Барон

– Барон, – произнесла она, кивнув.
– Садись, – сказал Миха и протянул ей планшет.
Она взяла его и стала смотреть. Он запустил ей ролик, как бойцы врываются в жилой блок, стреляют, и где она лежит на полу вся в крови. Она положила планшет и посмотрела на него, в глазах была лишь злость.
– Ты все поняла? – спросил Миха.
Она кивнула.
– Я собираюсь стать бароном, – продолжил он тихим голосом, – набираю себе подданных. По законам планеты ты попадаешь под спасенную от смерти. А по станционным, то есть по законам Содружества, должна или отработать, или оплатить свое освобождение и лечение. Ты же понимаешь, я могу выставить тебе такую сумму, что ты ее и за всю жизнь не отработаешь. Лучше согласиться на подданство.
– Да, барон, – ответила она, – я все понимаю. Я готова проситься в подданство. Но и вы должны знать, кто я.
– Мне как-то абсолютно все равно, кто ты. Но все же, и кто ты? В чем такая страшная тайна, – улыбнулся Миха. – Слушаю тебя.
– Меня зовут Шерси Нит, – стала рассказывать женщина, – и никакой страшной тайны нет. Я была четвертой дочерью в семье, и отец мой хотел отдать меня за богатого… торговца, скажем так, а главное старого, ему уже сто семьдесят лет… – Она заскрипела зубами. – А мне это зачем?! Старый засохший стручок, – зло прошипела она, – ни здрасте тебе, ни ласковых слов, сразу в трусы полез, тварь старая. Ха! Ну, я ему в глаз и заехала локтем. Что потом началось! Отец меня избил и сказал, все равно за него пойдешь. Продал он меня, короче, урод. Ну, я и сбежала на станцию, а что еще оставалось делать, были у меня кое-какие накопления. От знакомых парней я слышала, что на станции можно бесплатно обосноваться, где-то на нижних уровнях. Но что такое «дно», я не представляла. А это оказалась полная катастрофа, барон. Тогда мне должно было вот-вот исполниться восемнадцать. Дурой я никогда не была, стала искать место в лавках и магазинах. Мне крупно повезло! Я удачно устроилась в лавку торговца. Я хорошо разбиралась в ценах, да и дома почти всем управлением нашего маленького производства заведовали мама и я.
– Интересно, каким? – спросил Миха.
– Мы производили сыры, – ответила Шерси. – Но все хорошее быстро кончается, – продолжила она, – сынок торговца, Хори, меня изнасиловал. Да и ладно бы, все равно когда-то это пришлось бы пережить. Так он, урод, еще оказался извращенцем, ножом в меня стал тыкать, когда драл. Если другие трахали, тот урод именно драл, как скотину. Короче, я не сдержалась, ну и ему по яйцам… дала ногой… Пришлось уходить из магазинчика и прятаться. С тех пор прошло пять лет, а пробыла я на станции всего уже восемь. Зарабатывала, как могла, и проституцией в том числе. Я знала, что от такой жизни мне скоро конец. Там и радиация повышенная, и холод. Да и, говорят, внизу больше десяти лет никто не проживал. Врут, наверное. Но как бы там ни было, правду говорят, барон, жить-то хочется! Вот такие дела. Я хотела вернуться на планету, так этот старый стручок, торговец, которому папаша меня хотел продать, премию, тварь, пообещал в тысячу кредитов тому, кто меня ему притащит. Правда, это было тогда, давно. Да и кто меня сейчас узнает. Теперь, барон, вы обо мне все знаете.
– Понял, – произнес Миха. – Так что, ты пойдешь в подданство?
– Конечно, барон, – воскликнула Шерси, – если вы не против!
– Подожди там… – Он махнул рукой в сторону коридора.
Женщина вышла. Миха связался с Афрой и позвал ее к себе. Вскоре «рабыня» влетела в комнату. Он вскочил и обнял девушку, припав к устам.
– Я бы этим с тобой занимался постоянно, – прошептал Миха девушке прямо в ухо, – но, увы, в жизни много все другого, что требует моего внимания, – и отстранил ее.
– Слушаю вас, мой хозяин, – с улыбкой произнесла девушка, смиренно склонившись, игра в рабыню доставляла ей удовольствие.
– Я все понял, – усмехаясь, сказал Миха, – садись уже. Хочу услышать от тебя, что ты думаешь об этой женщине.
– Она общалась со стариком жестко, но не грубила, – ответила Афра. – Ты и вправду хочешь услышать мое мнение, господин?
