Барон

– Согласен, док, – с улыбкой подтвердил парень, заразившись от медика хорошим настроением, – согласен.
* * *
На нижний уровень они отправились вчетвером. Миха был в своем рабочем скафе, друзья надели отремонтированные техником скафы. Зэо остался в своем комбинезоне. У каждого из них был станнер, а Монс и Олос прихватили еще и по игольнику. Зэо провел их на нижний уровень всего за двадцать минут и всего с одной пересадкой на лифте. Когда дверь лифта разошлась и они вышли из него, Миха почувствовал смрадный и холодный воздух, изо рта повалил пар. Здесь не было ни движения техники, ни летательных аппаратов, ни прохожих. Освещение тоже было совсем слабым, вокруг стоял полумрак. Зэо уверенно повел команду в сторону обиталища бандитов. Пройдя всего минут пятнадцать, боец остановился и сказал, указав в сумрак рукой:
– Вот там мы обитаем.
– Точнее, – произнес Олос.
– В том блоке, который левее, с красной дверью Гинош обитает, а мы в том, что с черной дверью, где еще белый круг нарисован.
– Хорошо, – согласился Олос, – ты все помнишь? – обратился он к Зэо.
Тот кивнул.
– Тогда вперед, и без самодеятельности. А ты, барон, просто подстрахуй нас и никуда не лезь!
Они подошли к жилому блоку с красной дверью, а Миха занял место напротив черной двери. Все прошло быстро и бесшумно, если не считать скрипа механизма открывающейся двери. Буквально через минуту из жилого блока появился Зэо со станнером на изготовку и прошел в другую дверь. Вскоре он выскочил и, подойдя к Михе, произнес:
– Анен там… и с ним все плохо, они его избили… – Губы Зэо тряслись. – Он еле живой, барон, помогите ему.
– Позже с ним будем разбираться, – резко становил его Миха, – позже.
Из дверного проема появилась голова Монса, и он махнул рукой, подзывая. Миха указал на дверь и сказал Зэо:
– Жди там!
Миха перешагнул невысокий порог и почувствовал вонь спиртного, перегара, гниения и слабый запах крови. Он включил нагрудные фонари скафа, быстро осмотрелся. Трое мужиков и молодая девушка… все были в отключке и валялись на полу. Девушка же лежала голой на каком-то грязном матрасе. Лежала на животе, в луже крови, ее изрядно избили, все лицо было в ссадинах и кровоподтеках.
– Это Гинош, – сказал Олос, указав на одного, – а этого Зэо не знает. Девку скорей всего похитили, а может, и сама пришла. И какие наши действия, барон? Кончаем всех?
– Э, нет, парни, так не пойдет! – возмущенно воскликнул Монс. – Так нельзя. У этого точно нейросеть есть, а это как минимум десятка гарантированная. А там, глядишь, и у этого тела что найдется. Да и девушку жалко, по виду из местных.
– Монс?! – произнес Олос.
– А что Монс, – не успокаивался тот, – если не мы, так кто-то другой. Зачем терять доход. А? Да и женщина не помешает. Ты сам вспомни-ка, когда в последний раз с женщиной был наедине?! Барон, женщина примет подданство на смерть! А, барон?! Тебе же подданные нужны?!
– Но они же на своих ногах не пойдут, – неуверенно произнес Миха. Он и сам был не прочь забрать тела. – Как потащим?
– Ну, это не вопрос, – непринужденно произнес Олос и отвлекся на общение по связи.
– Все, ждем, – прокомментировал сержант свои действия. – Фео с платформой будет минут через сорок.
Олос и Монс стали обследовать комнату. Миха же пошел проверить, как там дела у Зэо. В комнате, куда шагнул Миха, было темно, и он снова включил фонари. Да, эта комната было вдвое больше обычного блока, и на стене имелись две целые откидные кровати, на одной из них лежал совсем еще мальчик. Он был бледный и прерывисто дышал.
«Да, этот совсем плох», – подумал Миха и, повернувшись к Зэо, гаркнул:
– А ну, быстро сюда медика!
Зэо исчез. И почти сразу в комнату ввалился Монс. Миха отдал нейросети команду:
– Протокол!
Монс окинул взглядом парня, вынул из нагрудного кармана скафа аптечку, открыл ее и вынул из нее какую-то ампулу. Затем ножом разрезал ткань комбеза, открывая место раны. У парня на правом боку был глубокий порез, и из раны сочилась кровь. Из ампулы потек зеленый гель и стал вспениваться, закрывая рану. Через пару секунд кровотечение остановилось. Док приложил аптечку к оголенной груди парня, та пару раз пискнула и защелкала.
 
– Жить будет, – констатировал медик.
Возле жилого блока послышался легкий шум, и Миха вышел наружу. Олос разговаривал с двумя парнями, что-то жестко им доказывая, те ему также отвечали, сам разговор шел на повышенных тонах. Вооружены эти двое трубами метра полтора длиной, у одного на поясе был станнер. Миха обернулся в проем двери и скомандовал:
– Монс, Зэо, ко мне! – И сделав пару шагов, замер у жителей дна за спиной, направив на них станнер. Вскоре появились и парни, расположившись по бокам от Михи. Со стороны лифта появились четыре фонаря и стали медленно приближаться.
– Олос, – громко произнес Миха, – какие-то проблемы!
Местные вздрогнули и повернулись. Сержант улыбнулся и произнес:
– Да что вы, барон, – он выделил слово «барон», – какие проблемы?! Просто парни пришли узнать, что за шум, и уже уходят, правда ведь?!
Местные парни кивнули и с недовольными рожами скрылись в сумраке.
– Хотели предъявить претензии, что мы тут без их разрешения, да еще на их территории, – улыбаясь, произнес Олос. – Представляешь, барон, даже смешно! Со станнером на боевой скаф, ха-хо-хо-хо! Идиоты, что ли?! Ну, все, грузимся, Фео прибыл.
Бандитов закидали на платформу как дрова, раненых аккуратно положили сбоку и всех накрыли тентом. Затем все молча забрались на платформу и покинули «дно», так нижние этажи называли местные жители.
* * *
Миха давно спал. А вот остальные работали. Как бы плохо ни жилось на «дне», но парням досталась вполне приличная добыча. Два хороших армейских станнера, два ножа, комбинезон наемника и два комбинезона «Увекс». Помимо этого, нашлось еще шесть сухпайков и два банковских чипа, а в кармане Гиноша обнаружились пластиковые наручники, типа стяжек. Только они были более широкие, больше сантиметра и очень крепкие. Как только вернулись в ангар, Миха отправился отдыхать, работу пока никто не отменял. Монс занялся больными, первым в медкапсулу отправился молодой парнишка по имени Анен. Олос же, проведя лекцию Фео, отправил его вместе с платформой обратно на склад. Затем они с Зэо уложили новых пленников в рядок рядом со старыми. И после этого, дождавшись Монса, Олос приступил к допросу первого пленника. Первым привели в чувство неизвестного типа. Монс с помощью Зэо прислонил его к стене, щелкнул инъектор, он получил дозу антишокера и застонал через пару минут.
– Вы чо, обноски носков, кры-сы облупленные! – заорал он, как только смог говорить. – Мои парни вас поимеют всех! Гнусели! – орал он, брызжа слюной. – Я сам буду рвать вас зубами!
Олос, улыбнувшись, сказал:
– Уверен?! – и впечатал носок своего ботинка в рот разговорчивого пленника. Изо рта того в разные стороны брызнула кровь, полетели ошметки мяса и куски зубов, пленник вскрикнул и, прикрыв рот руками, заскулил.
– Ну что, осталось еще чем рвать?! – усмехаясь, спросил сержант. – Или еще разок втулить? Кто таков?
– Ты не прештавл-я-яшь, тварь, п-фу… – шепелявя и плюясь, заговорил пленник, – шкем швязалшя. Я Бур!
– А я Олос!
– Я глава шамой крупной банды «дна», – выплюнул Бур.
– А я начальник службы безопасности барона! – гаркнул Олос грубым голосом и зло улыбнулся, довольный произведенным впечатлением. Бур побледнел. – Что, всосал? Ты попал.
Бур молчал, а Монс тихо смеялся, наблюдая за реакцией пленника. Похоже, пленник понял, что его ждет, он побледнел.
– Я даже не буду тебе ничего обещать, – войдя в азарт, сказал Олос, обращаясь к пленнику. – А, вижу, ты все и так понял. Монс, вколи ему говорун.
Бандит дернулся, но сержант уперся ногой ему в грудь и прижал к стене. Монс прижал инъектор к шее Бура, тот дернулся, но препарат подействовал почти мгновенно. Тело бандита расслабилось, и он опустил голову.