Восходящая бессмертная (ЛП)

«Верно. Итак, как я уже говорил, вы двое врезались в дерево. К тому времени, когда Брикер и Андерс открыли ворота и смогли выехать к вам, двое мужчин пытались вытащить вас обоих из-под обломков мотоцикла и затащить в фургон. Они освободили Торна и оставили его лежать рядом на земле, пока пытались освободить тебя. Он сделал короткую паузу, как будто решая, стоит ли ей говорить, но затем просто сказал: «Руль был в тебе, проходя через твои ребра, а фара была в твоем черепе».
С расширившимися от ужаса глазами Стефани подняла одну руку к ребрам, а другую к голове, чтобы ощупать раны, которые она получила.
— Все зажило, — сказал Люциан с раздражением, которое предполагало, что она должна была ожидать этого, и Стефани предположила, что должна была. Она не очнулась бы, если бы фара была в ее голове.
«Итак, — продолжил он многострадальным голосом, — двое мужчин бросили вас и уехали в своем фургоне, когда Брикер и Андерс появились на внедорожнике. Мужчины думали броситься в погоню, но решили, что вы двое важнее. Выражение его лица, когда он сказал это, свидетельствовало о том, что он не был полностью согласен. «Итак, они позвонили нам, чтобы сообщить нам, что произошло, и приступили к работе, чтобы достать тебя из металла».
«К тому времени, как мы приехали, они освободили тебя, занесли обоих внутрь, положили каждого в кровать и начали давать тебе кровь».
— Но они не знали, что делать с Торном, — вставила Дэни. — Он ушел в стазис.
Стефани кивнула, но спросила: «Как долго…?»
— Авария произошла сорок восемь часов назад, — ответил Люциан, не дав ей закончить вопрос. — С тех пор вы оба были без сознания, и именно столько времени я ждал своих ответов, Стефани. Я хотел бы их сейчас. Кто этот человек, который взломал твою систему? Кто были люди в фургоне и почему они стреляли в вас? И что, черт возьми, ты делала днем с Торном, ради всего святого? Если бы кто-нибудь увидел его крылья…
— Никто не видел его крыльев, — успокаивающе сказала Стефани. «Разве ты не видел толстовку и пальто, которые были на нем? Они все скрыли. В них он выглядел совершенно нормальным парнем».
«Его одежда была изрядно порвана и покрыта кровью и другими вещами», — объяснила Дэни. «Мужчины не хотели портить простыни на кровати, поэтому раздели его, прежде чем положить в нее. Мы не видели, во что он был одет».
«Кровь?» — с беспокойством спросила Стефани. «Я думала, Торн не может сильно истекать кровью? У него почти не было крови, когда хакер разорвал ему горло. Он сказал, что это связано с ДНК дельфина.
— Кровь и другие вещества на нем были в основном твоими, — мягко сказала Дэни.
— О, — выдохнула Стефани, подозревая, что под «другими» она имеет в виду кусочки мозга. Он должен был куда-то переместиться, когда фара заняла его место.
— Почему ты была в городе с Торном? — повторил Луциан.
Стефани поколебалась, а затем пробормотала: «Мне нужно было пойти в продуктовый магазин, и Торн пошел со мной, потому что он не думал, что мне безопасно идти одной».
Люциан смотрел на нее так пристально и так долго, что она знала, что он сортирует все мысли, которые были в ее голове, чтобы убедиться, что она говорит правду. Она чувствовала его там. К счастью, хотя голоса в ее голове несколько утихли по мере того, как шел этот разговор, они все еще были там, вызывая хаос, и ей приходилось очень сильно концентрироваться, чтобы отделить их от мыслей и чувств других, надвигающихся на нее со всех сторон. Стефани надеялась, что его это тоже смутит, но если это не так, она выпалила: «Дресслер».
Люциан напрягся, его взгляд сосредоточился на ее лице, а не на лбу. Его голос был почти угрожающим, когда он спросил: «Дресслер что?»
— Он был одним из мужчин в фургоне, — тут же сказала она. «Другой был хакером, так что я могу только предположить, что он работает на Дресслера. Мы как раз возвращались к мотоциклу с продуктами, чтобы вернуться домой, когда меня подстрелили дротиком прямо там, на Главной улице. Я думаю, что в Торна тоже стреляли, но, похоже, на него это не подействовало».
 
Стефани быстро рассказала об их побеге из города и обратном пути к дому, где их преследовал фургон. Как и в прошлый раз, когда Дресслер выстрелил в нее из дротика, Стефани не потеряла сознания, все время между этим и столкновением с деревом она была в сознании и медленно восстанавливала чувства и силы, так что смогла дать полный отчет. Она даже вспомнила аварию или, по крайней мере, ее начало. Все стало нечетким после первого удара. Она предположила, что фара, застрявшая в голове, мешала этому, но не удосужилась упомянуть об этом, когда закончила свой рассказ.
  
Глава 15
 
— Дресслер, — с отвращением прорычал Люциан, как только Стефани закончила излагать свою версию событий в городе и по пути обратно.
— Как он узнал, что Торн здесь? — обеспокоенно спросила Дэни Люциана. — Ты же не думаешь, что один из гибридов на острове все еще контактирует с Дресслером и передает ему информацию, не так ли?
— Нет, — тут же сказала Стефани, привлекая взгляд сестры. — А если и есть, то ему не сказали, что Торн здесь. Дресслер был удивлен, встретив его. Сначала он, казалось, даже не узнал его, а когда узнал, подумал, что это просто удача, что он смог заполучить нас обоих. Судя по всему, он тоже хочет, чтобы Торн был «на его столе», — сухо добавила она.
— На его столе? — повторила Дэни с отвращением, а затем, нахмурившись, спросила: — И что ты имеешь в виду под «тоже»? Почему он хочет, чтобы ты была на его столе?
— Потому что дротики не действуют на Стефани так, как должны, и он, без сомнения, хочет знать, почему и может ли он использовать это, чтобы избежать захвата, — резко объяснил Люциан.
Стефани с тревогой посмотрела на Люциана. Она не понимала, как он узнал, что, хотя дротик временно вывел ее из строя, полностью нокаутировать не смог. Люциан сильно обгорел во время взрыва, устроенного Дресслером в доме, на который они совершили набег, но, несмотря на его почерневшее и обугленное состояние, ей сказали, что он вел себя так, словно получил не более чем солнечный ожог. Он приложил мешок с кровью к клыкам, подождал, пока он опустеет, затем поднялся на ноги и начал отдавать приказы между мешками с кровью. Она надеялась, что он не заметил, что она была в сознании и уже частично пришла в себя, когда Декер принес ее обратно к первому дому, а Бо оставалась без сознания еще минут двадцать или около того. Она была совершенно уверена, что Декер ничего не сказал.
— Декеру не нужно было ничего говорить, — заверил ее Люциан. «Я мало что пропускаю».
— Ну, видимо, я много что пропустила, — нетерпеливо сказала Дэни и сердито посмотрела на Стефани. «Почему ты не сказала мне, что дротики на тебя не действуют? И ни ты, ни Декер не упомянули, что Дресслер стрелял в тебя. Как этот маленький нюанс был пропущен?»
— Мы не хотели, чтобы ты волновалась, — успокаивающе сказала Стефани.
«Мы? Мы это кто? — Голос Дэни становился все выше.
— Дэни, — начала она, намереваясь успокоить ее и солгать, если придется, чтобы уберечь задницу Декера от неприятностей. Но прежде чем Стефани успела попытаться сгладить острые углы, Люциан продолжил свои отрывистые вопросы.
— Ты знаешь что-нибудь относительно того, куда он планировал вас отвезти?
— Я… он выстрелил в меня еще до того, как я поняла, что он был в городе, — уклончиво сказала Стефани и по тому, как одна бровь приподнялась на лбу Люциана, поняла, что он не поверил.
«А после?» — спросил он, сузив глаза. — Что ты прочитали после того, как он в тебя стрелял?
Когда Стефани отвернулась, отчаянно пытаясь найти ответ, который он принял бы, который не включал бы тот факт, что она больше не могла читать кого-либо, не прикасаясь к нему…
Минуту, подумала она, это больше не так. Голоса вернулись в ее голову. Она могла слышать мысли каждого в доме; просто потребовалось некоторое усилие, чтобы отделить и определить, какие мысли кому принадлежат. Брикер надеялся, что это дело не затянется надолго, потому что он скучал по своей Холли. Андерс обдумывал, что подарить своей Валери на день рождения. Джо и Николас оба думали, что им следует пойти добровольцами на следующий обход территории, чтобы они могли побыть наедине. Тайни, Мирабо и Эш, очевидно, играли в карты с Дриной и Харпером, потому что все, о чем они думали, это руки, которые каждый держал, на поверхности. Декер стоял за пределами спальни, слыша все и задавался вопросом, сколько люлей он отхватит от Дэни из-за того, что не рассказал ей о Дресслере. Дэни беспокоило то, что и Декер, и Стефани, похоже, хранили от нее секреты, а Люциан…