 
– Несмотря на то, что у тебя такая прекрасная задница, – произнес Миха, – но ты сейчас по ней получишь, если еще будешь включать тупилово.
Значение многих слов в интере не находилось, и Миха произносил их на русском языке. Первое слово, которое он услышал от Афры, было хреново.
– Тебя мне подарили боги! Даже имя тебе дали, как у богини любви. Ты думаешь, это совпадение?! Или случайность?! Не-а, я давно не верю в такие совпадения. Господин великий Случай никогда и ничего не делает просто так!
– Если честно, мой хозяин, я в шоке, – взволнованно произнесла Афра, смахнув слезы, появившиеся в уголках глаз.
– А ты думаешь, девочка моя, – восторженно произнес Миха, – я тебя подобрал просто, чтобы трахать! А вот хрен тебе, я еще и любить буду! Но об этом потом… Так что Шерси? Говори.
– Слушаюсь, хозяин, – улыбаясь, ответила Афра, сверкая глазками. – Она мне понравилась, серьезная тетка. В медкапсуле она провела всего два часа. Вышла, осмотрелась, не закрываясь. Подошла ко мне и в лоб так спросила: «Оденешь?» Мужики дружно воспитывали парнишку, а мне досталось общение с Шерси. Второе, что спросила она, одевшись: «Я в плену?» – «А что, в плену лечат и кормят?» – спросила я ее на кухне, и она сказала: «Тогда я у барона?» Представляешь, она просчитала ситуацию на раз. Она только и делала, что выспрашивала о тебе. Правда, она какая-то… э-э-э… хмурая, мрачная. Но все равно она мне понравилась. Она подходит тебе, мой хозяин, я это чувствую. И я не буду ревновать, разве что совсем чуть-чуть.
– Ха-ха-ха! Правильно, здоровая ревность всегда прочищает мозги, – произнес Миха. – Хорошо, Афра, зови ко мне молодого бойца, ну и стариков-вояк заодно.
Афра вышла в коридор, и буквально сразу за ней зашли бойцы его новой маленькой армии.
– Ну что? – спросил Миха, когда они уселись за стол. – Я надеюсь, вы уже просветили молодого человека.
Они дружно кивнули, и Олос сказал:
– Барон, Анен полностью знаком с ситуацией. Объяснять ему больше ничего не требуется.
– Отлично, – согласился Миха, – тогда я слушаю вас, молодой человек. Кто и как, ну и все остальное о себе.
– Я – Анен Той… – сказал паренек, встав.
Миха рукой показал, чтобы он сел, и сделал круговое движение ладонью, показывая, чтобы он продолжал.
– Мне скоро двадцать. Я сбежал из семьи, когда понял, что мне ничего не светит… – Он глубоко вздохнул и продолжил: – У моих родителей семь детей, и все мальчики. Ферма маленькая, мы только и делали, что вкалывали с утра и до вечера, выращивая овощи. Коммуникатор был один на всю семью, а-а-а, что там говорить… А там… – он кивнул в потолок, – сказочная жизнь! В общем я оказался на станции. Сначала вокруг было все такое интересное, ух! Но, как оказалось потом, все совсем не так, о чем ходили слухи. Прибыл на станцию, и тут же тебе счастье, контракт на год, и нейросеть, и оклад в триста кредитов. Ну, вы, барон, наверное, знаете все эти россказни. Но как я узнал позже, для меня удачно все сложилось. На третий день мне предложили поработать за еду, когда стоял у бара. И я разгрузил платформу с контейнерами еще с одним парнем. С нами рассчитались едой, а вот куда пойти спать, я не знал. Я и так уже ночь не спал, ну вот этот парень мне и предложил спуститься с ним на нижний уровень. Вот так я и попал на «дно». Кем я с тех пор только ни был и что только ни делал… – Он замолчал, как бы раздумывая, потос продолжил: – Да, барон, я убивал… но лишь защищаясь. Вот и в этот раз, Гинош, тварь! Девку стал избивать. Ну, не сдержался я, не смог. Если бы я не вмешался… он ее убил бы! Барон, я провел там, внизу, почти два года. Это хорошая школа жизни, я увидел столько! Что там творится, на планете, никто даже и не догадывается. Если бы не ваш отряд, я бы до утра не дожил. Я это прекрасно осознаю. Зэо мне рассказал, как все происходило. Я с удовольствием стану вашим подданным, – хмуро закончил парень.
Миха помолчал, переваривая услышанное, а затем спросил, обращаясь к старикам: