичным. Не мужчиной и главой семьи, как это и было положено в традиционных семьях, а…
— Ничего он уже не скажет! — в запальчивости повторила я и с вызовом уставилась на Стаса.
Он засмеялся:
— Вы его убили? Пронзили острой сталью его черное сердце?
— Нет, не пронзила…
Видимо, я сказала это как-то так, что Стас даже притормозил, перестал кружить меня и теперь лишь покачивал в ритме музыки, при этом не сводя своих очень внимательных, каких-то именно что цепких глаз с моего лица. Пальцы его правой руки, сразу показавшиеся очень горячими, крепко сжимали мои — ледяные, в то время как левая ладонь по-хозяйски умостилась на талии, прикрытой лишь тонким шелком черного коктейльного платья.
— Кажется, из-за своей поездки я что-то пропустил? Вы?..
— Я в разводе, Станислав Дмитриевич. Буквально со вчерашнего дня.
— И сразу пустились во все тяжкие?
— По совету друзей…
— Купили автомобиль «Москвич» последней марки?
— Мне, конечно, рекомендовали поймать адреналиновую волну, но даже для меня «Москвич» — это слишком большой экстрим.
— Значит, волну… Вы правы, иногда это… полезно. Ммм… Тогда не хотите ли продолжить?
— В смысле?
Почему-то в первый момент показалось, что это о танце, в который Стас меня вовлек почти насильно. Как и в самую первую нашу встречу… Или все-таки нет? Что он имеет в виду? Что — продолжить?
— Я предлагаю вам еще одну партию, Елена Георгиевна. В карты.